Читаем без скачивания Земля воина - Марик (Ма Н Лернер) Лернер

Оба слегка усмехнулись. Попал. Он еще недостаточно возвысился, чтоб над любой шуткой собеседник обязательно смеялся.

— Так что исключительно по-деловому, как вы и намеревались, не отвлекаясь на излишнее краснобайство и намеки, я просто обязан высказать элементарную вещь. Любое государство, и Империя не исключение, всегда рассматривалось правящей династией как своего рода собственность. И это не очень удачно. Слишком уж часто происходит одно: человек при восшествии на престол демонстрирует и ум, и силу, и энергию. Проходит время — и он уже не видит всем понятного, не прислушивается к умным людям и окружает себя мелочными и никчемными людишками, льстецами и казнокрадами, забыв о нуждах и чаяниях народа.

Блор сделал многозначительную паузу и отпил из чаши. Дело не в жажде, а важно проверить внимание. Начнут понукать — не овладел вниманием. Молчат.

— Вы, федераты, создали нечто принципиально новое, заметно отличающееся от этого и ушедшее достаточно далеко и от старых родовых обычаев. Оригинальный образец государственного управления, где государственные посты занимают не по происхождению, а в зависимости от заслуг людей и их достоинств. И каждый из них может быть отозван с занимаемой должности на основании его некомпетентности или злоупотребления властью. И всегда происходит смена старых и уставших людей.

Слегка польстить бывает крайне полезно, мысленно поставив себе в заслугу машинальные кивки, решил Блор. Даже если в реальности система временами крайне бестолкова и хороший вояка совсем не обязательно способен вести себя дипломатически. Они в курсе всего этого много лучше меня, и как делают карьеру, тоже прекрасно знают. А вот сказать нечто неприятное о властных органах — разве в своей компании. Не с чужаками. Не поймут. И не выберут в следующий раз.

— Все дело в том, — продолжил, — что вы настолько привыкли к окружающей жизни, что не способны вычленить важнейших деталей. Свежий взгляд со стороны, извне, может дать многое для объяснения ситуации.

— У тебя в кармане готовый рецепт выхода из нашего кризиса? — без насмешки, а достаточно заинтересованно спросил Князь.

— Пока лишь в голове. На вашем же примере.

Пауза. Похоже, не поняли.

— Когда-то Гезерди начинался с сотни семей. Позже младшие ветви добились равенства. Затем произошло объединение — не подчинение, а уравнивание в правах трех племен.

— Что? — изумился Гюлден. — Включить в состав граждан все наше отребье?

— Восемьдесят два года назад, — тихим голосом принялся излагать Блор, в душе почти счастливый присутствием здесь именно его и полученной репликой. Сам подставился, не пришлось намеков делать, — для усиления пограничных крепостей были включены в число ясцев и тирцев тридцать семь деревень иных народностей, находящихся на территории края. Всего… э… тридцать шесть тысяч пятьсот семьдесят пять человек. А до того, раньше на полстолетия, подобное произошло и с бельцами. Что-то около одиннадцати тысяч душ обоего пола.

Тут ему точной цифры Жанель не назвала. Не особо важно. Не имелось в тот момент иного выхода. Уж очень велики оказались потери после нашествия с севера, и требовались люди для несения службы. А где один раз, там и второй, странно категорически отвергать.

Сам факт убойный, и что за ним стоит — не меньше. Пусть теперь посмеет возразить. Его жена как раз из такого села, и никто не ставит ей в упрек происхождения. Хотя помнят и знают. За человека с низким происхождением девушку из старинного рода могли и не отдать. А ведь могут и вспоминать. Наверняка в лицо тычут.

— Я не предлагаю трогать древние племена…

На фоне только что сказанного звучало почти невинно. А вот сам рецепт опасный. Не взбрыкнули бы.

— Создать три новых конца, по числу районов. Приписать к ним всех проживших на одном месте не менее года и разделить согласно имущественному цензу на несколько разрядов, — это кость для зажиточных, не всякого приравнять, — как и федератов. Кто не имеет имущества, в общее число не включать.

Самому такие лишние пригодятся. Не обязательно ставить об этом в известность, но как раз ему и нужны. Имеющие приличный доход не станут бросать просто так добро и отправляться в неизвестность.

