- Малыш, ты знаешь Штерна? Толстяк такой, наверняка видел когда-нибудь... Позвони ему, пожалуйста. Прямо сейчас. Пусть немедленно приезжает, и если сможет, пусть врача захватит. Скажи, что плохи мои дела... Еще скажи, что махор теперь у меня, нам повезло... Хотя, про это не обязательно... Запоминай телефон!
На этом он вдруг закончил речь. И обмяк, вырвался из непрочных рук, ужасно упав на асфальт. Обидно, ведь до машины оставалось всего несколько дружных шагов.
УТРО (РАЗВЯЗКА)
ДЕЙСТВИЕ N_4: ПРИХОЖАЯ
Первым его желанием было выскочить обратно на лестницу. Нелепо. И стыдно. Да, на лестнице хорошо, безлюдно, почти не страшно. Попутчики в полном составе уже скрылись в квартире дяди Юры - он специально дождался, пока наверху чмокнет обитая дерматином дверь. Но ведь здесь его дом! К тому же отступать поздно: ригельный замок и дверные петли щедро наполнили воздух предательским звуком...
Прихожую занимал Андрей Петрович.
- Вы с ума сошли! - громко шипел сосед в телефонную трубку. - О чем вы! С чего вы взяли, что я лгу! Нет мальчика, ну где я вам его возьму?..
И наконец сообразил, что кто-то явился его послушать - оглянулся через плечо:
- Так! Молодые люди изволили вернуться!
- Здравствуйте, - ожил Александр. - Я, это...
- Получайте своего ребенка, уважаемая, - свирепо сообщил Андрей Петрович в микрофон. И сразу пошел прочь, оглушительно положив телефонную трубку на полку. Свернул он почему-то не к себе, а напротив - в кухню. Кушать приспичило, что ли? В пять утра?.. Александр посмотрел вслед исчезнувшей фигуре и неохотно шагнул к аппарату связи.
- Але, - был послан начальный импульс.
Ответный сигнал пришел мгновенно:
- Сашуля! Что он с тобой делает, что!
Содрогнулись кабели: на другом конце бушевал шторм.
- Он вроде бы завтракает, - удивился Александр. - Ничего такого не делает, мама, честное слово.
Шторм дал паузу. Шквальные порывы звуков вдруг обессилили, сменились бесплотным электрическим шуршанием.
- Почему ты не подходил к телефону? - мама прервала краткий миг тишины. Голос ее был уже слаб, прерывист, сух.
- Я мусор выносил, - ловко сориентировался мальчик.
- Мусор... Тебе тоже не спится, Сашуля, да? Родной мой... Помощник мой...
Она отчетливо задыхалась. Говорить ей было трудно, слишком много воздуха потребовали предыдущие реплики.
- Что-нибудь случилось? - спросил тогда он.
Опять была пауза.
- Куда ты положил пакет? Тот, из-под вешалки?
- Выбросил. В мусорный бак во дворе. Я, кстати, из-за этого и пошел ведро выносить...
- Что, прямо сверху бросил?
- Да ну, мама, я глубоко закопал, ни одна собака не найдет.
Она устало согласилась:
- Может быть и правильно... - обрела прежний голос. - Только не забудь руки помыть! - она почти успокоилась.
- Чего случилось-то? - повторно спросил мальчик.
- Как бы тебе объяснить... Нет, нет, Сашуля, не волнуйся! Просто я лежала, никак заснуть не могла и неожиданно подумала, что если не Игорь пакет спрятал, значит, кто-то другой из квартиры.
- Само собой, - кивнул Александр обшарпанной стене.
- Ты тоже об этом догадался? - обрадовалась мама. - Умница моя, золотая головушка... Подумала я и за телефон сразу схватилась. Ты ведь дома один, а когда Андрей Петрович отказался тебя позвать, то я окончательно психанула, всякую жуть себе напредставляла... будто он на пару с Бэлой Исааковной, с подружкой своей свихнувшейся...
Мама легонько всхлипнула - без слез.
- Они что, были знакомы? - шепотом поразился Александр.
