– Понятно. А где рыцари твоего отца? – Джулия, позвав Эмму, направилась к кухне, на ходу закатывая рукава. Фальк загородил ей дорогу.
– Рыцари? Одни умерли от лихорадки, другие удрали или ушли с Ван ден Богардом. А куда это ты идешь?
– На кухню, куда же еще. Мы все голодные…
– Ну, уж нет, моя жена не служанка, чтобы готовить и подтирать.
– А кто же тогда будет готовить, милорд?
Фальк взял Джулию под локоть и отвел в сторону.
– Я не знаю кто, но только не ты. Эмма, приготовь что-нибудь, мои люди тебе помогут.
Пьер, которому Эмма уже давно приглянулась, тут же выступил вперед и, с победоносной улыбкой посмотрев через плечо на товарищей, отправился следом за служанкой на кухню.
Джулия собралась было протестовать, но застыла с открытым ртом, заметив искорки бешенства в глазах Фалька. Тот с угрозой проговорил:
– А ты лучше помолчи, у меня нет настроения спорить с тобой; а то смотри у меня, поколочу.
– Только попробуй, норманн, пожалеешь!
Они минуту постояли, гневно уставившись друг на друга, и улыбнулись. Фальк взял Джулию за руку.
– Вот что мне нравится в тебе больше всего, жена. Твой дух.
– Дух? – Джулия с улыбкой покачала головой. – Вот уж не знала, что это так называется. – Она поднялась на цыпочки и, закинув руку ему за шею, чтобы наклонился к ней, прижалась к его губам, проведя по ним кончиком языка.
Фальк был застигнут врасплох, жена никогда еще не целовала его. Чувствуя, что все смотрят на них и ухмыляются, он решительно отодвинул Джулию, но не выпустил ее руки. Вспомнив, что наступает ночь, он принялся отдавать распоряжения:
– Люк, пойди скажи Торну и Свену, чтобы позаботились о внешних и внутренних воротах, пусть поставят по крайней мере по двое часовых. Арви, растормоши этих лентяев, пусть зажгут свечи и сальные светильники, а потом посмотри, что с арсеналом. Сандер, а ты пойди поухаживай за Драго и Снежинкой. – Тут его взгляд упал на присевшую у очага Вернис, и он напомнил о ее лошади тоже и добавил: – Посмотри, чтобы разгрузили повозки, а потом пойди помоги Эмме на кухне.
Все мгновенно пошли, каждый в свою сторону.
– А теперь… – Фальк повернулся к ней, – ты вроде бы что-то говорила про уборную?
Джулия, внезапно застеснявшись, смущенно потупилась. Она крепко держалась за руку Фалька, пока они поднимались по лестнице, оставив внизу шумный зал, но шли они недолго – Фальк вдруг остановился, прижал Джулию к себе и стал целовать. Джулия отвечала ему, обняв за шею и чувствуя щекой жесткую щетину. Фальк притиснул Джулию к стене, прижав ладонь к ее груди, и Джулия почувствовала силу его желания. Он сдавленно застонал и попытался задрать ей юбку, но Джулия решительно уперлась рукой ему в грудь.
– Милорд, вы что, хотите взять меня тут, на лестнице, как простую служанку?
– Да! – со смехом ответил он.
– Нет, – сказала Джулия, отпихивая его двумя руками, – Я не позволю. Кроме того, вы до сих пор не сводили меня в уборную, так что, боюсь, милорду придется заниматься любовью в луже.
– Мои извинения, – пробормотал Фальк и подал ей руку. – Пошли.
Было очень темно и холодно, Фальк обернулся к Джулии, высоко подняв светильник.
– Не бойся, здесь никого нет. Если я правильно запомнил, это где-то здесь.
Потянуло вонью, Джулия зажала нос. Фальк чертыхнулся, обещая, что завтра заставит слуг вылизать уборную языками.
– Щеткой и щелоком получится намного лучше, – сказала Джулия. – Ой, а тут не заразно?
– Я бы не привез тебя сюда, если б существовала, хоть какая-то опасность. Давай иди, мне не хочется торчать всю ночь в этой грязной дыре.
– Хорошо. Отвернись. – Фальк засмеялся.
– Шутишь, жена?
– Нисколько. Это… личное.
Он со вздохом отвернулся.
– Далеко не отходи. Я ничего не вижу, – пожаловалась Джулия.
– Черт побери, женщина!
Потом Фальк взял Джулию за руку и повел по коридору, упиравшемуся в массивную дверь. Он толкнул ее, и на них обрушилась такая тьма, что Джулия ухватилась за руку Фалька и прижалась к нему.
– Не бойся, – сказал он, улыбаясь ей в темноте. – Мои люди проверили все до единой комнаты, в замке нет никого, кроме нас. Пока.
Они вошли, Фальк зажег свечи в высоком канделябре и, присев у очага, стал раздувать тлевший огонь.
– Это была их комната, – сказал он, поворачивая голову к Джулии. – Отца и…
– Дьяволицы?
Их глаза встретились, и они обменялись улыбками.
– Тебе здесь не нравится? – спросила Джулия, почувствовав, что Фальку не по себе.
– Не нравится.
– Может, пойдем спать где-нибудь в другом месте?
– Где? В зале со всеми? С Вернис и де Слевином?
Джулия оторопела.
– Ты думаешь, они…
– Думаю. – Он, чертыхнувшись, бросил в очаг полено. – Держу пари, она даже не стала ждать, когда овдовеет.
Джулия подошла к кровати.
– Как ты думаешь, он умер здесь?
Фальк выпрямился и начал отстегивать меч.
– Нет, – сказал он, пряча глаза, – он умер в часовне.
Джулия с облегчением вздохнула.
– Не уверена, что смогла бы спать на кровати, где кто-то умер.
Пока Джулия стояла к нему спиной, Фальк быстро перекрестился, прося прощения за ложь, и обратился к ней:
– Помоги мне снять доспехи, Сандер занят с лошадьми.
Джулия оторвала взгляд от кровати и подошла к стоявшему у очага Фальку, сняла с него тяжелую длинную кольчугу, и та со звоном упала на пол. Освободившись от железа, он, взяв ее за талию, притянул к себе и, бормоча ей на ухо, что он хочет ее сейчас же, стал выплетать ленту из ее косы.
Дверь скрипнула и распахнулась, впустив Эмму с кипой постельного белья. Фальк и Джулия отскочили друг от друга так быстро, что служанка ничего не заметила.
– Милорд, Арви просит вас срочно в оружейную комнату.
Фальк кашлянул, с сожалением глядя на Джулию.
– Хорошо. – Он поцеловал ее в щеку. – Увидимся.
Он ушел, а Джулия застыла у очага, задумчиво глядя на огонь. Эмма положила белье на кровать и принялась вытирать пыль.
– Эмма, где леди Вернис?
– В зале, раздает направо и налево приказания. – Эмма старательно вытирала каждую завитушку на резных подпорках балдахина. – Но вы не беспокойтесь, Пьер говорит, хозяин отошлет ее в Кенский женский монастырь.
– Правда? А если она откажется?
– Пьер говорит, хозяин ее заставит. – Эмма, с удовлетворением оглядев комнату, повернулась к кровати и стала раскладывать белье. Джулия подошла и остановилась рядом, глядя на серый тюфяк. Не может быть, что норманнского графа оставили умирать на холодном каменном полу в часовне.
– Мы привезли из Руана наш тюфяк? – спросила она.
– Привезли, миледи.
– Тогда сними этот и сожги.
