Глава 15.
1.
Доехали на удивление быстро. Максим даже не успел задремать. Машина остановилась у подъезда многоэтажного дома, где Максима без особых церемоний высадили из салона и, подгоняя толчками в спину, сопроводили к лифту.
В просторную кабину без труда поместился и Максим, и оба его сопровождающих. Подтолкнув Максима к дальней стене, Артур вставил в отверстие ключ и лишь потом нажал на кнопку. Рядом с этой кнопкой не было номера этажа, да и расположена она была на панели обособленно. Кабина лифта пришла в движение, едва заметно вздрогнув. Рассматривая закрепленную у потолка камеру наблюдения, Максим громко зевнул.
Когда дверь лифта скользнула в сторону, из-за спин своих провожатых Максим увидел тамбур с зеркальными стенами и застеленным бежевым керамогранитом полом, а так же большую белую отделанную золотом двустворчатую дверь с изящными золотыми ручками.
— Как вход во дворец, — сказал Максим.
Артур в ответ ухмыльнулся, но промолчал.
Максим понял, что действительно очутился во дворце, лишь оказавшись за белой дверью.
Он заворожено рассматривал просторный зал с высокими окнами, колонами и широкой лестницей, ведущей на второй этаж. Белая с золотом балюстрада лестницы переходила в ограждение бельэтажа. Огромная хрустальная люстра у потолка с многочисленными лампами-свечами. Похожие на подсвечники многочисленные светильники в углублениях и нишах. Бежевые стены с золотой лепниной. Покрытые вычурной резьбой карнизы. Бархатные шторы ниспадали на пол ровными тяжелыми складками.
Зал, в котором они оказались, никак не походил на прихожую в многоквартирном доме. Белый, бежевый и золотой цвета повсюду. В том же стиле выполнена и расставленная по залу мебель. Если бы не вид из окна на ночную Москву, Максим и вовсе решил бы, что очутился в загородном коттедже.
— Хозяйке нравится неоклассицизм, — сказал Артур. — Пошли, покажу тебе твою комнату.
— А как же встреча с Беллой? — спросил Максим.
— Чудак-человек! Ночь на дворе. Хозяйка спит. У нее режим. Утром пообщаетесь. Всему свое время. Ступай за мной.
Артур повел Максима на второй этаж, оставив своего напарника внизу.
— По квартире не ходи, — говорил Артур. — Здесь много мест, куда тебе соваться не стоит. Повсюду видеонаблюдение. Если парни заметят, что ты бродишь тут в одиночестве, могут и по шее надавать. Церемониться они не станут. Хозяйка не любит, когда посторонние здесь расхаживают. И уж точно рассердится, если тебя обнаружат в одной из ее комнат, и она узнает, что ты рылся в ее вещах. Делать подобное я тебе точно не советую.
Максим вертел головой, следуя чуть позади Артура и разглядывая обстановку. Они шли по длинному коридору с невысокой балюстрадой с одной стороны и стеной с неглубокими нишами с другой. Изредка встречались однотипные белые с позолотой двери. Около одной из таких дверей Артур остановился, приоткрыл ее. Запустил в комнату руку, провел ею по стене, щелкнул выключателем.
— Входи. Побудешь здесь до утра. Тут есть уборная. Там найдешь зубную щетку и прочее. В шкафу можешь взять халат и тапочки, спрячешь в нем свою одежду. Постельное белье чистое. Располагайся. Утром за тобой придут. И еще раз повторю: не стоит отсюда выходить и совать куда-либо свой нос. Целее будешь. Все. Я с тобой прощаюсь. У тебя еще есть время, чтобы поспать.
Артур подтолкну Максима внутрь комнаты и захлопнул дверь за его спиной.
Все те же белый, бежевый и золотой цвета.
Максим обвел комнату взглядом. Огромная кровать занимала почти треть всей площади. Несмотря на размеры, она не казалась массивной, напоминала плотное скопление облаков. Целый набор различного размера подушек на ней. Акцентная стена в изголовье декорирована светлой кожей. В изножье — прикроватная банкетка на причудливо изогнутых ножках. Люстра, светильники, зеркала, туалетный столик, комод, тумбы по обе стороны кровати, два кресла — все выдержано в одном стиле, дополняет друг друга. Шкаф с зеркалами и золотой окантовкой на дверках, приоткрытая дверь в уборную.
В зеркалах Максим увидел свое отражение. Уже заметна щетина на лице, сонный взгляд. Максим стоял на фоне роскошной обстановки в привычных черных брюках, белой рубашке и запыленных туфлях. Точно официант, доставивший жильцам этой комнаты поздний ужин. Максим усмехнулся и направился к шкафу за обещанным халатом.
2.
— Просыпайся!
Кто-то бесцеремонно тряс Максима за плечо. Веки не желали подниматься, но Максим все же сумел заставить себя приоткрыть глаза. А при виде склонившегося над ним огромного тела, проснулся.
— Вставай, — сказал Артур. — Приходи в себя, хватит дрыхнуть. Узнал меня? Вспомнил, где ты? Молодец. Через час я за тобой зайду и провожу в столовую. Можешь явиться туда в халате, хозяйка не возражает. Белла хочет, чтобы ты составил ей компанию за завтраком. Приводи себя в порядок. Не забудь побриться. У тебя на все про все есть ровно час.
3.
Площадь комнаты, отведенной под столовую, куда привели Максима, была больше, чем зал бара, где тот работал. Все те же цвета в обстановке.
Белла уже ждала его, сидя за столом. Яркий свет люстры заставлял сверкать камни на ее многочисленных украшениях. При виде ее платья, Максим испытал неловкость за свои халат и тапочки. Женщина сделала жест рукой, приглашая Максима присесть напротив нее. Так же жестом велела Артуру удалиться.
— Хорошо выглядишь, — сказала Белла. — Хоть и поспал всего пять часов. Сразу видно, что получил приличную порцию энергии от внучки Арбатской.
Говорила она тихо, чуть затягивая паузы между предложениями.
— Вы тоже выглядите замечательно, — сказал Максим.
Он рассматривал сервированный как для официального приема стол, освежая в голове правила этикета.
— Не ври мне. Я выгляжу ужасно. Мне всего лишь двести десять лет, а я уже не могу избавиться от морщин. В моем возрасте ту же Арбатскую окружающие принимали за школьницу. Так что ты решил, Максим Иванов? Сам видишь, твоя помощь мне просто необходима. Будешь на меня работать?
Губы блондинки плотно сжались, превратившись в тонкую линию.
— Хм. Простите, Белла, но я не могу согласиться на ваше предложение.
— Почему?
— Может, потому что я вас не люблю?
— Идиот. Кто вообще говорил о любви? — сказала Белла. — Мне твоя любовь не нужна. Рассматривай свои обязанности, как обычный хорошо оплачиваемый труд. Отработал — и ступай себе люби, кого хочешь. Можешь даже стихи писать своей Алисе — мое самолюбие от этого не пострадает.
— Простите, я не хотел вас обидеть.
Глаза женщины сощурились, точно взяв Максима на прицел.
— Обидеть
