Но с этой вершины они тоже увидели мало утешительного: северо-западное ребро К2 оказалось значительно сложнее ранее разведанных маршрутов. Было совершенно очевидно, что последние 200 метров перед вершиной К2 чрезвычайно трудные, восхождение по этому пути, видимо, невозможно, и 9 июня экспедиция вернулась в старый лагерь под юго-восточным ребром.
Упорство герцога этим еще не было сломлено. После короткого отдыха 14 июня альпинисты снова вышли на разведку и поднялись на «Седло ветров», где на высоте 6233 метров установили лагерь (по счету VII). Непогода на время прервала работу, но 24 июня они снова были на седле и начали подъем на Скианг Кангри.
Но и здесь их постигла неудача: бездонные поперечные трещины заграждали альпинистам путь, и на высоте 6600 метров они вынуждены были прекратить подъем и вернуться.
После этого упрямые итальянцы решили штурмовать вершину Чоголиза (7654 м), которая называется также Броуд-пик, и здесь им снова пришлось вернуться без победы: туман и лавиноопасность не дали возможности подняться на вершину – они достигли высоты 7500 метров. Это была рекордная высота, достигнутая альпинистами, и этот рекорд продержался 13 лет. Хотя итальянцам в то время не удалось подняться на вершину К2, результаты экспедиции были велики: путь на К2 был разведан, массив осмотрен со всех сторон, а благодаря В. Селла имелись прекрасные фотографии, которыми впоследствии пользовались все экспедиции. Эти фотографии сыграли существенную роль в покорении К2.
Герцог Абруццкий после возвращения в одном докладе о работе экспедиции сказал: «Если кому-либо удастся поставить ногу на девственный снег вершины К2, то это счастье будет дано не альпинисту, а летчику».
Слишком пессимистическое утверждение герцога Абруццкого было опровергнуто его же соотечественниками, которые в 1954 году водрузили на вершине К2 флаги Италии и Пакистана.
Первая мировая война на долгое время прервала исследование Гималаев и Каракорума. Только в 1929 году под руководством племянника герцога Абруццкого – Эймона ди Савой Аоста герцога Сполетто была организована большая итальянская экспедиция в Каракорум: племянник хотел довести до конца начатое дядей дело и поставил главной задачей экспедиции покорение К2.
Учитывая малую реальность решения этой задачи, отсутствие нужного опыта и в первую очередь слабый состав альпинистской группы, организационный комитет отклонил план восхождения на К2 и поручил экспедиции провести научно-исследовательскую работу и прежде всего детально изучить район ледников Балторо и Шаксгама, сделать фотограммометрическую съемку.
Экспедиция провела эту работу, причем львиную ее долю выполнил профессор Ардито Дезио, руководивший в 1954 году победоносной итальянской экспедицией на К2.
В 1934, 1936 и 1937 годах район Балторо последовательно посетили еще три экспедиции: международная экспедиция под руководством Г. О. Диренфурта, французская экспедиция на Хидден-пик и шаксгамская экспедиция Э. Шиптона.
Все три экспедиции были исследовательскими. Только в 1938 году К2 увидел у своего подножья базовый лагерь американской экспедиции, которая поставила своей задачей покорение суровой «большой горы».
Американская экспедиция готовилась Ф. Висснером и Р. Бардселлом, имевшими опыт гималайских восхождений: Бардселл 28 октября 1932 года совершил восхождение на Минья Гонкар (7590 м), а Висснер в 1932 году поднялся с немцами на Нанга Парбат до высоты 7100 метров.
Позже, после получения разрешения пакистанского правительства на восхождение, Висснер не смог участвовать в экспедиции и ее возглавил Чарльз Хаустон, также имевший опыт восхождений в Гималаях.
