Кассиан был настоящим монахом и никудышным администратором. Боюсь, подлинно великие монахи и великие администраторы — Василии Великие, Иоанны Златоусты, Филиппы Московские — даже не в каждом столетии рождаются, тут две гениальности в одном лице. Чаще — поэтические созерцатели, Григории Богословы, которых епископство тяготит, иногда — ломает. Чаще всего монах-администратор — заурядный бурбон, жаль только, с благостной улыбкой и хрипотцы в голосе не хватает. Лучший образец — бывший наместник Псково-Печерского монастыря, ныне епископ, Гавриил (Стеблюченко). Архиерейский хор при Кассиане пел отвратительно, иподиаконы и даже священники появлялись в Соборе пьяными, всю свою зарплату архиерей исправно отдавал в Фонд мира, в епархиальном управлении грязь по углам, клопы, мыши, тараканы. Но когда Кассиан служил, не только в алтаре, во всем храме было тепло. И коротенькие проповеди его никогда не были упражнениями в пустопорожней элоквенции, как, например, у столпа отечественной гомилетики митрополита Николая (Ярушевича). Умереть на ка-
120
федре Кассиану не дали: генсек М.С. Горбачев принял в Кремле Святейшего Патриарха и постоянных членов Священного Синода — элиту Московской Патриархии, началась эпохальная перестройка, стал быстро формироваться клан новых православных, везде потребовались шустрые, бойкие и нахрапистые. Старичка со слабенькими ножками удалили на покой, вскоре он умер. Умер и лечивший его маленький кроткий доктор, он, наверное, жил только по молитвам своего немощного пациента: тоже был — букет физических немощей.
Архиепископу Кассиану, будь он сегодня на Костромской кафедре, не сделать бы и десятой доли того, что успел сделать архиепископ Александр. За пять лет зарегистрированы десятки новых приходов, открыто духовное училище, восстанавливаются несколько монастырей, печатаются (правда, не очень регулярно) "Костромские епархиальные ведомости", которые теперь, кажется, переименованы в "Благовест", епархиальное управление переехало из сырого тесного клоповника в огромное старинное здание рядом с новым кафедральным Собором. Сам епископ уже не ютится на втором этаже того же клоповника, у него нынче апартаменты и хоромы. Профессиональный архиерейский хор регулярно дает концерты духовной музыки в Костроме, несколько раз выезжал на гастроли и в дальнее зарубежье. Руководит хором милый юный женоподобный Олег Николаевич Овчинников, которого архиепископ Александр привез с собой из Вятки. За несколько лет пребывания в Костроме милый мальчик получил больше наград, чем любой сельский священник, пожалуй, больше, чем дюжина священников. Недавно архиепископ назначил его секретарем епархиального управления. Значительно расширился круг обязанностей, пропорционально возрастет, надо полагать, и число наград. Впрочем, не только безусые секретари, но и мальчики-архимандриты в нашей Патриархии не диво.
Определяющая черта деятельности архиепископа Александра — нерушимое единение с областной и городской администрацией. В июле 1994 года они все вместе торжественно отпраздновали 250-летие Костромской епархии. На торжества прибыл сам Патриарх Алексий II. Четыре дня плотные ряды омоновцев то и дело перекрывали центральные улицы Костромы, чтобы по ним промчался длинный кортеж сверкающих машин. Губернатор, мэр, представитель президента, председатели городской и областной дум всюду сопровождали Патриарха и епископа. На тор-
121
жественном акте в зале филармонии Его Святейшество наградил депутатов Федерального собрания от аграрной партии — губернатора и мэра — орденом Святого благоверного князя Даниила Московского, а бывшего уполномоченного Совета по делам религий М.В. Кузнецова (нынче его должность называется как-то по-иному) — орденом преподобного Сергия Радонежского. За что такое поругание преподобному?
Михаил Васильевич — человек хороший, но ведь по должности своей он много лет занимался только одним — пакостил Церкви. Это он, уполномоченный, лгал мне в глаза, не краснея, что в епархии нет ни одной вакансии, когда в восьми храмах уже несколько лет не было службы, потому что не хватало священников, овн был Г. Карповым и В. Куроедовым областного масштаба. Интересно, получил ли уже В. Куроедов какие-нибудь церковные ордена? А В. Фуров? А офицеры 4-го ("религиозного") отдела 5-го управления КГБ СССР?
Депутаты, естественно, не остались в долгу: архиепископ Александр там же, в филармонии, стал кавалером ордена Дружбы народов, а регент, Олег Николаевич — заслуженным работником культуры.
Архиепископ Александр — один из самых молодых архиереев Московской Патриархии. Он блестяще опроверг широко распространенную гипотезу, что сергианство умрет само по себе, когда уйдут на покой архиереи хрущевско-брежневского постав-ления. Епископы Московской Патриархии, рукоположенные в 90-е годы, точно такие же сергианцы, как те, кого рукополагали в годы самого гнусного застоя и гонений на Церковь. Любой из новопоставленных сегодня не скажет ни слова правды, ибо они по-прежнему спасают Церковь, такая у сергианцев харизма.
Три года назад специальная комиссия Верховного Совета РСФСР опубликовала документы о сотрудничестве высших иерархов Московской Патриархии с КГБ. На Архиерейском Соборе 1992 года была избрана комиссия из восьми молодых епископов для изучения этих документов и проблемы в целом. Председателем комиссии избрали епископа Александра. Единственный плод работы комиссии — она похоронила проблему, не изучив ни одного документа, не проведя ни одного заседания. Если архиепископ Хризостом говорит, что он долго не простит тому, кто оскорбит память митрополита Никодима, архиепископ Александр, думаю, никогда не простит тому, кто попытается расспра-
122
шивать его о работе комиссии. Самая дурная характеристика в Московской Патриархии — стремительное продвижение по иерархической и служебной лестнице. Так продвигался, например, митрополит Воронежский Мефодий, о котором Хризостом во всеуслышание заявил, что он — офицер КГБ и атеист. Примерно так, же стремительно продвигается сегодня вверх по служебной лестнице архиепископ Костромской и Галичский Александр. В невиданно короткий срок он был возведен в сан архиепископа, перепрыгнув через головы двадцати своих собратьев-епископов, рукоположенных раньше его. Одна из главных его заслуг — успешное руководство мертворожденной комиссией. Я вполне готов допустить, что какие-то выводы комиссии Верховного Совета были ошибочными, я даже готов допустить, что вся работа той комиссии под председательством Льва Пономарева была тенденциозной, а все до единого выводы — ошибочными. Пусть об этом скажет и пусть это докажет комиссия Патриархии, руководимая моим правящим архиереем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
