Глава 29
– Твою ж мать, – Виль в мгновение ока оказался рядом.
“Значит, не враки. Похоже, меч этот действительно времен Одинокого… И не сам ли Одинокий его и выковал?!” – охотник сглотнул.
Лина зачарованно смотрела на меч и даже не заметила, как подбежал Виль.
– Какой красивый… – медленно сказала она и присела рядом с мечом.
– Даже страшно в руки брать, – девушка повернулась и тут увидела Виля:
– Он волшебный? Волшебный меч! Прямо как лампа Алладина…
На обкусанных губах Лины расцвела улыбка.
– Чудеса у вас тут…
Виль потрясенно переводил взгляд с девушки на меч и обратно:
– Кто такой этот Алладин? И причем тут лампа?
Лина только пожала плечами и осторожно дотронулась до меча.
Вздохнула и подняла сверкающую смертоносную красоту.
– Я готова, мастер! У меня теперь самый настоящий меч. Не деревянный. Боже, видел бы меня Марк! – прошептала она и невидяще уставилась вдаль.
Виль нахмурился. Почему-то это мужское имя ему тоже было слышать неприятно.
Он кивнул и встал в боевую позицию.
Лина встала напротив, ощущая в руках приятную тяжесть. Нет, меч вовсе не был тяжелым. Он был ровно таким, каким нужно. Для нее. И тут неожиданно все Линины навыки боя на деревянных мечах обострились.
Она внимательно следила на Вилем.
Правильно говорил Марк когда-то: “Не смотрите противнику в глаза. Смотрите на его центр. Двигаться он начнет из центра”, – Лина как наяву увидела своего бывшего инструктора. Вот он стоит спокойно, держа меч обеими руками. Напротив него - лучший ученик, Олежка. Церемонный поклон. Олег делает выпад. Марк чуть повернул корпус и одним движением оказался за его спиной.
Да, тогда вся группа затаила дыхание.
Лина вздрогнула.
Она так давно не вспоминала об Олеге, намеренно не давая себе окунуться в прошлое.
А тут, в другом мире, они выплыли из подсознания и почти сразу атаковали ее.
Виль заметил направление взгляда девушки и хмыкнул.
“Неплохой был у нее мастер дома. Весьма не плохой”, – и обманным движение оказался вдруг за ее спиной. Вот точно так, как Марк в ее воспоминаниях.
Лина ахнула и вдруг крутанулась вокруг своей оси.
“Мамочки…Я что, так могу?!”-- удивлению девушки не было конца.
Виль поднял бровь.
– Неплохо, ученица! – и тотчас оказался сбоку, обозначив кончиком меча укол в области сердца.
– Но ты убита. Все!
Лина нахмурилась и вздохнула. И правда, будь удар посильнее, то прошел бы между ребер и кранты тут Лине Павловой, девушке тридцати пяти лет. Незамужней и бездетной. М-да.
Она опустила меч и вдруг подняла голову:
– Научите меня танцевать?
Виль недоуменно посмотрел на девушку. Он всего сейчас мог ожидать, даже слез. Но не этих вот странных слов.
– Танцевать? Прости, но балы у нас в программе не предусмотрены, – сухо ответил охотник.
Лина растерянно улыбнулась:
– Я… простите… Я не так выразилась. Просто…Когда вы работаете с мечом, это как танец. Такой, – она пошевелила пальцами, подыскивая нужное слово, – ну, будто вы танцуете, а не тренируетесь. Вот.
Виль хмыкнул и лицо его разгладилось.
“Она действительно видит. И понимает. Мне повезло, Одинокий меня побери”.
– Прямо сейчас? – ухмыльнулся он
Лина просияла.
И Виль приступил. Лина повторяла за мастером одну стойку за другой. Движения были вроде и знакомыми, но во многом непривычными. Она следила, как он производил выпад с левой руки. Держать меч одной рукой было совершенно непривычно. Ведь с бокеном она работала только двумя. А Виль умудрялся и с левой, и с правой. Про две руки и говорить было нечего. Мастер. Одно слово - мастер.
Наконец Лина почувствовала, что ее вдруг охватило такое спокойствие, которого она не чувствовала давно.
Та энергия, что взрывалась в ней, то ли иссякла, то ли излишки ее вышли. Девушка бухнулась на землю, не выпуская из рук свой чудесный меч.
Несмотря на то, что на подушечках пальцев уже наливались водяные мозоли, ей было хорошо. Ноги гудели. Руки налились свинцом. Но Лине было хорошо.
И самое главное, в голове была полная пустота. Никаких воспоминаний. Никакого Олежки.
Лина сжала губы и едва сдержала стон. Ненадолго же хватило этой блаженной пустоты…
Мысли и воспоминания, которые она так упорно гасила, рвались наружу, будто талые воды сквозь плотину.
Девушка всхлипнула и сильно- сильно сжала кулаки. Она не будет плакать. Только не сейчас. Лина сильная. И плакать на глазах у этого мужчины она точно не будет. Девушка поднялась и, опустив голову, поплелась в крыльцу.
Больше всего на свете Лине хотелось остаться одной. Забиться в маленькую норку, свернуться клубочком и наконец дать волю слезам. Выплакать всю ту боль, все то отчаяние, которое жило в ней все эти пять лет. Долгие пять лет после смерти Олежки. И признаться наконец себе, что ни в чем-то она не виновата.
Но ноги вдруг стали заплетаться.
Виль, нахмурившись, смотрел ей вслед. Тренировка прошла неплохо. Честно говоря, он даже и не ожидал, насколько неплохо. И, самое главное, удалось сбросить излишек энергии, мешающий энергетическим потокам девушки стабилизироваться.
Но слезы?
Охотник не мог не заметить, как в самом конце ученица расслабленно рухнула на землю и глубоко вздохнула. За глубоким вздохом последовал еще более глубокий выдох.
Значит, тренировка прошла как надо. После сильного напряжения наступило не менее сильное расслабление.
Но что же опять с ней сейчас-то?
– Держись! – крикнул Виль, увидев, что девушка вдруг споткнулась и ноги ее подогнулись.
Но Лина уже не слышала. Ее рука скользнула по перилам и девушка погрузилась в беспамятство.
