– Знаю-знаю, – он выпрямился на диване и поставил мороженое на кофейный столик. – Просто выслушай. Есть ли какая-нибудь вероятность, что кто-то мог добраться до телефона Зака? Некий подлый и скользкий придурок, которого мы все знаем?
Его слова натолкнули на догадку.
– Думаешь, это Шеп? – Калеб кивнул. – Но зачем ему это?
– Таков уж Шеп, – отозвалась Зои, садясь точно так же, как Калеб. – Это имеет смысл, Ди. Шеп – полный придурок, и если ткнуть в него пальцем, он ответит.
– Это не пустые слова. Он проворачивает дерьмовые вещи с девушками, которые не покупаются на его дерьмо, а потом обычно хвастается этим в раздевалке. Я в некотором роде ненавижу этого парня.
– Ты ему что-нибудь сделала? – спросила Зои.
– Ну, нет... То есть, я упомянула тебя, на что он отреагировал, как придурок, но в остальном – ничего такого.
– Интересно, он стащил телефон Зака до или после того случая.
– Ставлю, что после, – отозвался Калеб. Он вскочил с дивана и стал мерить шагами гостиную. – Меня одолевает желание пойти в кампус, вытащить того ублюдка с занятий и как следует избить за это дерьмо.
– Успокойся. Мы не можем знать наверняка.
– Ну, даже не знаю, Ди. У Калеба отличные догадки, и я буквально чувствую, что все так и было, – произнесла Зои. – Кроме того, ты сама говорила, что не можешь поверить, будто это сделал Зак. Как по мне, он не способен на злые...
– Когда я только встретил его, он всю ночь рассказывал мне об одной некоммерческой организации, которую хочет создать, – сказал Калеб.
– А знаешь, как у него возникла эта идея? – Калеб отрицательно мотнул головой. – Все из-за того, что Зак еще в средней школе разработал приложение, делившее всех на крутых и нет. Все вышло из-под контроля и взрастило тонну драмы.
– Хочешь сказать, что Зак способен отправить фото со своей обнаженной девушкой, поскольку уже делал дерьмовые вещи в школе? – не отступал Калеб.
Ну... нет, вообще-то я так не думала. Именно поэтому мне так тяжело было принять это. Когда Зак рассказывал о том, что сотворил в школе, я чувствовала его раскаяние. Он так сожалел, что случилось подобное. Каждый раз, заговаривая о проекте «Воплощенный позитив», Зак будто преображался.
Нет, похоже, я все же не верила, что это он.
И я полная дура, что набросилась на него с обвинениями.
«Черт. Очевидно, я испортила самое чудесное, что когда-либо со мной происходило».
Тяжело вздохнув, я легла на диван.
– Я худшая девушка на свете.
– Не худшая. Улики говорили против него, этого нельзя отрицать. Кроме того, это все теории. У нас нет реальных доказательств, что в этом замешан Шеп.
– И как мы их получим?
Калеб продолжал расхаживать по комнате, бормоча что-то себе под нос. Ни я, ни Зои его не понимали. Нам оставалось только сидеть и смотреть, как он прокручивал в голове какой-то план.
Наконец, он повернулся к нам, уперев кулаки в бедра.
– Я об этом позабочусь.
– Ладно.
– Только, Ди, если выяснится, что Шеп ни при чем – хотя уверен, что это маловероятно – ты должна быть готова.
От этого замечания у меня тут же пересохло во рту. Я так увлеклась теорией о невиновности Зака, что уже начала забывать главное: он все же мог быть причастен.
Живот скрутило.
– Я буду готова, Калеб.
*****
Зазвонил будильник, и я протянула руку, чтобы запустить его через всю комнату.
Я не хотела сегодня идти на занятия. Просто не могла.
Я не была готова встретиться со всеми лицом к лицу. Знала, что по меньшей мере один одногруппник видел ту фотографию. Калеб утверждал, что никто не догадался, что это за девушка, но я-то буду знать. И каждый раз, когда кто-то посмотрит на меня, я стану гадать, понял ли он.
Я закрыла глаза и постаралась заснуть. Бесполезно.
Я не могла.
Всю ночь я ворочалась с одного бока на другой. Черт, да я нормально не спала с самой пятницы – той самой, когда мой мир раскололся и все такое.
