мы давно перестали общаться? А мама часто перебирала фотографии своей жизни, Придешь, бывало, а она сидит за столиком, рядом вологодский кот Марат пристроился, а мама так внимательно рассматривала каждое изображение… Меня уж не трогала: знала, что раздражаюсь, До сих пор на антресолях портфель с фотографиями,Разбирает она фотографий коробкиИ зовет: «Хороша все же жизнь, посмотри!»Вот пикник – и летят от шампанского пробки,Вот она в тридцать восемь, вот я года в три,Мама в прошлом блуждает и клеит альбомы,Снова семьдесят лет пролистать торопясь,Удержать огонек материнского дома,Передать его мне, чтоб не смог он пропасть.Наталия Карпова † 1995
После Крещения я выкинул гору собственных изображений со знакомыми девицами, непременно с бокалом спиртного в руке и с сигаретой во рту; пьяных сборищ; там нет ни одного нормального снимка: бутылки, гримасы, ужимки, обнимания и полунепристойности,
Есть два альбома, где я храню то, что мне дорого: локон детских моих волос, юношеские и военные фотографии, несколько дорогих сердцу писем. Взял за правило при каждом удобном случае выкидывать вон кажущиеся поначалу безценными бумажки. Кто будет читать их после моей смерти? Кому нужны снимки плохого качества, да еще незнакомых людей? Кипами лежали после папиной смерти конспекты его лекций по научному коммунизму, и мама все предлагала мне забрать их, К чему? И после нее остались аккуратно перевязанные в пачки поздравительные открытки за многие годы, старые документы и толстая медицинская книжка. Зачем мне хранить их в маленькой двухкомнатной квартире?..
Остаются книги, фотографии,стоптанные туфли, пиджаки,на работе – автобиографии,в письменном столе – черновики.Облетит, осыплется столетьес золотых деревьев бытия,и от нас останется на свете дух,в котором есть и ты, и я.Феликс Чуев † 1999
Атеист В,Г, Белинский мечтал: «Умру на журнале и в гроб велю положить под голову книжку “Отечественных записок”», А «новым» русским вкладывают в одну мертвую руку мобильник, в другую – пистолет…
Приемному сыну я сказал: «Илья, после меня выкинь все, что не представляет для тебя интереса». А иногда добираюсь и до книжных полок и вычищаю из нее университетские учебники, справочники, которыми никогда не воспользуюсь, да просто плохие книги. Ненужную литературу раздаю желающим. Есть здесь, правда, один этический момент: а что делать с книгами с автографами авторов? Вопрос пока остался открытым…
«Не думай, что одно приобретение золота и серебра есть любостяжательность: она есть приобретение чего бы то ни было такого, к чему привязана воля твоя». Прп. Исаак Сирин VIII век
Какой архив мы развели!(Из ничего как много звона…)Его потом не сдашь в ЦГАЛИи не продашь с аукциона.Что будет делать наша дочьс мешками писем, сочинений,с фотоальбомами – точь-в-точь,как если б тут скрывался гений.Она их станет разбирать,с трудом одолевая дрему,и снова сунет под кровать,не в силах резать по живому.Э, девочка, не дорожись,ни адресов, ни дат не помни.Ведь это все – чужая жизнь.Крои свою поэкономней.
Тамара Жирмунская р. 1936
* * *
– Молодой человек! – несмело позвали кого-то. Я стоял на автобусной остановке и даже головы не повернул: редкие волосы и седая бородка явно выдавали мой предпенсионный возраст.
– Молодой человек! – тихо повторил женский голос, и я обернулся. Передо мной стояла увядающая женщина лет сорока, хорошо одетая, еще привлекательная, с глазами, в которых не было света.
– Простите, – смущенно проговорила она, – у меня у вам необычная просьба. Вы не могли бы уделить мне несколько минут? Может быть, зайдем в ближайшее кафе? Я заплачу, – закопошилась она в сумочке в поиске кошелька.
