треугольный, высокий, просто какое-то чувство, можно даже эмоциональное, и просто понимаем – создаем мысль – вот это чувство – я его чувствую – происходит рекурсия, возвращение чувства самого к себе; когда говорят – «мы познаем это чувство» – это чувство познает само себя: материя познает саму себя непосредственно через рефлексию. Когда мы смотрим на себя как на физический объект в материальном мире, построенным чувственным опытом – мы смотрим на себя, т.е. мы материя смотрим на материю – сами на себя опосредствованно. Почему опосредствовано? Потому что объективность есть знание не только через себя, но и через средство в виде других людей, существование которых делает это знание объективным. Не мнение людей определяет истинность или ложность суждения, а просоциальная обоснованность, т.е. – общественная полезность. Поскольку то, что дано непосредственно – дано чувствами, а мир материальный дан с помощью экспериментов, эмпирически и значит объективно, объективное же должно быть всегда дано опосредствованно. Поэтому, когда более холодной рукой холодный предмет ощущается как теплый, это субъективная и непосредственная информация, и чтобы она стала объективной необходимы опосредствованные способы, поэтому мы выносим градусник за окно и измеряем температуру опосредствованным путем, т.е. через объективное для всех средство – опытом. Таким образом получается наши чувства сами суть материя, существующая сама по себе, которую можно познавать только объективно. Поскольку мы можем познавать мир в основном только с помощью понятий, которые всегда просоциальны, выходит, что и наши знания о себе как материи должны быть объективными, чтобы быть знаниями, т.е. просоциальными.
И поскольку материя существует объективно безусловно и просто так, то и наше сознание с его законами, которые именно материальные существуют просто так вечно. Многие законы, которые видятся опосредствованно конечно же отличаются от тех законов, которые мы можем видеть непосредственно, потому что опосредствованный способ усложняет наше восприятие, превращая его тем самым в материальный мир, общий для всех. Например, моя переписка с другом суть материальный процесс, и тем не менее это происходит как процесс сознания. Фотографии и видео в компьютере суть наш субъективный опыт, но он явно материален. Стало быть, раз фотографии явно материальный процесс, то почему должно быть удивительно то, что наши непосредственные чувства суть материальный процесс? Существование чувств объективно так же, как и существование материи, потому что о них можно сказать и понять их без интерпретаций, однако это менее полезно чем описание материи, поэтому этому мало внимания, откуда и рождается мнимая проблема сознания. Если мы смотрим на экран фотоаппарата, то видим то, что видит его камера, однако это не значит, что камера не является физическим объектом. В нашем случае происходит то же самое – мы испытываем чувства, однако являемся физическим объектом. В случае с камерой ясно, что она целиком со своими процессами основана полностью материально, следовательно, и мы тоже основаны материально. Камера дает нам квалиа, и наше тело даёт нам квалиа именно как субъективный опыт, хотя очевидно, что эта данность возможна только материально, раз это можно объективно описать. Все квалиа подвержены закону эволюции, т.е. тем же самым физическим законам природы, что и вся материя, ведь они подчинены в нашем знании о них логическим законам так же, как и физические вещи, они усложняются и развиваются, что нам и показывает, что они и есть именно физические вещи. Квалиа онтологически отличны от физических свойств мозга, но оказывают реальное каузальное влияние на процессы в нём и оперантно обуславливаются, что доказывает их материальность.
Почему я не низвожу всё до субъекта и не объявляю все чистым прагматизмом? Потому что опыт говорит о материальном существовании, которое возможно и вне непосредственных знаний. Таким образом хотя мы и знаем это необходимо, тем не менее необходимость эта материальная, и опыт это только подтверждает.
Наука о физических объектах, которые мы познаем опосредствовано как материальный мир – это наука физика. Наука же которая изучает объекты непосредственно называется – метафизика. Понимать такую метафизику нужно здесь в настоящем Аристотелевском смысле, а не том в каком его понимал Кант, что нечто может существовать безусловно, раз и навсегда определенно. Метафизика суть наука о законах непосредственного восприятия материальных вещей. Эти законы должны быть даны до всякого опыта, раз материя может существовать до того, пока будет познана опытным путём, т.е. до того, как в материи возникнет рекурсия, которую мы называем знанием с точки зрения нас как живого существа, т.е. до того, как материя познает саму себя. Рекурсия – это рефлексы, рефлексии, возникновение обратных деятельных связей между животным и материальным миром. Эта связь основывается на том, что данное материальное существо – животное, организовано по эволюционному типу больше, чем окружающая его материя. То, что имеет больше этапов эволюции, то более сложно устроено по принципу обратного действия и с собой, и с внешним миром, и в соответствии физическим законам может быть только локальным в пространстве. Чем больше обратных связей, тем больше сложность существа: бактерия не может видеть, ходить, понимать, в отличии от высших существ – позвоночных животных. Однако и животное, и простая метрия относительно него оба являются материей. Вообще-то мы понимаем сознающих или не сознающих существ по критерию того как мы понимаем жизнь вообще, то есть как то, что может самовоспроизводиться. Специалисты NASA договорились, что будут называть живыми организмами все объекты, которые подвержены дарвиновской эволюции, т.е. самовоспроизводятся, мутируют при воспроизведении и ограничены условиями в возможности воспроизведения. Похожим образом определяют и сознание: когда говорят, что поведение сознательное, это значит оно поддается оперантному обусловливанию, т.е. самовоспроизводится, варьируется от воспроизведения к воспроизведению и не все варианты совместимы с выживанием организма. Тем не менее опыт метафизики показывает нам что чувства существуют повсюду, но не повсюду они способно к устойчивым рекурсиям, т.е. сознанию себя.
Сложным образом организованная материя может наблюдать себя от первого лица субъективно, а может и объективно, значит – от лица своего и себе подобных. Когда материя наблюдает себя объективно, она ассоциирует себя с формой, а не с истинною собой. Материя суть абсолютный мир, которая, когда обретает форму, в сложном самоотражении считает себя этой формой, но когда она еще более усложняется, то возвращается к себе и снова понимает свою истинную природу. Даже само считание себя формой суть действие по форме, а действие не по форме не может быть ни считание, ни чем-либо возможным в объективном опыте. Наш опыт о материи это по сути эволюционная организация нашего мозга, и чем сложней наш опыт и безусловная возможность формирования этого опыта, то
