ему очухаться, уселся сверху и парой тяжёлых ударов размозжил мечнику челюсть, превращая его лицо в кровавую кашу. В его же интересах было, чтобы в этом мире существовали боги с магией исцеления.
— И ПОБЕДИЛ ПОЖИРАТЕЛЬ! — толпа взорвалась аплодисментами. — СМЕЛЬЧАК, ВЫ ХОТИТЕ ПРОДОЛЖИТЬ СРАЖАТЬСЯ?
— Да! — воскликнул я, поднимая к ночному небу окровавленные кулаки. — Но с одним изменением!
— КАКИМ?
Я сделаю всё, чтобы этот мир, даже попытавшись сожрать меня, подавился и сдох.
— Категория! Я хочу изменить категорию следующего боя! Всё или ничего! Бой насмерть!
Глава 16
Меня оставили на арене, попросив подождать. Единственного Клинка унесли на носилках. Комментатор что-то орал, судя по то и дело упоминаемому моему псевдониму, про меня. Но я не слушал.
Мозг был почти пуст, для меня сейчас существовали только моё тело, ринг… арена, и противник, который должен был вот-вот появиться. Знакомое состояние, не раз и не два я чувствовал нечто подобное во время соревнований. Вот только на Земле мне зачастую приходилось подолгу настраиваться, чтобы просто коснуться его поверхности. А теперь я будто нырнул в чёрную воду с вышки.
Я уже привык к убийствам и мысли о своей возможной гибели. Сам факт предстоящего смертельно боя меня ни капли не пугал. Однако то, насколько это отличалось от сражений с имперцами, хаотичных, диких, безумных…
Всё моё естество дрожало от предвкушения и азарта. Сейчас, вот сейчас, буквально через несколько минут, на эту арену выйдет совершенно незнакомый мне человек, с которым мы должны будем сразиться насмерть. Сдача, мольбы о пощаде, проявление милости победителем, попытки бегства — всё это будет невозможно. Уйдёт на своих ногах только один, второго вперёд ногами унесут.
Дверь, ведущая на арену, распахнулась и я встретился глазами с крупным, за метр восемьдесят, мускулистым мужчиной лет тридцати пяти. Его голову и лицо закрывал шлем с кольчужной сеткой, защищающей шею, тело было закрыто в кожаную со стальными вставками броню, в руках — пара боевых топоров и узкими лезвиями, предназначенными не рубить тела врагов, а пробивать их насквозь.
— ПРИВЕТСТВУЙТЕ, ВИКИНГ! — провозгласил комментатор.
Я вздрогнул. Амулет на моей шее иногда выдавал подобные штуки, переводя слова, которых в принципе не должно было быть в местном языке. По словам Эллисы, он не прямо переводил речь, скорее передавал смысл сказанного, так что иногда действительно использовал лишь мне понятные слова. Но “викинг”?
— Ты — герой? — произнёс я, когда мой соперник подошёл поближе и мне уже не нужно было кричать.
Его лица я не видел, но судя по секундной задержке в движениях, мои слова его зацепили.
— Да, — кивнул он наконец. — Ты?
— Что-то типа того, — пожал я плечами. — С Земли?
— Ага.
Я хмыкнул. Неожиданно было вот так вот встретить земляка, чтобы уже через несколько минут попрощаться.
— Давно в этом мире?
— Уже пятнадцать лет.
Я присвистнул. Получается, он попал сюда примерно в моём возрасте. Проблемой героев было то, что они, в отличие от местных одарённых, не могли повышать силу своей магии, расти в ступенях. Так что, если попаданцу не повезло получить немного энергии переноса, то шансов стать кем-то выдающимся, спасителем мира или вроде того, у них не было никаких. Похоже, у этого викинга ситуация была именно такой.
— А я — где-то около трёх недель.
— Что ты тогда тут забыл?.. — удивился Викинг, но потом поднял руку, останавливая меня от ответа. — Нет, подожди. Не хочу знать.
— Чтобы убивать было проще?
— Что-то типа того.
— Ну и ладно. Начнём?
— Да. Я готов! — крикнул он в небо.
— Я тоже!
— В БОЙ!
В атаку сразу Викинг, в отличие от Единственного Клинка, не бросился. Принял боевую стойку, довольно странную: правый топор направлен вперёд на вытянутой руке, левый — заведён за голову, готовый опуститься на мою голову. Левша. Неприятно.
Я поднял кулаки к лицу, пару раз подпрыгнул на мысочках, тряхнул ногами. То, что мы оба с Земли, не имело никакого значения. Это было просто совпадением, таким же, как если бы я встретил человека своего роста или с именем Тим. Поводов относиться к Викингу как-то иначе, тем более жалеть его, не было. И он вряд ли стал бы жалеть меня. Не после пятнадцати лет жизни в этом мире. Не на этой арене.
Сорвался с места, максимально сокращая дистанцию. Преимущество его оружия было в огромной пробивной силе, но, чтобы продемонстрировать эту силу, ему нужно было наносить удар с совершенно конкретного расстояния. Чуть дальше — и будет промах, чуть ближе — и по мне ударит лишь топорище, что вряд ли будет особо больно или тем более опасно.
Однако эту слабость своего оружия Викинг знал и без меня. И, увидев мой манёвр, он тут же отступил на шаг, чтобы не дать мне войти в безопасную зону рядом с его телом. Тонкое, всего сантиметра три в длину, лезвие левого топора промелькнуло в считанных сантиметрах от моей груди. В следующую секунду я ощутил мощное дуновение ветра, отталкивающее меня ещё немного назад. Похоже, это была его магия.
Следующий взмах правого топора оказался направлен снизу-вверх, с его подшагом, мне ровно в подбородок. Откинув голову назад, я, даже не особо видя, куда бью, атаковал его топор слева максимально коротким хуком, ощущая как скрипят костяшки от удара по железу. А затем вскинул правую ногу, в прыжке подбивая Викинга под правый локоть, заставляя его завертеться волчком и потерять контроль над телом.
От незащищённой ступни, врезавшейся в стальной щиток на его локте, по всему телу прошлась волна мерзкой дрожи. Потом нужно будет подумать о каких-нибудь щитках на ноги. Сражаясь только руками я терял больше половины возможностей для атак.
Но, как бы это ни было больно, удар вышел довольно чистым. Руку Викинга от удара кулаком повело вбок, а от удара ногой — вверх, и он, прежде чем смог выправить своё положение, успел прокрутиться почти на четверть оборота. Правда, это его из колеи не выбило, сражаться он определённо научился очень и очень неплохо.
Вместо того, чтобы тормозить вращение и терять драгоценный импульс, он крутанул себя дальше, отгоняя меня ударом левого топора вбок и за спину. Параллельно вокруг него поднялся маленький шторм, также призванный не дать мне приблизиться.
Слишком рисковать я не стал. Взмах ноги перевёл во фляк назад, разрывая дистанцию и уворачиваясь от удара топора. Однако и впустую терять возможность, давая Викингу вновь встать боевую стойку и начиная всё заново, было бессмысленно.
Пока мои руки оставались на земле, будто