Герой оглянулся и затравленно посмотрел в сторону кухни. Оттуда расползались странные звуки. Железной щеткой подметали пол - шварк, шварк, шварк. Тяжело, равномерно. Негромко, но вполне отчетливо. Чем там сосед занимался?
- Мерзавец, - тускло сказала мама.
- Кто?
- В свое время Андрей Петрович и познакомил Бэлу с Юрием. Где он только раскопал ее, хамку такую? Никогда не прощу, никогда...
Осеклась. Молча вздыхала в трубку.
"Мерзавец... - эхом отозвалось под дужками очков. - Познакомил с Юрием..." Александр прикрыл глаза - всего лишь на миг. "Конечно, я ведь еще маленький, - вспомнил он. - Ничего ты мне не расскажешь, идиотка, трусиха воспитанная. Про себя, про папу моего... Противно, ну до чего противно..."
Было противно. В проводах застряло молчание. В горящем ухе, стиснутом пластмассой, безудержно пульсировало. Космос наполняла тоска. Вот только к странным звукам, выползавшим из кухни, прибавился вдруг новый - мужской голос забубнил что-то сердитое, неразборчивое.
- Мама... - позвал сын, распахнув глаза навстречу коридору. - Скажи, а почему... Почему "мерзавец"?
- Сашуля, я тебя умоляю, - сразу заторопилась она. - Ляг, попробуй заснуть... - и фальшиво пообещала. - Я потом все объясню, ладно?
- Ладно, спокойной ночи, - звонко согласился Александр. И решительно отнял чужой голос от уха. "Обязательно вымой ру..." - успело квакнуть в трубке, прежде, чем неумолимый детский палец раздавил канал связи.
Уже открывая дверь к себе в комнату, Александр сообразил, что означали кухонные звуки. Очень просто: добрый доктор Андрей Петрович мерил тяжелыми шагами коммунальный вакуум, шаркая знаменитыми шлепанцами, и разговаривал сам с собой. "Безумие какое-то, что за ночь, что за ночь!" донеслось внятное восклицание. Но, к сожалению, кроме этой важной информации ничего другого разобрать не удалось. К сожалению.
МОНОЛОГ: НА ДИВАНЕ
В комнате, мягко говоря, непорядок. Таз с марганцовкой на табуретке стоит, отнести и вылить его было некогда. Пол залит, грязь размазана - мы же обувь сегодня не снимаем. Ладно, Жанна уберет, когда вернется. Плюс я добавил радости в дом со своим обыском, так что обстановка непринужденная... Не ожидал я от Игорька такой прыти! Ведь целый месяц темнил, скрывался от нас. Даже больше - два месяца. Первая газета имеет номер "8", а наверху написано - "февраль". Со следующего уже - "март", "март", "март", потом идет "апрель" - до последнего 15-го номера. Газеты в специально папке лежали, в нижнем ящике стола, там, где Игорь остальные свои писульки держит. Теперь - у меня на коленях. Перебираю их, листаю. Рассматриваю нашу с Игорем общую фамилию, напечатанную этак жирно, красиво, и думаю - нет, не может быть, ошибка какая-то...
Дядя Павел наверху, у Бэлы в квартире. Штерн временно наплевал на всякую конспирацию и привез его прямо в штаб. Ведь к обычным докторам в больницу нельзя, как-никак огнестрельное ранение. С другой стороны, квартира Бэлы рядом с коммуналкой, где раненый живет, очень удобно... Короче, повезло им, лестница была пустой. Всего-навсего пять утра, нормальные люди спят. Точнее, уже пять утра. Кроме того, дядя Павел успокоил Штерна - все в порядке, мол, "махор" изъят, несмотря на приключения со стрельбой. Следствие, мол, закончено, забудьте. Штерн сначала не врубился, что за "махор" такой, тогда дядя Павел сделал ему замечание: "Специалист вашего уровня обязан знать терминологию серьезных людей." А потом выворотил карманы. Там было несколько звуковых кассет и мотки фотопленок. "Вы уверены, что копий нет?" - тут же разволновался Штерн. Дядя Павел ответил, что "скоро узнаем", и на том решили ехать к Бэле, потому как скорее надо было, скорее, скорее. Он точно загибался, не притворялся вовсе. Смотреть невозможно было, очень страшно...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