— Это выход для всех, — сказал внимательно слушающим людям. — Приравнять юридически, оставив вне племен. Получить действующую на постоянной основе военную организацию, сняв часть тяжкого бремени службы с подразделений федератов. Ведь вспомогательные войска служат не больше года постоянно и нуждаются в замене регулярно. Одним ударом число как минимум удвоится. Иначе, — он сделал хорошо рассчитанную паузу, — множество людей не получат другого выхода, кроме как уйти или сражаться. Первое маловероятно, второе будет стоить крови вам в первую очередь. Кого бы ни убили — уменьшатся войска на границе, и армия ослабеет.

— И спустить сегодняшнее? — возмутился Гюлден.

— Не я начал, и не я убивал людей на улицах. Все это произошло по вашей вине.

— И что скажут родичи убитых?

— Я думаю, точно те же слова, что произнесут родственники погибших в посаде. Полагаю, вы способны рассуждать здраво и понимаете, что в сложившейся ситуации лучше плохой мир, и дать самим в руки недовольным некие важные права, пока они не возьмут их сами.

— Возьмут ли? — спросил Йорвик.

— Если всерьез обложить Верхний город, заблокировав все выходы, как скоро вы начнете есть крыс?

— Запасы пищи вполне достаточны, — серьезно ответил он. — А там подойдут и гарнизоны.

— Бросив крепости и фактически открыв линию соседям с севера. Тцарь горичан давненько дожидается удачного случая.

А вот это уже от Эрлинга. С той стороны власть над самыми разными племенами постепенно уходила в одни руки. Кто не желал подчиняться, уничтожался. Просто, быстро и жестоко. Не знать этого федераты не могли. Контакты торговые и обычные широки, да и беглецов в посаде полным-полно.

— Если еще вспомнить про наличие вспомогательных отрядов… Они сдадут оружие? И пока мы здесь станем рубиться, варвары, — в очередной раз польстить: я вас таковыми не считаю, — с превеликим удовольствием примутся жечь ваши деревни. Право же, я не в курсе — выберут после этого кого или некому будет голосовать. Лишь вопрос времени. И весьма близкого. Кстати! — Блор извлек одну из карт и протянул ее князю. — Займемся подсчетом численности отрядов?

— И ты действительно оказался здесь случайно? — с открытым недоверием спросил Князь, бросив на нее быстрый взгляд.

— Я могу поклясться чем угодно. Требуется всего-навсего внимательно осмотреться, — произнес Блор.

Вот как хотят, так пусть и понимают. Он не врет, а если у кого появятся мысли о давней подготовке к восстанию на основании записей, — лишнее очко миротворцу. Своим предложением я как раз хотел бы удержать обе стороны конфликта от бессмысленного кровопролития.

— Мы не считаем защиту нашей земли от захватчиков пустым занятием.

— Я мог бы сказать — она не только ваша, но и всех живущих на ней. Но я скажу другое: кому земля принадлежит сегодня, тому она и останется принадлежать. Вы получаете войска, поступившись важными правами, но имущества никто не отнимает. Что, собственно, еще требуется?

Умному не нужно подробно объяснять. В будущем юридическое равенство подразумевает право на продажу. И что? На то и равноправие. Но это не случится прямо завтра, и никто не кинется продавать земли или особняки моментально. Но если разрешено, то всем гражданам. Иначе не выйдет.

— Три года проживания на территории и два кончацких, — после долго молчания выдал неожиданно Гюлден.

— Ни в коем случае, — резко отказался Блор. — Я мог потребовать включения всех, и вы при рассуждении в Совете Лучших так и скажите. Год — это серьезнейшая уступка. Здешние на нее пошли крайне неохотно. Они вообще мечтали всех до седьмого колена записать.

Он откровенно врал. Ни с кем еще не обсуждал идею Жанели. Ну и плевать, даже если они об этом в курсе. Завтра сказать при всех — и ведь не отступят. А пока он предлагает выгодный компромисс.

— Я говорю открыто и называю предел уступок. А вы можете выставить это своей заслугой. Посадских заметно больше, даже считая с приписанными деревнями. На выборах должен быть паритет. Три кончацких к трем. Иначе неминуемы новые свары. Равные права! Князю придется быть арбитром в спорах еще достаточно долго.

А вот это хорошая приманка для Йорвика. Он получает дополнительную власть и положение над схваткой. Не может не догадаться.

— И лучше не проявлять откровенного подсуживания старым друзьям. Выборы ведь достаточно скоро?

— Ты в любом случае не сможешь стать, — отрезал Гюлден.

— Я и не претендую, — миролюбиво заверил Блор. У него имелись совсем другие планы. Хотя в данный момент лучше о них помалкивать. Лишняя информация для сидящих напротив. — Не пытаюсь отменить существующие законы, а подстраиваюсь под них.