поделать.
Слух ловил отчаянные крики Ильвы, а перед взором мелькало искаженное ужасом личико. Морок – да! Но очень скоро он может обернуться реальностью.
Эти ублюдки хуже шакалов. Они способны на все, а он… Он сейчас беспомощен! Вынужден вариться в соку собственного бессилия и умолять Владыку шайтанов и Праматерь о милости – тонкой струйке дыма над скалами.
Раскаленный воздух пустыни наполнил легкие, но облегчения не принёс.
Аид не знал, что задумала эта сумасшедшая девчонка, но всем нутром чувствовал, что в рукаве северянка припасла козырь.
Только какой?
Голова отказывалась соображать. Он вообще не мог ни на чем сосредоточиться, но должен был! Наемники лишь обрадуются, если Аид ибн Хаир допустит промах.
– Господин… – тягучие голоса ведьм заставили раздраженно обернуться.
Стража прислала вместо себя женщин? Трусы!
Но сестры не испугались его мрачного взгляда. Вперед вышла старшая, удерживая почтового сокола. Птица сонно моргала, но вырваться не пыталась.
– Вести из столицы. Город потрепан, но устоял. Всемилостивый султан жив.
Проклятье!
Аид прикрыл глаза, отчаянно борясь с подступавшей паникой.
Не важно, что задумала Ильва – бунтовщики в любом случае обречены. И они захотят забрать с собой невинные души.
Время утекало песком сквозь пальцы.
Очень скоро наемникам надоест ждать. Они не получают вестей из Багдааш и наверняка понимают, что дело нечисто.
Этой ночью нужно спасти Ильву и Лайан. Иначе может стать поздно.
***
– Мне гораздо лучше .
Ильва прочла это в блестевших глазах и нежном румянце, окрасившим исхудавшие щечки Лайан.
Кровь перестала сочиться, а ребенок шевельнулся, легкими пинками показывая, что жив.
Но как им выбраться из дома, напичканного стражей? Что ж, и на это у Ильвы был ответ. Тем более уже скоро принесут пищу.
Воровато оглянувшись, Ильва сунула пальцы в рот и нащупала шелковую ниточку. Так, а теперь ей надо быть очень осторожной…
Лайан сдавленно охнула, приподнимаясь на локте.
Да уж, зрелище такое себе – травница вытаскивает склянки из желудка.
Однажды об этой хитрости Ильве поведала мать. Таким образом много лет назад одна из травниц помогла далекому предку Госпожи Северных земель – Даэлии. Когда смутьяны учинили дворцовый переворот, храбрая женщина в себе пронесла зелья, которые помогли плененному Владыке справиться со стражей и вернуть себе трон.
И сейчас Ильва собиралась провернуть тот же трюк.
Первая склянка скользнула по горлу вверх, вызывая приступ тошноты. На глазах выступили слезы, но усилием воли Ильва расслабилась, вытягивая нитку дальше.
– О, Духи! – не сдержалась Лайан, когда три крохотных пузырька выскользнули на подставленную ладонь.
Ильва утерла рот и попыталась улыбнуться. Вышло плохо. От страха внутренности превратились в один мерзлый ком, но отступать поздно.
Пальцы не слушались, когда она торопливо распечатывала залитые воском бутылочки. Их получилось приготовить до прихода Аида. А после проведенной с ним ночи сбежать, прихватив сумку с травами.
– Выпей, – шепнула одними губами, протягивая Лайан первый пузырек.
В нем находилось противоядие. Теперь на Лайан не подействует сонное зелье, находившееся во втором пузырьке.
Им Ильва обильно смазала собственные губы и губы подруги.
– Скажешь, что еда горька и прокисла, поняла? – шепнула тихо. – Но перед этим поешь так, чтобы зелье с твоих губ попало в еду.
Девушка кивнула.
Остался последний пузырек. Ильва как следует очистила горлышко от воска и спрятала бутылочку в складках платья.
