– Как вы здесь оказались, отец? Как мама? Она получила письмо о Фальковом наследстве? Наверняка получила, если вы здесь! А Фоксборн? Вы долго у нас пробудете?
Священник засмеялся, глядя на милое лицо Джулии, по которому так соскучился.
– Я совершаю паломничество, дитя мое. В Руане мы встретимся с монахами-бенедиктинцами и оттуда вместе отправимся в Иерусалим. Ваша матушка в добром здравии и посылает вам привет. Фоксборн пока стоит.
– Ах, отец, как же я рада вас видеть!
– А как ты, дитя? – Отец Амброз посмотрел по сторонам. – Твой муж…
В зал вошли Вернис с Жильбером, и Джулия понизила голос.
– Я молю Бога, чтобы он поскорее вернулся домой.
Отец Амброз взял принесенный Эммой поднос с хлебом, сыром и вином, сурово поглядывая на Вернис и Жильбера. Джулия познакомила его с этой парочкой, и Вернис выразила желание, чтобы отец Амброз отслужил мессу.
– Может быть, завтра, – сказала холодно Джулия. – Отец Амброз проделал долгий путь, почти всю дорогу пешком. Он наверняка очень устал.
– Я никогда не устаю, коли речь идет о службе Господу нашему. У вас есть часовня?
– Есть, очень даже хорошая, с цветными стеклами и мраморным алтарем, – ответила Джулия. – Я присмотрю, чтобы все приготовили, отец. А вы пока поешьте и отдохните. Торопиться ни к чему.
Бросив взгляд на Вернис, она поднялась и поспешила в кухню, чтобы взять свечи и послать Эмму в часовню подмести и вытереть пыль. День только начался, а Джулия, поднимаясь по лестнице, вдруг почувствовала себя утомленной, и к горлу подкатила тошнота. Что это за хворь такая, что никак не проходит вот уже которую неделю? Она решила попить отвар ромашки и мяты.
Фальк разбил лагерь в миле от крепости Ханса Ван ден Богарда и выслал разведчиков осмотреть укрепления. Те вернулись поздно вечером. Выслушав их, Фальк приказал срубить три дерева, стволы которых сойдут в качестве тарана, а затем отдыхать. Сам он сел у костра рядом со своей палаткой и стал смотреть, как Сандер готовит еду.
Как это досадно, что приходится останавливаться, чтобы поесть и отдохнуть. Фальку не терпелось разбить врага и поскорее вернуться домой к своей молодой жене, которая осталась одна с незнакомыми ей рыцарями. Ему вспомнилось, как Джулия обняла его при прощании и с каким жаром отвечала на его поцелуи. Может, она его любит? Фальку хотелось поскорее выяснить это, как и то, что он станет отцом.
С тяжелым вздохом Фальк поднялся на ноги и стал прохаживаться по лугу, глядя, как его люди чистят оружие и проверяют подпруги и седла, тихо переговариваясь между собой. Скоро лагерь стих, однако кое-кто не спал, и среди них Фальк.
Миновала полночь, и он приказал вставать и садиться на лошадей. Незаметно подкравшись к объятому сном замку в ночной темноте под моросящим дождем, люди Фалька внезапно ворвались внутрь. Фальк не щадил врага, действуя так, как учил его Вильгельм. Впредь каждый должен был в страхе вздрагивать, услышав имя д'Арка.
Когда все кончилось и осталась лишь горстка женщин и детей, с плачем топтавшихся в грязи под дождем, потому что замок пылал, Фальк усадил увезенных у него служанок в пригнанную специально повозку, а в другую погрузили похищенное у него добро. Фальк не взял ничего, кроме того, что принадлежало ему по праву. Он двинулся в обратный путь, исчезнув так же внезапно, как и появился, лицо его было черно от дыма и копоти, а меч покраснел от крови Ван ден Богарда.
Рассвет застал колонну в дороге – Фальк был полон решимости добраться до «Надежды» до наступления ночи.
Джулия снова застонала и склонила голову над ведром, которое держала Эмма, стоя на коленях у кровати. Та, бормоча что-то утешительное, отерла рот и лоб госпожи мокрой тряпицей, что не принесло облегчения. Джулия продолжала корчиться и стонать, прижав руки к животу.
– Пошли за отцом Амброзом! – крикнула она. – И напишите письмо моему мужу, кажется, я умираю.
Эмма с улыбкой поцокала языком, она уже давно хотела сказать госпоже, в чем дело, да побаивалась – та порой бывала вспыльчива. На этот раз, однако, она решилась.
– Миледи, – заговорила она осторожно, – ваша матушка не рассказывала вам про признаки беременности?
Джулию точно подбросило.
– Что?! Я беременна?!
Эмма улыбнулась.
– Так бывает, когда спишь с мужчиной.
– Эмма! Я не люблю пошлых разговоров!
Служанка пожала плечами, бормоча по-французски про высокородных леди и их характер. Затем она встала и отодвинула ведро.
– Может, миледи поест черствого хлеба? Это успокоит желчь.
Джулия принялась задумчиво жевать сухую корку. Ребенок! Ребенок Фалька! Маленький черноволосый сыночек. Он будет добрым и сильным, как его отец. Джулия откинулась на подушки и блаженно потянулась. А как Фальк-то обрадуется, когда узнает! Хоть бы поскорее приезжал. Джулия откинула одеяло и села, спустив ноги на пол.
– Эмма, быстро неси платье, я пойду в часовню, помолюсь Господу о скором возвращении Фалька.
Весть о беременности Джулии разнеслась по замку, и все потребовали это дело отпраздновать.
Джулия, смущенная, то и дело, краснея, принимала поздравления от рыцарей. Даже Вернис приобняла ее и подставила свою щеку, но Джулия распознала ее недовольство по сухому тону и сжатым губам.
Весь день Джулия провела в кресле у очага в большом зале, погруженная в мысли о своем новом состоянии, занимаясь штопкой Фальковой туники.
Напротив нее сидел Жильбер. Посматривая на него время от времени из-под опущенных ресниц, она ловила его взгляд и пыталась понять, что такого отталкивающего есть в его лице. Уж точно не шрам поперек щеки, у Фалька тоже есть шрамы. На первый взгляд, Жильбер вполне симпатичный мужчина, может, даже симпатичнее Фалька с его смуглостью и резкими чертами лица. Жильбер же благообразен, у него светлые волосы и ясные голубые глаза. Может, все дело в тонких губах или глубоко посаженных глазах, или в изогнутых бровях – Джулии казалось, что в этом есть что-то дьявольское.
Она опустила глаза, кладя еще один аккуратный шов на тунику Фалька. Жильбер, пошевелившись, посмотрел на нее. Джулия заставила себя улыбнуться ему и поинтересовалась, как у него дела. Жильбер немного оторопел от такого выражения дружеских чувств со стороны женщины, всегда относившейся к нему враждебно. Впрочем, он быстро оправился – он был непоколебимо уверен в своей неотразимости.
– Не жалуюсь, – ответил он осторожно, бросив взгляд в сторону Люка и Арви.
– Нам повезло, что стоит такая хорошая погода.
– Вы правы. – Ее неуклюжая попытка завязать разговор забавляла Жильбера. – Миледи хорошо выглядит сегодня.
Джулия на самом деле чувствовала себя отвратно, но лишь улыбнулась в ответ.
