что-то для Юльки прикупить теплое. Совсем девчонку без ничего вырвал из дома. Только и представить не мог, что все так завертится. Должно быть все хорошо, мы в нашей квартире, отъезды на работу и учеба. Все! Нет же, кто-то третий вмешался, и действует, как крыса, все по-тихому.
Нет, мне не нравилось то, что происходит. И винил я в происходящем не столько Степана, как Гринича. Эта падаль была готова на все что угодно. Знал я Витька давно, и то, что он появился около Юльки неспроста, заподозрил еще тогда. Но вряд ли он действует сам. Слишком мелкая пешка.
Кто же ты, кто!
Затянулся и замер. Что-то промелькнуло сбоку, а я не сразу понял.
Решил подождать и снова сделал тягу, боковым зрением уловив новое движение.
Очень медленно, практически незаметно повернул голову и тут же, выкинув сигарету рванул за мужиком, который снимал меня на фотоаппарат. Но тот быстро сориентировался и побежал, да так быстро, что я ощутил себя стариком. Он рванул через забор, а затем на крышу гаража, и скрылся в недостроенном здании, куда попасть можно было через забор. По крайней мере прыгать так я не умел, а за забором разрывались псы.
Черт!
Что за хрен?
Я обошел забор несколько раз и лишь на третьем круге обратил внимание на песок, в котором лежал профессиональный фотоаппарат.
— Что это еще такое?
Поднял и посмотрел на экран. Мудак даже не выключил его.
Мои фото.
Я листал дальше, обнаружив там фото сестры во время перемены в универе. Дальше на экране появилась Юлька. Тоже в универе, когда еще меня не было рядом.
Сука! Кто этот мудак?!
Я снова обернулся, просканировав взглядом здание, и, чертыхнувшись, перевел взгляд на охрану.
— На, — отдал фотик одному из них. — Пусть Назар пробьет. И передай, что я заждался информацию о Гриньковском и Леванском. Пусть будет у меня в кабинете сегодня в двенадцать.
— Понял, Захар Денисович. Сообщу.
Я прошел к своей машине, но что-то меня остановило. Мысль о том, что этот паркурщик тусуется здесь, не давала мне покоя. Выследили ублюдки?
Остановился и снова прикурил. Они могут следить и за тем, что Юлька в номере осталась одна.
Нет, черт! Так не годится, места себе не найду на работе. Нельзя ей оставаться одной.
Но с кем?
Телефон зазвонил, и я посмотрел на экран.
Гриша.
Вот ты то мне и нужен.
Швырнул сигарету и, ответив на вызов, пошел за Юлькой.
Глава 20
Сквозь сон почувствовала нежные прикосновения к лицу. Слегка улыбнулась, но глаза не открыла, не желая выныривать в суровую реальность. Здесь, в полудреме, было так хорошо, тепло, уютно, а главное — спокойно. Мне всегда спокойно рядом с Захаром. С ним особенная интимная атмосфера, из которой никогда не хочется выходить.
Вот и сейчас: он лежит рядом, касается моего лицу, а я слышу его запах и наслаждаюсь. Невозможно не наслаждаться, зная, как сильно меня любит этот мужчина.
Пальцами прошелся по губам, скользнул вверх к виску и, обхватив за затылок, прижался к моим губам. Легкий, практически невесомый поцелуй заставляет меня открыть глаза. Внутри все переворачивается от нежности к нему, и я улыбаюсь, заглянув в любимые глаза.
В животе порхают бабочки, на душе легкость и счастье, а в теле мелкая дрожь. Предвкушение чего-то сладкого, горячего и незабываемого. Такое может быть только с Захаром.
Тону в его карих глазах и достаю руку из-под одеяла, чтобы коснуться щетинистой щеки. Люблю это покалывание, которые не причиняет боли, а только доставляет удовольствие. Особенно вчера, когда Захар ласкал меня языком между ног, его щетина пришлась очень кстати.
Красивый мой. Единственный. Запрещает говорить мне ему об этом, но ведь думать запретить не может. Как и я себе не могу запретить.
В комнате полумрак. Ночные шторы до сих пор задернуты, что придает атмосфере интимности.
Я потянулась к мужчине за новым поцелуем, а он, наоборот, прижал меня к подушке, лбом уткнувшись в лоб. Глаза в глаза, и тонкая невидимая нить, соединяющая наши судьбы.
Господи, разве можно было мечтать о таком мужчине? За что он мне дан? За что послан судьбою?
Прикрыв глаза, я вдохнула глубже его запах и снова улыбнулась.
— Ты же вроде уходил на работу, — прошептала ему в губы и почувствовала руку у себя на шее.
— Пришлось вернуться, — ответил так же тихо.
— Что, уже соскучиться успел?
— Я всегда скучаю по тебе. Даже если ты находишься в соседней комнате.
— Захарушка, пусть это утро никогда не заканчивается.
Он шумно выдохнул, и я открыла глаза, почувствовав, как сменилось его настроение.
— Что-то произошло, да?
— Нет, — качнул головой, на миг прикрыв глаза.
— Захар, не обманывай меня, пожалуйста. Я же вижу, как ты изменился в лице. Расскажи, что случилось?
— Кроха… Вот как тебе это удается?
— Просто я люблю тебя. В этом нет секрета. И я все прекрасно чувствую, вижу.
— Ладно, я понял уже, что от тебя у меня тайн быть не может.
— Да вроде же и не должно. Я же ничего не скрываю.
Он поднялся и, присев на кровати, бросил на меня короткий взгляд.
— За нами следят и уже знают, что мы здесь.
— Ты видел кого-то?
— Да, мудак какой-то меня фотографировал. Я не смог его догнать, но он обронил фотоаппарат.
— И что в нем?
— Пфф, — он вздохнул и устало потер лицо руками, — там ты, там Марианна.
— О, Господи, когда? Как? Я не понимаю.
— Марианну, скорее всего, недавно фотографировали, а тебя раньше. В универе, когда меня еще в городе не было.
Мне стало страшно, и я поднялась в кровати и потянула на себя одеяло.
— Это уже не смешно. Что за дурацкие игры у них.
— Я поручил Назару выяснить, кому принадлежит техника, но сомневаюсь, что получится. Тут нужно иначе действовать, но я пока не понимаю как.
— Захар, у тебя из-за меня одни проблемы.
— Ты моя женщина, и мы будем бороться вместе, — прорычал он, а я сглотнула.
Сердце было не на месте от происходящего. Надо же, а еще пять минут назад в животе бабочки порхали.
— Не понимаю ничего, не понимаю.
— Малышка, собирайся, я отвезу тебя к Марианне.
— Почему? — резко бросила на него взгляд, переживая, что произошло что-то еще.
— Там Гриша, и он будет с вами. А мне нужно ехать разбираться со всем этим. Больше нельзя тянуть.
Я обняла себя руками, а Захар неожиданно притянул меня к себе, увлекая в объятия.
— Я так не хотела открывать глаза и погружаться в
