— Непременно, — пообещала Балкис, а Антоний согласно кивнул.
Судя по расположению звезд, наступила полночь, когда Балкис и Антоний добрались до следующей долины. Юноша нахмурился, всматриваясь в глубину скалистого ущелья. Посередине тянулась узкая полоска зелени, в лунном свете казавшаяся почти черной.
— Видимо, река уходит под землю, — заключил Антоний, — а потом здесь вновь вытекает на поверхность.
Балкис кивнула:
— Думаю, это произошло тысячу лет назад, и эти долины и ущелья созданы рекой.
— Если так, — проговорил Антоний, — то когда-то это была воистину могучая река — ведь ее долины не меньше мили в ширину.
— Быть может, она и до сих пор широко разливается, когда в горах идут сильные дожди, — сказала Балкис и указала вниз, на сломанные ветви деревьев и вырванные с корнем кусты. — Как бы иначе сюда нанесло столько мусора?
— Верно подмечено, — согласился Антоний. — Вряд ли столь ранней весной мы услышим гром, но если услышим, давай поскорее заберемся повыше.
— Но если услышим, — уточнила Балкис. — А покуда никакого грома нет, я бы предпочла идти поблизости от воды, раз уж есть такая возможность.
Антоний согласился с ней, и они стали спускаться в ущелье. Луна вершила свой путь по ночному небу. Путники не нашли дороги — только оленью тропу, и в результате путь до дна ущелья занял у них целых два часа.
— Странно, что сюда почти не заглядывают люди, — проговорил Антоний, но, оглянувшись назад, увидел голые ветви дубов и осин, между которыми просвечивали звезды, и неприязненно поежился.
— По ночам люди опасаются духов, — негромко вымолвила Балкис. — Но только люди. Звери, проложившие эту тропу, духов не боятся.
Вдалеке заухала сова. Через несколько минут до спутников донесся предсмертный писк какого-то зверька. Антоний недовольно покачал головой:
— Пожалуй, нам бы лучше развести костер. Думаю, дальше лучше идти при свете дня.
— Ты боишься того, чего не видишь? — чуть насмешливо спросила Балкис.
— Именно так, — нисколько не смутившись, ответил Антоний. — Того, что я не вижу, я боюсь гораздо больше того, что вижу.
Его честность обезоружила Балкис, и ей стало стыдно. Они еще немного прошли по берегу реки под облетевшими, голыми деревьями. Балкис стало зябко, она плотнее закуталась в плащ. Она не спорила: ветви без листвы и беззвучное течение темных речных вод пугали. Девушка старательно успокаивала себя тем, что днем все будет выглядеть не так страшно. Но вновь впереди послышался вой, а потом — вскрик. Балкис поежилась. «Просто мне холодно», — думала она, стараясь заставить себя поверить в это.
А потом она расслышала другие звуки.
Поначалу они доносились еле слышно, издалека, но она сразу распознала их — то били боевые барабаны. Их стук звучал в такт с шагами людей — все ближе и ближе, спереди, и громкость барабанного боя быстро нарастала.
Антоний в отчаянии огляделся по сторонам:
— Где же нам спрятаться?
Вдали пропела труба. С другой стороны ущелья ей ответила другая — иным напевом.
— Почему эти люди вышли в поход посреди ночи? — воскликнул Антоний.
— Если они намеревались застигнуть врагов врасплох, это у них не получилось, — пробормотала Балкис.
Звуки перестати приближаться. Они слышались довольно далеко, но вскоре к ним примешались крики, потом — бряцание стали, а потом — вопли гибнущих людей.
— Давай уйдем из этого ущелья поскорее! — крикнула Балкис и бросилась к склону, от которого они с Антонием успели удалиться на полмили. — Не нравится мне здесь!
— Да уж, теперь не стоит думать о том, как хорошо, когда рядом вода, — согласился Антоний и, развернувшись, побежал следом за спутницей.
Они бежали по лугу, озаренные светом звезд, и глядели под ноги, чтобы не угодить в яму и не наступить на камни. Они мчались быстрее ветра, обгоняли летевшую над их головами сову — так им хотелось поскорее умчаться прочь от криков и шума сражения.
— Всего сотня ярдов осталась, — выдохнул на бегу Антоний.
И верно: впереди уже вздымался склон. Но тут неожиданно земля пошла под уклон, и на пути беглецов встал воин в кожаных доспехах, с круглым щитом: и замахнулся на Балкис и Антония боевым топориком.
Глава 13
Антоний вскрикнул, бросился вперед, заслонил собою Балкис, оттолкнул ее в сторону. В результате лезвие топора пропороло тело Антония от плеча до бедра. Балкис испуганно закричала, кинулась к нему и подхватила подол сорочки, чтобы приложить к ране, еще не видя крови. Наклонившись, она увидела, что из ее груди торчит наконечник копья. Копье, пронзив ее насквозь, прошло сквозь Антония, который при этом остался невредим, и ударило воина с топором. Тот вскинул руки, раскрыл рот — видно было, что он кричит, но крика почти не было слышно, он прозвучал словно эхо издалека.
— Ложись! — крикнул Антоний, и они с Балкис упали на луговую траву и увидели, как перед ними топают вперед ступни, обутые в металлические сандалии. Юношу и девушку обдало холодом. Поднялась и опустилась нога незнакомца, прошла сквозь лежавших на земле людей, снова поднялась… Балкис и Антоний разглядели волосатые голени, потом — юбку из полосок кожи, скрепленных медными пластинками, потом — наспинный доспех между двумя соединенными между собой эполетами, и наконец — медный шлем, увенчанный гребнем из конского волоса.
— Да это же… воин из древней Македонии! — зачарованно прошептал Антоний.
— Это призрак! — сдавленно пробормотала Балкис.
И точно: воин был дымно-серый, и сквозь него были видны звезды, пусть и тусклые. Призрак рывком выхватил копье из груди павшего врага, и тот на глазах у изумленных юноши и Девушки растаял, испарился. Победитель зажал копье под мышкой и зашагал в глубь ущелья. Его сандалии ступали беззвучно и не оставляли следов на траве. Топот марширующего войска еле слышался вдалеке, разносился негромким эхом по отрогам ущелья. Время от времени доносились крики, звон стали, пение рогов и стук барабанов давным-давно отгремевшего боя.
— Это — долина призраков, пусть она им и остается! — крикнул Антоний. — Бежим скорее!
Он протянул Балкис руку, помог подняться, и они помчались вверх по склону. Еще дважды дорогу им преграждали призрачные воины, но спутники пробегали сквозь них, содрогаясь, когда получали удары призрачных топориков. Ни на секунду они не задерживались — страх перед призраками гнал их вперед.
Наконец они одолели последние несколько футов склона и без сил рухнули наземь, промерзшие до костей, похолодевшие от ударов призрачного оружия. Задыхаясь, Балкис и Антоний оглянулись, окинули взглядом проделанный ими путь, чтобы убедиться, что призраки не гонятся за ними. Поблизости никого не было видно, но вдалеке, посередине ущелья, светилась неровная, ломаная линия призрачных огней. Отряды варваров отступали под напором фаланги македонян. Следовало отдать варварам должное: они не желали отдавать захватчикам ни пяди своей земли. Пусть им недоставало воинской выучки, но все они были страстными воинами. Убивая одного варвара, гибли двое македонян, и все же фаланга медленно, но верно шла вперед.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
