– Как вы пошлете ему записку, если не знаете, где он? – спросила она, стараясь говорить как можно уверенней.
– Не знаю?! – переспросил он. При этом его серые глаза торжествующе засверкали. – Напрасно вы считаете меня глупым. Разумеется, я не такой опытный в этом деле, как ваш отец, который создал обширную сеть осведомителей при покойном убийце, провозгласившем себя Ричардом Английским. Конечно, моя сеть гораздо меньше, но зато хорошо работает. Я знаю, кто спрятал у себя заклятого врага короля. Это сэр Оуэн, бывший сквайр сэра Гая. Ваша лучшая подруга Энн Эллард случайно ему не дочь? И не с вами ли разговаривал Ричард Эллард, когда вы недавно приехали в Ладлоу с Питером Фиэрли, бывшим сквайром вашего отца? И я спросил себя, зачем приехал в Ладлоу мистер Эллард, если имения его отца и тестя находятся далеко отсюда? Ясно, что он прибыл сюда неспроста. Может, для того, чтобы встретить и охранять графа Роксетера? Поскольку его жена и дочь остановились в Греттоне, то и граф захочет быть рядом с ними, тем более что графиня сейчас в глубоком трауре и ей нужна поддержка и забота.
Он понял по выражению лица Филиппы, что абсолютно прав. Она низко опустила голову и крепко сжала губы.
– Вы дьявольски догадливы, мистер Хильярд, – едва слышно прошептала Филиппа.
– Мне доверительно сообщили, что в последнее время сэра Оуэна стали посещать сторонники династии Йорков. Выяснилось, что такое оживление связано с тем, что в его доме остановился один благородный гость. Вот я и послал к нему своего гонца с сообщением, что его дочь у меня в заложницах. В той же записке я подробно описал, как найти дом, где мы с вами сейчас находимся. Не сомневаюсь, что он тотчас бросится на помощь своей единственной дочери.
Филиппа ничем не выдала своих чувств, так как не хотела, чтобы этот негодяй увидел ее слезы и то отчаяние, в которое ее повергли его откровения.
– Позвольте вам сказать, что сэр Оуэн всегда сражался на стороне нынешнего короля – как при Редмуре, так и при Стоуке. Он преданный королю человек, и мой отец никогда не стал бы просить его о помощи, – уверенно проговорила Филиппа, гордо вскинув голову и смело глядя на Хильярда.
– Поживем – увидим, – насмешливо проговорил он, зловеще улыбаясь. – Если я рассуждаю неправильно, то мы установим слежку за домами других джентльменов, сочувствовавших покойному, возомнившему себя королем. Но я рассчитал все правильно. Сегодня вечером или в крайнем случае завтра утром граф будет здесь.
Вернулся часовой, и Хильярд ушел, едва ей поклонившись и еще раз предупредив часового, чтобы тот не спускал глаз с заложницы.
Филиппа села на топчан спиной к двери, чтобы страж не видел, в каком она состоянии. Сердце у нее бешено колотилось, к глазам подступили слезы. Весь вечер она прождала Риса Гриффита, ни на минуту не сомневаясь, что он, как всегда, придет ей на помощь. Но, спасая ее, не попадется ли он сам в ту же ловушку? Ослепленный любовью, не совершит ли он необдуманных поступков, подвергнув себя смертельной опасности?
Когда пришел солдат и принес поднос с чашкой разбавленного водой вина, куском черного хлеба и медом, Филиппа заставила себя все это съесть. Она понимала, что ей понадобятся и выносливость, и стойкость, чтобы выдержать долгие часы ожидания.
Рис Гриффит поднялся, поздоровался с графом и предложил ему сесть.
– Я рад приветствовать вас в моем доме, милорд, но хотелось бы, чтобы это произошло при более счастливых обстоятельствах, – сказал Рис.
Граф жестом велел хозяину сесть, пододвинул стул к столу и сел между Питером и Ричардом.
– Надеюсь, что я своим появлением не навлеку на вас подозрение в измене нынешнему королю, – сказал граф, доставая сложенный лист бумаги. – Кажется, я рассердил вашего дворецкого своим нежеланием ждать, пока обо мне доложат, но я решил, что вы должны срочно прочесть эту записку.
Рис строго посмотрел на своего дворецкого, когда тот приоткрыл дверь и заглянул в комнату.
– Сэр, этот человек… – начал было дворецкий.
– Все хорошо, Кроули, – ответил ему Рис. – Проследите, чтобы все слуги были заняты и не судачили о том, что происходит в доме.
– Слушаюсь, сэр, – коротко ответил дворецкий и закрыл дверь.
– Я получил эту записку сегодня утром, вскоре после отъезда Ричарда, как оказалось, к вам домой. Он уехал, даже не сообщив мне, куда направляется. Я же решил, что в записке содержатся важные сведения, – сказал граф.
– Позвольте мне взглянуть, милорд. – Рис прочел записку. – Мы были правы, – обратился Рис к Питеру и Ричарду. – Леди Филиппу похитил тот самый Мэйнард. Этот негодяй потребовал, чтобы граф ему немедленно сдался. И вот что интересно: записка подписана Хильярдом, а не Мэйнардом.
– Хильярд?! – удивленно воскликнул Ричард, и все посмотрели в его сторону.
– Ричард, вы знаете этого человека? – спросил его граф.
– Я знал Джона Хильярда, бывшего телохранителя нынешнего короля. Он гнался за нами, когда я сопровождал вашу дочь на пути в Милфорд-Хейвен. В завязавшейся перестрелке он был убит.
– Значит, теперешний Хильярд его родственник и вознамерился отомстить за его гибель, – сказал граф, наблюдая, как Рис водит пальцем по карте, которую Хильярд нарисовал, чтобы граф нашел дом, где томится в заключении его дочь. – Сэр Рис, вы знаете этот дом? – спросил граф.
– Я знаю это место. Это пригород Ладлоу.
– Тогда надо подкрасться к этому дому и захватить его, – предложил Ричард.
– Но пока мы будем сражаться с охраной, Хильярд убьет леди Филиппу! – возразил Питер.
– Верно, – согласился граф.
Рис тихо застонал, и граф повернулся к нему.
– Я знаю, вы относитесь к моей дочери с глубоким уважением, сэр Рис, но вы многое потеряете, если пойдете освобождать Филиппу вместе с нами.
– Я буду сражаться за ее освобождение до последней капли крови. Вы в этом сомневаетесь, милорд?
– Нет, не сомневаюсь, но вы окажетесь в невыгодном положении, если присоединитесь к нам, – настаивал на своем граф.
– Это неважно. Самое главное, что мы теперь знаем, где Филиппа, и мы освободим ее, – уверенно проговорил Рис.
– Интересно, сколько вооруженных людей находится в этом доме? – спросил Питер.
– Дом небольшой, – сказал Рис. – Вероятно, там находится пять-шесть солдат, не считая Хильярда. Я полагаю, джентльмены, что все мы готовы пожертвовать собой ради спасения леди Филиппы.
Все в один голос согласились с ним.
– Я предлагаю напасть на этот дом сегодня ночью, – сказал Рис.
– Нападение на дом опасно для Филиппы, – возразил граф. – Я предлагаю, джентльмены, выполнить все, что требует Хильярд: я еду туда и сдаюсь.
– Ради бога, не делайте этого, милорд! – в один голос воскликнули Ричард и Питер.
