Снова звучит глухой вой: я почему-то уверена, это Альфа. Оборачиваюсь и выставляю перед собой нож, однако оставшиеся три фенриса уходят от боя. Пригнув головы к земле, они издают низкое утробное рычание, от которого все мое тело начинает вибрировать. Альфа снова воет, и я вдруг осознаю, что звук доносится откуда-то издалека, словно эхо. Один из волков делает выпад в мою сторону, потом разворачивается и стремительно бежит прочь, следом за ним несутся остальные.
«Не может быть! Опять? Только не это!»
Бросаюсь в погоню, ноги с силой отталкиваются от мостовой, я перебегаю дорогу, уворачиваясь от машин. Плащ развевается за спиной.
Фенрисы намного быстрее меня, они уже превратились в точки на горизонте.
«Нет, я их не упущу!!!»
Хищники направляются в лес. Бегу следом, постепенно замедляя шаг. Легкие горят, я жадно ловлю воздух ртом. Черт! Я почти достала Альфу…
За спиной раздаются негромкие шаги. Сайлас движется между деревьями, легко и бесшумно, как водный поток.
— Быстрые, ничего не скажешь, — хмуро сообщает он.
Мы встаем бок о бок, пристально всматриваясь в лес. Ветви деревьев шелестят на ветру, луна отбрасывает тени на землю. Сайлас вступает в тот же лунный луч, в котором стою я. Пот заливает мне лицо, я раздраженно срываю повязку с глаза.
— Альфа… — раздраженно выдыхаю я.
На этот раз почти получилось, только мне не хватило ни скорости, ни сил. Меня гложет чувство вины.
— Слушай, его еще можно выследить?
Сайлас вглядывается в темноту.
— Попробую, но, похоже, их уже и след простыл.
— А если… — начинаю я, потупившись.
Сайлас кладет руку мне на плечо.
— Я же сказал, что попробую, — мягко говорит он, присаживается на корточки, растирает землю между пальцев, водит ладонями по верхушкам растений. Мы углубляемся в чащу, но четверть часа спустя Сайлас понуро оборачивается ко мне.
— Летт, понимаешь… Тут очень темно. Лукас или папаша Рейнольдс, наверное, смогли бы, а у меня…
— Ничего страшного, — соглашаюсь я, но голос меня выдает.
Если мы сейчас же не пустимся по следу, все потеряет смысл — к утру волков и след простынет.
— Мы его отыщем, — серьезно продолжает Сайлас, отводя ветку с моей слепой правой стороны.
— С чего ты так уверен? — вскидываю я брови.
Мы выходим обратно на дорогу.
— Летт, ты же всегда их находишь, — смеется Сайлас.
Я согласно пожимаю плечами.
— Мы всегда их находим, — поправляю я напарника.
Он добродушно закатывает глаза и кивает.
Мы возвращаемся к Рози.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
РОЗИ
— Ни единой зацепки, — вздыхает Скарлетт. — Хоть ты тресни! Я прочитала все книги в библиотеке, которые хоть как-то связаны с вервольфами или фенрисами, распечатала страниц сто из Интернета — тоже ничего.
Сестра смотрит в окно. Небо обложено тяжелыми облаками, в квартиру льется холодный бледно-голубой свет. Я складываю из старых заметок Скарлетт лягушек, надеясь, что она не догадается спросить, где это я выучилась оригами.
Минуло три дня после событий в боулинге. Поначалу Скарлетт радовалась, что мы прикончили двух волков, но потом ей с новой силой захотелось отыскать потенциального фенриса и вожака стаи Стрелы. Каждую ночь мне снятся кошмары — волчьи когти, занесенные над головой, удар, от которого нет спасения… Если бы не Сайлас…
— Время на исходе. — Скарлетт поднимается, наливает себе воды, достает горсть печенья из пакета. Церковные колокола, словно издеваясь, отмечают четверть часа одним ударом. Сестра вздыхает. — Надо предпринять что-то еще. Если бы не Альфа, мы бы справились со стаей из боулинга. Может, стоит еще раз попробовать.
— Только не со Стрелой, — вмешивается Сайлас. Он лежит на диване и подбрасывает теннисный мячик. — По-моему, Альфа рассказал о нас своей стае. К тому же цель нашей вылазки заключалась в том, чтобы разузнать о потенциальном фенрисе.
— Нельзя закрыть глаза на волков, — продолжает Скарлетт с отчаянием в голосе. — Есть стаи Колокола и Монеты. Их вожаки про нас понятия не имеют…
— Да, а пока мы тут беседуем, они присоединяются к Стреле, — угрюмо добавляет Сайлас. — Волки решили объединиться в одну большую стаю и заполучить нового фенриса. Тем более что с одной громадной стаей драться тяжелее, чем с тремя маленькими.
— И что ты предлагаешь?
Скарлетт с таким грохотом ставит стакан на стол, что Баламут бросается прочь из комнаты.
— Не знаю, — вздыхает Сайлас. — Я не пытаюсь тебя разозлить, просто мы тут уже три недели, а выяснили только, что потенциальный фенрис — это какой-то конкретный человек, который может трансформироваться только в определенное время, в нужную фазу луны, раз в семь лет. Под это определение подходит половина мужского населения Земли, а лунная фаза после дня рождения ничем нам не поможет, разве что выслеживать всех поголовно именинников. Это, Летт, работенка не из легких. Может, лучше сосредоточиться на охоте, а не на том, чтобы приманить фенрисов с помощью «кандидата», — отвечает он твердым голосом, который, кажется, специально приберегает для общения с моей сестрой.
— И кто их будет заманивать, Сайлас? Может, ты? Или я? Рози не в состоянии играть роль приманки по всему городу. Если у нас не будет потенциального волка, все пойдет насмарку.
— А раньше тоже разницы не было? Пока в задачу не добавился этот кандидат, тебя устраивало охотиться на одиночек! — бросает в ответ Сайлас.
Он не боится вступить с ней в спор, но и Скарлетт не пугает противостояние.
— Знание приносит с собой ответственность! — восклицает сестра, краснея от злости. — Мы обязаны найти потенциального фенриса и использовать его в качестве приманки. Мы не ищем легких путей!
Сайлас что-то бормочет себе под нос. Лицо моей сестры горит бурлящим под кожей гневом.
— Что ты сказал? — Голос Скарлетт опасно дрожит.
Кажется, ей удалось разобрать последние слова. Я поджимаю губы и подумываю о том, чтобы вмешаться, но не знаю, принять мне сторону родной сестры или любимого мужчины.
— Не важно. — Сайлас качает головой и тянется за книгой.
— Говори!
Он глубоко вздыхает и смотрит на Скарлетт.
— Летт, может, это и правда твоя работа. Но не моя.
С этими словами он бросает на меня мимолетный взгляд, но я отвожу глаза. Я не смогла бы сказать подобное сестре. К счастью, она настолько поглощена вспышкой гнева, что не замечает наших взглядов.
— Не твоя? Ах, не твоя! Вот и прекрасно, вали в Сан-Франциско и прохлаждайся там! — срываются с ее языка горькие слова. — На твоей совести кровь девушек, которых ты мог бы спасти, а вместо этого решил выучиться игре на гитаре. Твое умение тренькать «Светит звездочка с небес» приобретено ценою их жизней. Не забудь объяснить это родителям девушек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
