…И не произнёс ни слова в ответ на мои расспросы. Зар-р-раза!
Но он нашёл то, что искал! Нашёл способ прищучить Барраса и не пустить его в кресло ректора, пусть и с огромным риском для себя. Это я поняла без слов.
Наконец день настал.
Выборы, выборы, выборы! Новый ректор Академии! Знаменательный день, когда на второй план отступает всё, а остальные новости смешиваются в один клубок, катящийся всё быстрее. Грядущее поступление и выбор шейр для первокурсников, нашумевшая история о том, что Квинн Тайбери даёт уроки боевой магии, восторженные свидетельства его первых учеников, шепотки, что этим вечером у того же самого Квинна Тайбери будет грандиозная вечеринка, то есть он уже настолько уверен в победе!
А также мрачные предсказания, что при Баррасе в Академии ничего хорошего не будет, кроме самой настоящей тирании дома Кассадьеро. Впрочем, шептались те же, при Адриане Тайбери жизнь тоже будет не сахар.
Других кандидатов на должность ректора не обсуждали. Впрочем, их просто не было.
В общем, нас ждал весёлый день. А уж какой вечер нас ждал!
Впрочем, собрание, по традиции, будет только в полдень. А полдень ещё отнюдь не настал.
Я спустилась вниз, скептически разглядывая холл. Ничего себе! Даже живые цветы на перилах. А вечером тут будут сновать очаровательные официантки с бокалами игристых напитков, закусками и нежными улыбками. Хотя нет, это будут юноши-официанты. Аристократки не любят, когда их затмевает прислуга.
Танцы, веселье и Виолетта. А также её подруги, которые относятся ко мне известно как. В общем, змеиное гнездо.
– Повелитель, а оно тебе надо? – позвала я, оборачиваясь на лестницу. – Может, просто позовёшь нескольких друзей и повеселитесь так, как вам хочется?
Раздались шаги, и Тайбери появился на лестнице.
– Нет, – невозмутимо произнёс он.
– Потому что твоё торжество должно быть публичным, – обречённо произнесла я. – Или твоё унижение, если Баррас победит, станет главой Академии и вообще властелином всего-всего, а дом Тайбери останется ни с чем.
Хотя тогда, возможно, Тайбери не женится на Виолетте. С паршивой овцы хоть шерсти клок.
– Никакого унижения не будет, – очень спокойно произнёс Тайбери. – Баррас проиграет.
Я посмотрела на него повнимательнее. Тайбери действительно был спокоен. Никакой показной напыщенности: его уверенность в победе была настоящей. Тайбери верил в то, что говорил. А это значило, что он знал что-то, чего не знала я.
– И откуда у тебя такие точные сведения из будущего, повелитель? – осторожно спросила я. – Может, у тебя в кухонном шкафу маленькая машина времени, откуда выпрыгивают загадочные секреты и непропеченные плюшки с ещё не выращенной корицей?
– А тебе хочется плюшек с корицей?
– Не без этого, повелитель, – призналась я. – Уж точно лучше они, чем сборище в Академии во главе с Баррасом.
– Только жующей шейры мне там и не хватало. – Тайбери бросил на меня задумчивый взгляд. – Оставить тебя здесь, что ли?
И тут же покачал головой, отвечая себе:
– Нет. Может случиться что угодно, и мне нужна моя шейра.
– Даже Баррас с Юлиусом за собой своих шейр не таскают! – упрекнула его я.
– А я таскаю, – отрезал Тайбери. – Всё, разговор на эту тему окончен.
Я вздохнула. Мне совершенно не хотелось отправляться на выборы ректора. Но пропускать их хотелось ещё меньше.
Тайбери спустился по лестнице, оглядывая преображённый холл. К счастью, в этот раз на люстру он не смотрел.
– Неплохо, – хмыкнул он. – И это ещё без музыкантов.
– И без толпы совершенно чужих тебе гостей, – колко ввернула я.
– О, они мне пригодятся, – рассеянно произнёс Тайбери. – Свидетели триумфа запоминают этот триумф надолго, если подкрепить впечатление хорошей едой.
– Жаль, Юлиуса не будет, – вздохнула я. – Тогда ему могла бы случайно свалиться на голову люстра.
– У него крепкая голова.
Я хмыкнула.
– Ну, тогда люстре пришлось бы свалиться на него ещё раз.
У Тайбери вырвался смешок.
Но едва я спустилась к входной двери, не забыв оглядеть в зеркале свой соблазнительно-обтягивающий чёрный костюм, подчёркивающий каждый изгиб тела, Тайбери меня огорошил:
– Сейчас мы едем не в Академию.
У меня отвисла челюсть. Гм, что? Внезапно появилось место, которое сейчас важнее, чем выборы ректора? И как это называется? Опоздаем же!
– А куда, повелитель? – наконец обрела дар речи я.
– В госпиталь.
*
Мэтр Рионери уже не лежал, а сидел в постели. Больничная роба, надо сказать, ему очень шла. Увы, как скромная шейра, я тут же опустила голову и могла лишь поглядывать на мэтра из-под ресниц.
Впрочем, Тайбери, если подумать, был куда симпатичнее. Просто гораздо вреднее. И ещё он мой кровный враг, хотя я перестала об этом вспоминать давным-давно. Надо же, как летит время… и как меняется перспектива.
– Мэтр, – Тайбери коротко поклонился. – Рад, что вы начали принимать посетителей.
– Меня от этого отговаривали, – спокойно отозвался мэтр Рионери. Его голос был приглушённым, но ясным. – Но, услышав, что это вы с вашей шейрой, я разрешил пропустить вас обоих.
– Захотели узнать, как у меня дела?
– Не только у вас. – Рионери внимательно посмотрел на меня. – Я вижу, ваша шейра нарастила резерв. Ваши пальцы и руки выглядят весьма тренированными, юная леди.
Я присела.
– Спасибо, мэтр, – прошелестел мой голос. – Я прилежно упражнялась.
…Особенно в постели, на полу и на ковре. Вот это были упражнения так упражнения!
Кажется, Тайбери уловил мою мысль, потому что кончики его ушей едва заметно… хм, неужели покраснели? Ох, повелитель, добавлю я тебе неприличных воспоминаний!
Лишь бы Барраса сначала победить.
– Мэтр, мы оба знаем, что Баррас в роли ректора будет катастрофой для Академии,