Я не знал, как себя вести: женщины давно не обращали на меня внимания, да и я, откровенно говоря, больше думал о работе и будущей книжке. И поэтому находился в некотором замешательстве: было что-то непристойное в этом уличном знакомстве. Да и сама женщина чувствовала себя неуютно – ее лицо покраснело; видимо, она стыдилась своей смелости первой обратиться к мужчине.
– А что случилось? Беда какая?
– Я прошу вас только выслушать меня, только выслушать! – просила она. – Может быть, вы зайдете в гости, здесь рядом моя однокомнатная квартирка?
Нет, ее взволнованный до дрожи голос, ее чувство неловкости перед незнакомцем, ее нервное поглаживание ладоней, невезучая пуговица в тонких пальцах, ее жесты – все говорило о том, что обращение ко мне далось ей непросто.
Жест – продолжение нашей речи,Уста молчание творят,Но кисти рук, спина и плечиВсе говорят, все говорят.Роман Сеф
– Понимаете, меня загрызло одиночество, я больше не в силах выносить его в опостылевших четырех стенах дома! Ну почему, почему я одна? – плакала она без слез, не обращая внимания на собравшихся зевак. – Работаю учителем, там одни женщины, женатый сын живет отдельно – у него своя жизнь, он занят, занят, занят! А если заедет на минутку, ткнет коробку конфет – и поминай как звали: мама, дела! Подруг почти нет, да и те замужем, там своих проблем хватает. Друзья… Мой друг – телевизор! Я ему все рассказываю, а он отвечает, хоть и невпопад. Были ухажеры в молодости, но я все выбирала идеал. Теперь вот сижу у разбитого корыта…
Почти красива. И умна,Хотя и не хитра.Добра. И все-таки – одна.И все-таки – добра.Илья Фоняков, СПб.
Она решилась и подняла на меня глаза.
– Прошу вас, пойдемте ко мне на чашку чая. На полчаса, не больше.
Не знаю, как поступил бы я несколько лет назад, но теперь я сказал: – Простите, я очень спешу.
Она понимающе кивнула и медленно пошла прочь по тротуару, прямо по лужам. Спина ее содрогалась – она плакала, вынося горе наружу. «А может, все еще наладится? – успокаивал я себя, глядя на удаляющийся силуэт. И еще будет она счастлива тем незатейливым женским домашним счастьем, которым так тяготятся другие? Или ей собаку завести – все любящая тебя животина рядом будет».
Женщина постепенно растворялась вдали, пока сгущающаяся грусть не поглотила ее совсем…
Вырвусь я в своем одиночествеиз тоски лихих годин.Даже в полном одиночествея на свете не один.Пусть душа, ни с чьей не схожая,словно комната, пуста,предо мною – Матерь Божияи спокойный лик Христа.Лампа ночью долго светитсянад застывшею строкой.Есть мне с кем глазами встретитьсяи к кому прильнуть душой…Валерий Хатюшин* * *
Урок нерусского языка. Сокращения (аббревиатуры): «Аббревиатура – условное сокращение слов на письме, а также слово, составленное путем сокращения двух или нескольких слов». Эти сокращения я взял из свежего телефонного справочника: МРОТ, МЭРТ, АТЭП, ВОА, ВОГ, ВОИ, ВОС, МСЭК, ГНИИ МО, ГОУ, ГОУДО, ГПРЭП, ГУДРЭП, МРЭО, МРЭУ, МСЭК, МУП, ОПОП, ОППН, ОСТО, ПИБ, ПУ, СПбГКА, СПбОКА, ССО, ТнВ, ТСЖ, УМ, ФГУП, ФСО, КЭРППиТ, КГИОП, ПБОЮЛ (предприниматель без образования юридического лица) и еще безконечное множество непроизносимых уродцев. Последний шедевр придумали уже специалисты по русскому языку: РОПРЯЛ – (Российское общество преподавателей русского языка
