– Ученики мои! Что это меня все время в дрожь бросает?
– Видимо, у вас желудок не в порядке, – сказал Шасэн. – Вот от этого и в дрожь бросает.
– Глупости ты говоришь, – сказал Сунь У-кун. – Просто мы зашли в дикие горы, и учитель слегка беспокоится. Ничего не бойтесь. Я со своим посохом пойду вперед и буду защищать вас.
И наш чудесный Сунь У-кун взмахнул своим посохом.
Три раза он поднял его вверх, четыре раза опустил вниз, пять раз взмахнул им влево и шесть раз вправо. Проделываемые им движения полностью соответствовали древним военным уставам и были до того совершенны и необычны, что наблюдавший все это Трипитака был поражен. Такое редко встретишь даже в войске больших государств. Дух, который видел все это с горы, был до того напуган, что у него душа ушла в пятки, и он едва слышно пролепетал:
– Я давно уже слышал о Сунь У-куне, но только сейчас мне удалось убедиться в том, что не зря о нем идет такая слава.
– Господин наш, – обступив своего повелителя, молвили духи – С какой стати вы превозносите достоинства других и умаляете свои собственные?
– Волшебная сила Сунь У-куна необъятна, – отвечал старший дух – Поэтому отведать мяса этого монаха нам не удастся.
– Раз вы не можете одолеть его, – отвечали духи своему начальнику, – давайте отправим посланцев к нашему повелителю с просьбой прислать сюда все наши силы; тогда мы вместе нападем на Сунь У-куна и заставим его сдаться.
– Вы, что же, не видите, что против его посоха не устоит и многотысячное войско, – сказал им повелитель – А у нас в пещере наберется не больше пятисот воинов. Разве с такими силами мы справимся с ним?
– Ну, в таком случае нам действительно нечего думать о том, чтобы отведать Танского монаха. Да и этого Чжу Бацзе держать здесь нет смысла, надо его сейчас же освободить. – Захватить мы его захватили, а вот как освобождать будем? – спросил старший дух. – Как бы там ни было, Танского монаха нам непременно надо отведать, однако сейчас это невозможно.
– Что же, будем ждать еще несколько лет? – спросили младшие духи.
– Зачем тратить так много времени? – отвечал начальник – Танского монаха можно заполучить лишь хитростью, а не силой. Если же мы будем надеяться на одну только силу, нам не то что отведать, а и понюхать мяса этого монаха не удастся. Надо тронуть его сердце. Только таким путем мы сможем захватить его.
– А наша помощь понадобится? – спросили младшие духи.
– Нет, – отвечал начальник. – Возвращайтесь обратно, только ни слова не говорите вашему повелителю, иначе сорвете все мои планы. Я знаю один способ, с помощью которого можно захватить Танского монаха.
Младшие духи удалились, а старший дух спрыгнул с горы и, встряхнувшись, превратился в странствующего даоса. Его платье вполне соответствовало его внешнему виду:
Был в даосскую одежду,С пестрым поясом, одет;Шапка в искрящихся звездахИсточала яркий свет.Старец облачные туфлиИз волокон пальм носил,И о том, что он отшельник,Взор смиренный говорил.Так, искусно притворившисьИ принявши ложный вид,Он личиной лицемерьяБыл старательно укрыт.Чувства ложные пыталсяВыдавать он за свои,И, казалось, был монахом,Преисполненным любви.
И вот, превратившись в даоса, дух споткнулся прямо у дороги и упал. Из ушибленной ноги потекла кровь, и он застонал, призывая на помощь: «Помогите! помогите!».
А Трипитака тем временем, в сопровождении Великого Мудреца и Ша-сэна, спокойно продвигался вперед. Вдруг он услышал, что кто-то зовет на помощь.
– Боже милостивый! – удивленно воскликнул Трипитака. – Кто может звать на помощь в такой глуши? Здесь человеческого жилья нигде не найдешь. Видно, кого-то поранил дикий зверь. – И, подстегнув коня, Трипитака поехал впе – ред и крикнул: – Кто зовет на помощь, выходи!
Тогда дух выполз из травы и стал отбивать перед Трипитакой земные поклоны. Трипитака почувствовал себя очень неловко: перед ним был даос почтенного возраста. Поспешно сойдя с коня, Трипитака подошел к даосу и, поднимая его, сказал:
– Встаньте, пожалуйста!
– Больно, ох как больно! – стонал дух. Трипитака отпустил его руку и увидел у него на ноге кровь.
– Вы откуда пришли, учитель, и почему у вас на ноге кровь?
Тут дух пустил в ход все свое красноречие.
– Учитель, к западу от этой горы расположен монастырь, оттуда я и пришел.
– Раз ты монах, почему ты не сидишь на месте, не чи таешь священные книги, не возжигаешь благовоний, а бродишь здесь без дела? – спросил Трипитака.
– Видите ли, – отвечал дух, – позавчера игумен, который живет к югу от этой горы, пригласил нас, монахов, к себе в монастырь, где собирался совершить моление об избавлении нас от бедствий и ниспослании счастья. Возвращались мы оттуда поздно вечером вместе с моим учеником. Дойдя до самого глухого места, мы повстречали огромного пятнистого тигра, который утащил моего ученика. Я же от страха бежал куда глаза глядят и, споткнувшись о камень, поранил ногу. О возвращении домой нечего было и думать. И вот сейчас словно само небо послало вас сюда. Умоляю вас, учитель, явите ваше великое милосердие и спасите меня. Как только мы доберемся до монастыря, я совершу жертвоприношение и отблагодарю вас за ваши милости.
– Учитель, – отвечал ему Трипитака, приняв все сказанное духом за истину. – Мы оба с вами монахи, только я – буддийский, а вы – даосский. И хоть платье у нас различно, однако принципы, которые мы проповедуем, одинаковы. Если бы я не оказал вам помощи, то не имел бы права называться монахом. Не знаю только, что делать, ведь вы не можете двигаться.
– Не то что двигаться, я встать не могу, – пожаловался дух. – Ну ладно, – отвечал Трипитака. – Я пойду пешком, а вы садитесь на коня.
– Премного благодарен вам, учитель, за вашу доброту ко мне, но я даже на коня не в состоянии сесть.
– А я и не подумал об этом, – сказал Трипитака. – Ша-сэн! Положи вещи на коня, а сам понеси этого почтенного монаха до монастыря.
– Ладно, – согласился Ша-сэн, – понесу.
Но дух быстро обернулся к Ша-сэну и окинул его взглядом.
– Учитель, – сказал он, – тигр напугал меня до смерти, а этот монах еще страшнее. Я боюсь его.
– Неси тогда ты, – сказал Трипитака Сунь У-куну.
– Хорошо, – сразу же согласился тот.
Дух уселся Сунь У-куну на спину и удобно там устроился.
«Вот глупый даос, – усмехнулся про себя Ша-сэн, – не хочет, чтобы я его нес, а предпочитает Сунь У-куна, Вот погоди, отойдет он немного, так, чтобы учитель его не видел, трахнет тебя о камни, так ты и костей не соберешь».
«Подлая тварь, – думал в это время Сунь У-кун, тоже улыбаясь. – Как только ты осмеливаешься дразнить меня. Лучше бы поинтересовался, сколько мне лет. Своими дьяволь скими речами ты можешь морочить Танского монаха, а меня не обманешь. Я отлично знаю, что ты – дух здешних гор и что вы задумали съесть нашего учителя. Но наш учитель не обыкновенный человек, не так просто его съесть. Уж если вы решили полакомиться его мясом, то львиная доля должна достаться мне».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