В состав экспедиции входили: Чарльз Хаустон – руководитель, 28 лет, студент медицинского колледжа, в 1936 году участвовавший в экспедиции на Нанда Деви и в 1934 году с Грэхемом Броуном совершивший восхождение на Маунт Фаракер (5200 м) на Аляске; Ричард Бардселл, владелец завода в Норчестере, 25 лет, первовосходитель на Минья Гонкар; Роберт Бейтс, преподаватель иностранных языков, 27 лет, совершивший с Б. Висбурном первовосхождение на Маунт Лукиания (Аляска) и считавшийся самым выносливым и способным молодым альпинистом США; Уильям Б. Хауз, лесник, 25 лет, совершивший с Висснером первовосхождение на труднейшую вершину Северной Америки – Маунт Ваддингтон. Высотный опыт он приобрел при восхождении на Оризабо в Мексике; П. Петцольд, фермер и проводник в Тетанских горах (Северная Америка), 35 лет, первоклассный альпинист, сильный и выносливый. Шерпы называли его «большой сильный сагиб». Руководителем транспорта был назначен капитан Н. Р. Стретфилд, до этого несколько лет служивший в Каракоруме.
13 мая 1938 года экспедиция покинула Сринагар и после тридцатидневного марша 13 июня установила базовый лагерь у южного края ледника Годуин Оустен на высоте 5060 метров, вблизи места впадения в него с северо-запада ледника Савойя.
Основной задачей экспедиции было проведение разведки лучшего выхода на седло Савойя (6666 метров), откуда берет начало северо-западное ребро, – возможный путь восхождения на К2.
Экспедиция обследовала и два других возможных пути восхождения – северо-восточное ребро, по которому хотела пройти экспедиция Эккенштейна в 1904 году, и так называемое ребро Абруццкого, по которому попытался взойти на вершину герцог Абруццкий в 1909 году.
Путь на седло Савойя был исключительно труден. Сильное оледенение и большая лавиноопасность сделали его практически непроходимым для носильщиков и поэтому пришлось отказаться от попытки выхода на северо-западное ребро. Таким же оказалось положение и на северо-восточном ребре. Таким образом, единственным реальным путем, по которому относительно безопасно можно было штурмовать вершину, оказался путь по ребру Абруццкого, состоящего из ряда небольших параллельных ребер, отдельных стенок и крутых снежных склонов. С верхнего края ребра, примерно с высоты 7400 метров, просматривается путь по крутому фирновому полю к началу юго-восточного гребня на высоте 7900 метров к подножью вершинной пирамиды.
Этот очень крутой подъем, как выяснилось позже, безусловно, был лучшим путем к вершине.
29 июня американцы начали штурм ребра Абруццкого.
Лагерь I они установили у подножья ребра на леднике Годуин Оустен на высоте 5400 метров, 3 июля был установлен лагерь II на высоте 5900 метров и на верхнем краю крутого снежного склона сделаны две большие площадки. Благодаря безопасному положению и защищенности от ветров, это был самый лучший лагерь, подъем к нему был нетруден, только в двух местах пришлось натянуть сорокаметровые веревочные перила для носильщиков.
Хауз и Петцольд пошли выше по уже более сложному рельефу, по оледенелому кулуару вышли на зазубрину и, траверсируя большой лавиноопасный желоб, оказались на седле у края юго-восточной стены. Отсюда они через ряд отвесных скальных ступеней и крутых гребней поднялись в направлении юго-восточного ребра к скальной башне, путь к которой вел по крутому ледовому гребню. Под башней удалось сделать две небольшие площадки для палаток. На этом месте было решено установить лагерь III.
Два следующих дня посвятили оборудованию пройденного пути. Было закреплено 280 метров перильных веревок, и путь между лагерями II и III стал проходим и для носильщиков с грузом,
10 июля в лагерь III был доставлен первый груз, а Хаустон и Петцольд прошли выше, чтобы найти и подготовить место для лагеря IV.
Пройдя 300 метров по сыпучему скальному гребню, двойка подошла к скальной стенке высотой около 150 метров. Верхняя часть стенки (8 метров) оказалась совершенно отвесной, и только благодаря расщелинам альпинистам удалось, используя крючьевую страховку, преодолеть это серьезное препятствие и выйти на бесснежный скальный склон, где они выровняли площадку для лагеря IV. Для безопасного прохождения на стене было закреплено четыре перильных веревки, а на последних 8 метрах с помощью ледовых крючьев оборудована своеобразная лестница с веревочными перилами.
12 июля в лагерь IV для подготовки дальнейшего пути пришли Бейтс и Хауз.
