— Эмма, все будет по-другому. Я люблю тебя, — проговорил Макс и подумал: «Несмотря на все, что я сделал, Эмма все еще любит меня! Она любит меня!» — Мы можем решить…
— Как?
Макс вдохнул таинственный аромат Эммы, сердце готово было разорваться от отчаяния. Он призвал все свое мужество и продолжил:
— Когда я… был ошеломлен после… после того, как мы занимались любовью в последний раз, я подумал, что все произошло потому, что боялся чувства вины, — Макс тяжело вздохнул. — Но ты знаешь, что я почувствовал? Одиночество. Я был опустошенным, холодным.
Не услышав и слова в ответ, Макс выпрямился и снова заговорил:
— Я не хочу изменять тебя, Эмма. Я не хочу, чтобы ты стала другой. Это мне следует измениться. Я слишком эгоистичен, привык, чтобы все было по-моему. Я не буду привязывать тебя к себе. Ты можешь работать, можешь оставаться дома, делай так, как захочешь. И когда у тебя появится страсть к путешествиям, ты можешь ехать… потом вернешься ко мне. Вот! — Макс вздохнул с облегчением. У него хватило сил договорить, высказать все, о чем он думал бессонной ночью.
— А как это понимать: «потом вернешься ко мне»?
Макса смутила недоверчивость Эммы. Он что-то не то сказал.
— Я был одержим, подавлен. Я хочу сказать, что не буду пытаться останавливать тебя, когда ты захочешь поехать.
— Ты можешь поехать со мной.
— Нет, милая, я не могу. У меня нет никакого желания путешествовать с тобой, — он улыбнулся, наклонился и взял в ладони лицо Эммы. — Но это не значит, что ты должна оставаться со мной.
— Ты же пришел сюда.
— Я должен был прийти, — Макс нахмурился. — Эмма, неужели ты не понимаешь? Я хочу, чтобы ты вошла в мою жизнь.
— Но ты не хочешь, чтобы моя жизнь стала и твоей.
— Я не могу!
— Почему?
— Потому что… — Макс не находил нужных слов. Что происходит?
— Ведь нет причин, — она убрала его руки с лица, Макс не останавливал ее. — Будь честен со мной хоть один раз! Как ты упрям, Максвелл Морган!
— Морганы не упрямы, а вот Маклины — да! — он провел рукой по своим золотистым волосам. — Морганы уверены в себе, Морганы настойчивы, но…
— Морган — лошадь, Макс! Почему ты не позволяешь мне войти! Неужели ты не понимаешь, что снова оставляешь меня вне своей жизни!
— Ты сумасшедшая, ты знаешь это? — иронично заметил Макс, но Эмма продолжала говорить, будто и не слышала его реплики.
— Все, что я есть для тебя, — это костыль! И я не знаю, что с этим делать!
Голос Эммы удалялся, Макс заволновался: она уходит от него!
— Куда ты, Эмма?
— За шампанским!
— Тебе не нужно пить!
— Я только начала!
Глава 13
Постоянно извиняясь, Эмма пробиралась сквозь толпу в поисках официанта и уже было совсем отчаялась, как вдруг увидела Сисси, та махала ей рукой. Мисс Маклин оглянулась назад, но из-за большого скопления народа Макса она не увидела. Поджав губы, Эмма медленно прокладывала дорогу к верной подруге.
— Где Макс? — прокричала Сисси. В зале стоял невообразимый шум.
— Рядом с лифтом, — Эмма устало упала в бархатное кресло и почувствовала треск. «Чудесно. Хорошо бы закрепить платье, пока я его не потеряла», — пробормотала она.
— Проблемы в раю, голубушка?
— Да, — Эмма взглянула на платье. Если оставшиеся стежки не разойдутся, то все будет в порядке. — Это не человек, это нечто ужасное.
— Таковы все мужчины, дорогая, — Сисси откинулась на спинку кресла и отпила из огромного стакана с каким-то розовым напитком. — Ты хочешь поговорить?
— Нет. Я ищу парочку бокалов с шампанским. Максу и мне необходимо поддержать наши убывающие силы и успокоиться перед тем, как мы задушим друг друга!
— Я не видела тебя такой раздраженной с тех пор, когда Маршал обезглавил всех твоих кукол, — усмехнулась Сисси.
— Кто это Маршал? — сзади появился Эдам.
— Мой брат, — Эмма состроила рожицу. — И Макс близок к тому, чтобы пойти по пути Марии Антуанетты.
— Не думаю, что гильотина сильно изменит его, дорогая, — заметила Сисси.
— О, Сисси, я не хочу менять его. Я только хочу, чтобы он прислушался к голосу разума.
— Чьего разума, Эмма?
Испуганная Эмма уставилась на Сисси широко распахнутыми глазами.
— Я не думала об этом.
— Так вот, подумай, — проговорила Сисси.
— Он замкнулся в своем мирке, Сисси, — неуверенно оправдывалась Эмма. — Я хочу, чтобы он почувствовал себя частью этого мира, а не стоял в стороне и созерцал. Это что, неправильно?
— И это ты мне говоришь? — Сисси выпустила тонкую струйку дыма. — Помню одну десятилетнюю девочку, которая проплыла две мили по кишащей щуками воде лишь только потому, что ей не хотелось слушать назидания своих родственников: что делать, как делать.
— Ты сделала это? — восхищенно спросил Эдам.
— А еще эта девочка не верила в себя и не показала любимому мужчине свое озорное великолепие только потому, что он не хотел его видеть.
— Сисси, за свою самоуверенность он мог получить Нобелевскую премию.
— И эта самая девочка поняла, что покажет миру то, чего он ожидает.
— Эмма, — осторожно проговорил Эдам. — Макс всегда был таким. Не позволяй ему спорить с собой.
— Он рассказывал мне о своих родителях, Эдам. Они хотели, чтобы он был таким, как они, как… — Эмма прищурилась. «Ребенок, оставленный эльфами взамен похищенного», — так он назвал себя. События последних недель пронеслись перед ней. Она видела, что Макс потерял контроль над своими чувствами, над своим разумом. А ведь это составляло его защиту. Значит…
Подобрав подол, Эмма продиралась сквозь толпу. «Хватит стратегических отступлений, — решила Эмма. — Я вытащу его отсюда, закрою в библиотеке, и мы будем все решать наедине».
Макс — великолепный фокусник, слепота помешала Эмме увидеть настоящую беду Моргана. Она не поняла самого главного.
Макс доверял Эмме, но не доверял сам себе. «Бенно поможет мне. Необходимо решить этот вопрос раз и навсегда! Макс сделал первый шаг. Любовь стоит того, чтобы за нее бороться. С собой, с Максом», — думала Эмма, пробираясь к огромной пальме. Достигнув конечного пункта, мисс Маклин остановилась, как вкопанная. Макс ушел.
Макс отошел от стены и остановился. Ему понадобилось немало самообладания, чтобы забраться так далеко. «Не знаю, стоит ли дальше продолжать это рискованное путешествие, — думал он. — Как Эмма скрылась, не договорившись ни о чем?»
Море голосов струилось, огибая Моргана. Несколько раз с ним поздоровались, но, кажется, поблизости знакомых больше не было. Макс вздохнул с облегчением. «Я должен найти Эмму», — сказал он сам себе, напряженно прислушиваясь к голосам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
