уж захотел, непременно воплощу. Так или иначе.
Просто нужно найти способ, при котором не будет последствий и проблем с законом.
Об этом размышляя, я добрался до особняка Янина. Ресторан был временно закрыт, пока там обновляли интерьер и готовили новое меню. Но в саду уже горели новые фонари, и теперь путь по плитам дорожек стал безопасен.
В первую очередь я проверил огород. Все посадки прижились и чувствовали себя прекрасно. Особенно был хорош хрен — уже раскинул свои огромные листья во все стороны.
Я внимательно изучил каждый экземпляр и сходил к месту балансира. Люк, ведущий в подземелье, был нетронут и закрыт.
Балансир уже набрал обороты. Тут царил низкий промозглый туман и было ощутимо холоднее. Густой кустарник был покрыт мелкими каплями и я изрядно вымок, пока пробирался сквозь заросли. Чуть подкорректировал связующие нити и зашел в ресторан, справиться о делах Богдана Борисовича.
Янин сиял. От счастья даже его длинные усы топорщились и вызывали улыбку. Мужчина, несмотря на плотную комплекцию, буквально порхал по залу, что-то напевая.
— Александр Лукич! — воскликнул он, заметив меня. — Как же я рад вашему визиту!
— Взаимно, Богдан Борисович. Как ваши дела?
— Чудесно! Чудесно! Вы уже видели хрен? — с особой гордостью спросил он. — Распушился-то как! Матушка была бы довольна.
— Видел. Вообще меня порадовало состояние огорода. Всё идет по плану.
В моем кармане зажужжал телефон. Я взглянул на пришедшее сообщение. Мастер Овражский писал о готовности статуи для фонтана. Как нельзя кстати. Закончить с этим испытательным участком и можно взяться за стихию воздуха.
— Могу я попросить вас об одолжении? — Янин взглянул на меня с надеждой.
— Постараюсь вам помочь, если это в моих силах.
— Отпробуйте наше новое блюдо, Александр Лукич. По совету Людвига Михайловича, я не стал мудрить с названиями. Поэтому назвал его «традиционным столичным завтраком».
Пусть время было уже позднее, но почему бы и нет? Тем более я видел, как это важно для моего делового партнера. Согласился и сел за стол.
Скатерти уже сменили на простые, грубого плетения, но идеально чистые и выглаженные. Часть посуды оставили, поэтому передо мной появилась объемная фарфоровая супница. Вероятно, под крышкой была каша.
Но, когда следом вынесли креманку со сметаной и блюдо с тонко нарезанным салом, я слегка удивилися. На изящный хрустальный графин и ледяную запотевшую стопку я уже посмотрел с недоумением.
Официант открыл крышку. Сомнений быть не могло.
— Борщ? — всё же спросил я.
В алом наваристом бульоне плавали приличные куски мяса и зеленели оливки.
— Он самый, родимый, — расплылся в довольной улыбке Янин. — Сальцо подмороженное, во рту прямо-таки тает. Ну и домашняя хреновуха, охлажденная до нужной температуры.
Безусловно, всё это вместе было великолепно. Самый лаконичный и идеальный набор из возможных. Но…
— Завтрак? — уточнил я. — Вы это собираетесь подавать на завтрак?
— Ну а отчего бы прямо с утречка и не получить истинное удовольствие настоящего гурмана? — улыбка ресторатора чуть поугасла, и он неуверенно добавил: — Считаете, это слишком, да?
— Честно говоря, о подобных традициях я не слышал, — тактично ответил я. — А вот для обеда самое то. Но кое-чего не хватает.
Богдан Борисович, который было приуныл, вновь оживился и с готовностью взглянул на меня.
— Зубчики чеснока, хрустящие перья зеленого лука и огурчики соленые, такие чтобы маленькие и с пупырышками, — перечислил я с улыбкой. — Ну и хлеба бородинского, конечно же.
— Будет сделано! — кивнул мужчина и умчался на кухню.
Через пару минут мне принесли искомое и вот теперь это стал действительно идеальный обед. Пусть и на ужин, но когда вкусно, к черту условности. Пожалуй, именно это можно сделать особенностью ресторана. Подавать то, что хочется посетителям в данный момент. А не что положено по времени суток.
Борщ удался царским, прямо как прежние эпитеты заведения. Но такой суп точно можно было по праву наделить столь смелым определением.
Непривычный, но безусловно прекрасный ужин придал мне столько сил, что я решил прогуляться. На прощание заверил Богдана Борисовича, что блюдо произведет в столице фурор. Главное, всё также не жалеть начинки для супа. В той версии, что подали мне, можно было ложку поставить.
Первым делом я решил навестить Тимофея на его дежурстве в доках. Зашел по пути в лавку и взял в качестве гостинцев килограмм свежих медовых пряников.
Пока меня не беспокоило, что от мистера Висельника не было новостей. Если бы он мог встретиться с темной так скоро, наверняка уже сделал бы это. Уж больно загорелась его жажда наживы. Но, судя по докладам рыжего, контрабандист проявлял активность пока в своих обычных делах.
В теневой мир я ушел заранее, за квартал до портовых складов. В тенях было спокойно. Ни единого следа фантомов или какого-либо иного движения.
Исчез их гипнотический шепот и тени стали просто темным местом. Пограничный мир был необычно приятен, на самом деле. Тут не было прохожих и автомобилей, отражения дорог были пусты, а силуэты зданий растворялись во тьме.
Интересно, насколько удивлены теневики таким переменам…
Но я знал, что затишье это временное. Помнил разум того существа и его намерения. Времени пока было достаточно, но когда-нибудь предстояло подумать и об этом.
Сейчас же в теневом мире никаких угроз не было.
Ну разве что кроме одной весьма бдительной теневой зверушки. Тимофей моего приближения не заметил, в отличие от его дракона. Создание резвилось в своем мире и кинулось ко мне, ощутив ещё издалека.
К счастью, дракону всего лишь было скучно и хотелось поиграть. Разум создания пока что походил на детский. Я попробовал создать из теней большой мяч. К моему удивлению, у меня это получилось. Бросил игрушку вдаль и дракон взмыл вверх, кинувшись на добычу.
Рыжего я не хотел пугать, поэтому обратился к источнику, нарушив покой этого мира. Легкая волна возмущенной материи прошлась до того места, где сидел в засаде Тимофей. Парень встрепенулся и тут же расслабился, поняв что это я.
Мы вышли в реальный мир, чтобы было проще общаться.
— Вашество, всё в порядке? — сразу же спросил теневик.
— В порядке, просто решил проведать тебя. Как тут?
— По-прежнему. Наш мистер-матерщинник занимается своими нехорошими делами. Но ничего интересного, обычная контрабанда. Ну разве что тигра привез сегодня утром.
— Тигра?
— Угу, белого. Похоже на химеру, но я не разглядел толком. Кто-то из