Вовремя!
Дверь с лязгом распахнулась, и в комнату вошла стража. Двое закованных в броню громилоподобных мужчин.
– Еда, – буркнул тот, который держал поднос.
Его узкие глазки бегали по сторонам, будто проверяя, не устроили ли пленницы подкоп. Второй наемник держал наготове меч.
Ильва с трудом сдержала презрительную гримасу. Ну и воины! Как штаны не обмочили? Это ведь так страшно – входить в покои к женщинам.
– Благодарю, – отзывалась сухо и, забрав миску с подноса, передала ее лежавшей на кушетке Лайан.
Та несколько раз зачерпнула ложкой серую массу. Попробовала раз, другой… И ложка полетела обратно в миску.
– Гадость! – простонала, откидываясь на подушки. – Ужасно… невыносимая горечь!
И вдруг заплакала. Да так правдиво, что на мгновение Ильва позабыла об истинной цели спектакля. Однако помрачневшие рожи наемников быстро привели в чувство.
Ильва сама зачерпнула варево и от души приложилась губами, перенося капли зелья в еду.
– Да что ты принес?! – взвизгнула, сунув миску обратно наемнику. – Горькая дрянь! Ты хоть пробовал?!
Обескураженный мужик завертел головой, словно ждал подсказки со стороны, но – хвала Духам! – все-таки зачерпнул каши и сунул в рот.
– Нормальная еда…
Но Ильва не дала сказать, замахала руками.
– Нормальная? Эту вытяжку полыни ты называешь нормальной?! Да у тебя язык обожжён пойлом! Вот ты! – ткнула пальцем в другого мужчину, с мечом. – Попробуй и скажи сам! Давай же!
Наемник недовольно поджал губы. На его плоском, будто тарелка, лице мелькнуло сомнение.
А у Ильвы вся спина взмокла. Если он не съест варева прямо сейчас, то увидит, как другой падает без чувств!
– Зачем… – начал мужчина, но тут уже вмешалась Лайан.
– Совестно, да? Притащил бедной пленнице то, что свиньям не дадут! А сам пробовать брезгуешь…
Мужчина сунул ложку в рот.
– Да ты зажралась, девка! – рявкнул, отшвыривая миску в сторону. – Я тебе эту кашу засуну в…
Бум!
Первый наемник рухнул, словно подкошенный.
– У него сердце! – запричитала Ильва. – Он… он рукой грудь тер!
– Заткнись! – зарычал наемник.
Подняв меч, шагнул к ней, но тут же сам закатил глаза и упал рядом.
– О, Духи, – прошептала Лайан, поднимаясь с постели. – А я и забыла, насколько ты хороша…
Спорить, напоминая, что она далеко не лучшая, Ильва не стал. Не до того! Подхватив первого наемника, она поволокла его на лежанку. Чуть не надорвалась! Резкий мужской запах будоражил тошноту.
Аид пах намного приятнее… Так и хотелось куснуть смуглую кожу и пройтись языком. Щеки тут же залил румянец.
Что с ней такое? Одна мысль о демоне – и ноги слабеют, а внизу живота сворачивается огненный комок.
Только если сейчас она не возьмет себя в руки – Аид ибн Хаир получит свою наложницу обратно по частям.
Ильва протяжно вздохнула, заталкивая неподвижную тушу на лежак.
– Вот так, – пропыхтела, укрывая наемника тонким одеялом. – Теперь второй…
Его Ильва просто подтащила ближе, перед этим вынув из ножен кинжал – меч для нее слишком велик.
Ах, как жаль, что ее подарок из сокровищницы Аида остался лежать в шатре! За все это время Ильва успела привыкнуть к кинжалу и даже полюбить его. Но с оружием ее не пропустили бы в оазис.
– Готова идти? – обернулась к Лайан.
И девушка кивнула, крепче подвязывая
