встал парень.
— Эй, не так быстро, мне уже пятый десяток, забыл? — попытался пошутить наставник, чтобы разрядить обстановку, и протянул Сереже руку. — Придется сделать крюк, иначе можем нарваться на этих отморозков.
Глава 26
— Где мы? — еле слышно проговорила девушка.
Мария очнулась, лежа на кровати в незнакомой комнате. Рядом на стуле сидела Ю и гладила ей руку. Помещение выглядело странно и было похоже на старую больничную палату. Четыре кровати по две с каждой стороны напротив друг друга. Размеры их были непонятны, с одной стороны Маша вполне умещалась, а с другой голова и ноги упирались в металлические трубы. Около коек стояли низкие тумбочки с небольшими дверцами. Окно с широким подоконником и такой же широкой, но узкой форточкой сверху. Плотная штора из темно-синей ткани свисала до самого пола. Под окном чугунная батарея, покрытая толстым слоем коричневой краски, той же самой, что и покрыты деревянные доски пола. У окна небольшой стол с пустой маленькой вазочкой.
Постель, на которой лежала Мария, состояла из старого советского ватного матраса, подушки на пуху и тонкого шерстяного одеяла. Пожелтевшие от времени, но чистые: простынь, наволочку и пододеяльник. На остальных трех койках матрасы почему-то были скручены в рулон возле изголовья и подперты лежачим стулом. Справа от двери стоял светло-коричневый полированный шкаф со стеклянными вставками в дверцах.
— Я что, в больнице? — еще раз спросила Маша, осмотрев комнату.
— На станцию напали, ты что, не помнишь? — Ю сняла со лба подружки влажную тряпку, намочила ее в тазу с водой, стоящем на полу, выжала двумя руками и положила обратно. — Всё будет хорошо, шишка, конечно, осталась, но вот синяк уже меньше заметен.
— Скажи еще, до свадьбы заживет, — губы девушки скривились в неком подобии улыбки. — Куда ты меня притащила?
— В лагере мы, столовую и клуб помнишь? — Ю встала, подняла таз и отнесла его к двери. — Это то здание, ты говорила, что не знаешь, для чего оно, ну раскладушку еще отсюда принесла, вспоминай. Мы на втором этаже.
— Голова раскалывается, — Маша попыталась привстать, но, почувствовав сильную боль, положила голову обратно на подушку. — Ты что, меня на себе несла? Где остальные?
— Вот еще, ты и сама шла, я только слегка поддерживала, — Ю ненадолго вышла в коридор и вернулась с большим камуфляжным рюкзаком. — Хоть и получила по лбу изрядно, а вещички свои все равно прихватила.
— На автомате, наверное, ничего не помню, — Мария повернулась на бок и положила ладонь под щеку. — Мужиков помню, как пришли, как дверь открывала, а дальше провал.
— Этот хрен, что был выгнан и ночевал на рельсах, привел дружков, пока Сережи с Борисом Валентиновичем нет, и всех ограбили, — Ю разложила матрас на противоположной кровати и легла. — Били всех и отбирали, что посчитали ценным. Вот и винтовку мою отняли с рюкзаком.
— По тебе не скажешь, что били, — не дала договорить подружке Мария.
— Верно, мне удалось ускользнуть, — ответила девушка. — Но пинка получила, как все, извини, синяк показывать не буду. Все разбежались в разные стороны, и где Грант с Игорем Марковичем, я не в курсе. В любом случае мальчонка знает про лагерь.
Девушки пролежали какое-то время молча на спине и смотрели в потолок.
— Интересно, что это за здание? — прервала тишину Маша. — Уже осматривала?
— Прошлась, пока ты была в отключке, — ответила Ю. — Тут на втором этаже еще три такие же палаты. Эта первая и самая чистая. По центру между второй и третьей комнатой находится лестничный пролет на первый этаж. Внизу точно такое же расположение стен, только вместо палат кабинеты. Вроде как с краю медпункт, непонятно, там разбросано всё и куча хлама на полу. Вторая и третья комнаты заперты на ключ, а четвертая с другого края похожа то ли на маленькую библиотеку, то ли на картотеку. В общем, там много полок с книгами и различными папками, может, документы или еще что, а может, и то и то, я не задерживалась там.
Еще подвал есть, под лестницей, железная дверь и спуск. Котельная там, батареи видишь под подоконником? Все трубы ведут туда. Печь, видимо, углем топилась, я сама не видела, темно там, но запах узнаваем и ни с чем не перепутаешь.
— Погоди, — перебила подругу напарница. — Пионерский лагерь был летним. Борис Валентинович сам об этом говорил. Зачем тогда здесь отопление? Странно. Допустим, этот кирпичный корпус построили для особых деток, которые чем-нибудь болели и помимо общего отдыха проходили некоторое лечение или просто им нужен особый уход и внимание. Но зачем отопление, если зимой, впрочем, и осенью, и весной тут никого не было?
— Значит, были, — улыбнулась Ю. — Только трубы лопнули. Я в паре мест видела разрывы и грязные пятна. Так бывает, если вовремя морозов печь не топить и воду не слить.
— А вот у меня был случай... — в палату резко вошел Карандаш и сильно напугал девушек.
— Фух... Игорь Маркович, так можно инфаркт получить, — схватилась Маша за сердце.
— Разве можно так внезапно появляться? — вскочила с кровати Ю. — А как ты вообще сюда зашел? Я же помню, что закрывала входную дверь на вертушок, там замок накладной вполне себе приличный.
— Замок-то, может, и приличный, дуреха, — ответил мужчина. — Только