По привычке я потянулась к телефону в поисках сообщений от Зака.
За последние несколько дней я ловила себя на этом больше раз, чем могла сосчитать. Когда вы пишите кому-то почти безостановочно несколько месяцев, то очень привыкаете. И если вас лишить этой переписки, вы скатитесь в пучину отчаяния.
Когда Зои ворвалась в мою комнату, я уже с трудом, но поднялась с кровати.
– Отлично, ты встала.
– Ненадолго, – пробормотала я.
– О, надолго. Сегодня ты пойдешь на занятия. И не спорь со мной.
– Нет, ни за что, – я бросилась обратно в постель и с головой накрылась одеялом.
Зои стала сдергивать его с меня, стараясь изо всех сил. Я ощутила, как материал выскальзывал у меня из пальцев. Да, она победила.
В любом случае, я останусь лежать тут.
– Вставай. Давай же. Калеб сказал, что никто не узнал тебя, и я ему верю. В сообщении не было никаких указаний на то, кто эта девушка, к тому же в кампусе никто не видел тебя голой, кроме Калеба. А ты знаешь, что он не проболтается. Так что вставай!
– Ни за что!
Зои прыгнула на кровать с разбегу и начала скакать так сильно, что меня стало подкидывать вверх-вниз.
Вскоре я начала смеяться, и это было так приятно. Мне уже несколько дней не хотелось смеяться, а я ведь так это любила.
– Стоп-стоп-стоп! Ты же сломаешь мне кровать, а я заставлю тебя покупать мне новую.
Зои успокоилась и легла рядом со мной, посмотрев щенячьим взглядом.
– Пожалуйста, пойдем на занятия. Очень прошу. Обещаю, что буду оставлять тебя только на лекции. Я войду вместе с тобой, потом встречу на выходе, чтобы тебе не пришлось в одиночку совершать прогулку по аллее позора.
– Прогулку по алее позора? Ты же говорила, что никто не знает.
– Да, никто. Но я тебя знаю, ты посчитаешь, что у всех рентгеновское зрение, они увидят твою грудь и узнают, что это твои снимки. А еще я хотела поговорить с тобой насчет того, что ты не должна отправлять свои фотографии в обнаженном виде кому-то на телефон. Отправляй в Снэпчат, там они быстро исчезают.
– А ты сама отправляла там много обнаженных фото?
Она пожала плечами.
– Возможно. Знаешь, у меня действительно красивая грудь.
Я качнула головой и стала подниматься, пока не села на матрасе.
– Ладно-ладно. Я пойду на занятия, но тебе придется повсюду ходить со мной. Я не хочу столкнуться с Шепом.
– Идет. А теперь иди в душ. Быстро.
Я подняла руку и поморщилась.
– О... да. Позволь мне быстренько об этом позаботиться.
Я пересекла комнату и открыла ящик комода. На меня вдруг нахлынули воспоминания о нас с Заком и том, как я тогда стояла на этом же месте.
Слезы потекли по лицу, а плечи затряслись от беззвучных рыданий.
Зои обняла меня, подойдя сзади, и я почувствовала себя спокойнее.
– Все будет хорошо, Ди, обещаю. Мы выясним, кто виноват, и я пну его прямо под зад.
– Ты просто чудесная лучшая подруга, Зои.
– Я знаю, – она поцеловала меня в щеку. – Иди в душ, вонючка. У нас через сорок пять минут лекция.
*****
Я снова сделала это, опустившись на свое место.
Проверила телефон.
От Зака ничего не было... не то чтобы я и правда чего-то ждала, но все же.
Калеб вбежал в аудиторию и в последнюю секунду перед звонком сел рядом.
– Как ты?
Я пожала плечом.
– Как и ожидалось, полагаю. Чувствую, что все вдруг стали людьми Х, а их мутация – рентгеновское зрение.
– Прекрати переживать. Никто ничего не подозревает. Утром на тренировке я поспрашивал парней, знает ли кто-нибудь, что за девушка на фото.
– И?
– Понятия не имеют. Хотя они наперебой восклицали, какая там горячая цыпочка.
Калеб подмигнул, а я даже не нашла в себе силы почувствовать гордость. Слишком зла была на тех придурков, которые решили передавать фотографию по кругу. Ну, какие вообще парни могли пересылать фото обнаженной девушки друг другу?
