генерала Маркова, всех марковцев и 120-ти 7-й роты. Новые офицеры теперь знали, ценой каких жертв только одной роты были они освобождены от красного ига.
На Белгород
Заняв Купянск, корниловцы продолжали наступление на Белгород. Влево от них тянулись большие леса, оставшиеся вне контроля; связи вправо с далеко отстоявшим 1-м Конным полком у них не было. И тут и там оставались отряды красных. Для обеспечения корниловцев был послан батальон марковцев, вошедший в отряд генерала Третьякова. 6 июня на ст. Белый Колодезь прибыли и остальные батальоны (без 7-й и 9-й роты), спокойно простоявшие до того в Староверовке.
7 июня отряд взял город Волчанск и продвинулся вперед. Для обеспечения тыла была оставлена 5-я рота марковцев. У командира ее произошел с генералом короткий разговор.
— Сколько штыков в роте?
— 26 штыков. 28 со мной и моим заместителем.
— Отлично! Вы перейдете в Волчанск и обеспечите тыл отряда. Внимание в сторону лесов. Вы будете представлять там всю власть как в городе, так и в уезде. Желаю благополучия!
8–9 июня отряд теснил упорно сдерживающего его наступление противника. Марковцы обходом с востока вышли ему в тыл и заняли ст. Разумная.
10 июня наступление на Белгород: корниловцы вдоль железной дороги, марковцы в обход с востока, с задачей перерезать железную дорогу на север. Пришлось с боем переходить болотистое верховье реки Северный Донец. На их глазах несколько поездов успели проехать на север.
К моменту взятия Белгорода на разъезд Крейда прибыли из Купянска 7-я и 9-я роты. Впереди бой. На платформе 5–6 убитых корниловцев. Тревожное ожидание развязки. Наконец эшелон тронулся. По обе стороны дороги густой лес, и он еще краше в эту отличную солнечную погоду. Лишь только лес кончился, как открылся дивный вид: верстах в пяти город с его 25 церквами с золотыми главами. У марковцев вырвалось невольное «Ура!», пошло пение добровольческих песен. Кто-то запел: «Здравствуй, Кремль, всей России сердце. Тяжкий плен окончен твой».
Эшелон переезжал реку Донец. Радостное настроение снова омрачилось при виде сотни трупов, лежавших на берегу. Кто они? Нет, это не корниловцы. По одежде, это крестьяне, торговцы, служащие… Они расстреляны большевиками, как расстреляно было ими 40 жителей Волчанска. За что? Зачем? Впрочем, давно уже жестокий враг показал, что он считает своими врагами не только борющихся против него с оружием в руках, но и мирных жителей, осмелившихся порицать его деяния.
Эшелон остановился у вокзала. Сотни народа громкими криками приветствовали прибывших, несмотря на то что на окраине города еще шла стрельба.
Корниловцы преследовали красных, а марковцы тесно расположились в районе вокзала, выслав разъезды и выставив охранение с батареей в сторону Харькова, который еще не был занят частями 3-й дивизии. Полк, кроме 5-й роты, был в сборе. За период наступления из Донбасса он потерял едва 300 человек.
Пятая рота в Волчанске
28 штыков. Впрочем, еще сестра милосердия, вестовой командира роты, два санитара и вытребованные из обоза три хозяйственных чина. Задание — обеспечение тыла и, как сказал генерал Третьяков: «Вы вся власть в городе и уезде». Задача понятна, но «вся власть»?.. Раз это было сказано, следовательно, требуется расшифровать эти слова, вложить в них содержание и осуществить. Ночью над этим вопросом бились командир роты и его заместитель.
Но прежде всего решение боевого задания наличным составом роты. Город небольшой; вокзал от него в версте; с севера к нему вплотную подходит лес, а на западе, верстах в пяти, видна темная полоса огромного леса. Что в городе? Что в лесах? Да и состав роты очень молодой, верный, но в военном отношении неопытный: 4 офицера Великой войны, 10 из юнкеров и кадетов, произведенных в течение Гражданской войны, остальные юнцы учащиеся. Тревожно.
5-я рота в полку со времен 1-го Кубанского похода, уже по традиции самая молодая рота; и теперь она в полку самая малочисленная, но поразительно сплоченная боевая семья. В юношах горел пламень любви к Родине. Душой роты была ее сестра милосердия, прошедшая с ней все походы, Ксения Францевна Кочан-Пустынникова, народная учительница из станицы Ст. — Леушковской Кубанской области. «Мальчики», как она называла юношей, ее боготворили. Она оказывала исключительно благотворное влияние на них. Имела две Георгиевские медали и была два раза ранена.
Рота расположилась в женской гимназии. Ночью выслала дозоры. А утром здание оказалось окруженным горожанами, пришедшими ее приветствовать, выразить радость освобождению. Горожан поразила молодость чинов роты, а «мальчики» уже тормошили городскую молодежь, передавая ей пыл собственной души… Тут же и сестра Ксения, она знала, что говорить юношам и взрослым.
Днем в нескольких местах города было вывешено рукописное распоряжение, подписанное: «1-го Офиц. ген. Маркова полка кап. Павлов». В нем говорилось:
1. Жители города и уезда призываются к мирной жизни и труду;
2. К сдаче оружия и заявлению о местах нахождения как оружия, так и военного имущества, оставленного большевиками;
3. О регистрации офицеров города и уезда для зачисления их на службу в 1-й офицерский генерала Маркова полк;
4. О предложении поступать на службу в Добрармию для борьбы с большевиками.
На следующий день результаты распоряжения превзошли все ожидания. У штаба роты толпился народ, приносилось и привозилось оружие, даже привезена была походная кухня, которой у роты не было, сгружались подарки населения — картофель, хлеб, сало, масло… даже сено для лошадей; записывалось, где что было оставлено красными, записывались жалобы одних жителей на других; шла регистрация офицеров, которым говорилось в двухдневный срок явиться в роту. Сбились с ног и устали все.
Каждый день вывешивались новые распоряжения касательно всех возникавших вопросов, ничего общего не имеющих с задачей роты даже военно-административной, но глубоко связанных с гражданско-административными, как раз областью
