На следующее утро они спустились мимо лагеря I (который не имел запасов) в базовый лагерь. Последние километры по ровному леднику они тащились последними усилиями и часто падали. Почти перед самым лагерем их нагнал Кромвелл с шерпами: они искали у ледовых сбросов ребра Абруццкого трупы Висснера, Пазанга Дава Ламы и Уолфа!
Теперь спустившимся стало ясно, что, считая их погибшими, никто не позаботился об обеспечении лагерей.
О том, как это все случилось, Висснер рассказывает следующее:
«14 июля, в тот день, когда я с Уолфом и тремя шерпами вышел из лагеря VII в лагерь VIII, в лагерь II спустился Дюрранс, чувствовавший себя больным. Он взял с собой в качестве сопровождающих сирдара Пазанга Кикули и шерпа Даву. Остальным шерпам, находящимся в лагере, а именно Пинцу и Тзерингу, Дюрранс дал точные указания, какие грузы они должны доставить в лагери VII и VIII. Там они должны через Тендрупа и Китара держать связь с головной группой. Но 15 и 16 июля погода была штормовой, и они остались в лагере VI.
17 июля вместо того чтобы, как было обусловлено, поднять из лагеря VII в лагерь VIII два груза, Тендруп и Китар спустились из лагеря VII к нему. В качестве причины невыполнения распоряжений Тендруп сказал, что я, Уолф и Пазанг Дава Лама погибли в лавине у лагеря VIII и поэтому нет необходимости доставлять грузы наверх. Он предложил спуститься всем вниз. Пинцу и Тзеринг не были убеждены рассказом о лавине и остались в лагере VI. На следующее утро Тендруп и Китар ушли в лагерь IV. В лагере IV эта двойка встретила Пазанга Кикули и Даву, которых послал в этот лагерь из лагеря II Дюрранс за запасными спальными мешками. Дюрранс считал, что при хорошей погоде у нас наверху будет все в порядке, и мы спустимся со своими мешками. Пазанг Кикули был возмущен самовольным спуском Тендрупа и приказал ему вместе с Китаром немедленно вернуться.
На следующий день они, т. е. Тендруп и Китар, поднялись в лагерь VI, где находились Пинцу и Тзеринг, и 19 июля вышли далее в лагерь VII. Оттуда они криками сигнализировали в лагерь VIII, находящийся за пределами слышимости, но, не получив ответа, поверили рассказу Тендрупа о лавине, считая нас погибшими.
Эти двое сняли лагерь VIII, бросили продукты в снег, оставили палатки открытыми и ушли в лагерь VI, взяв с собой спальные мешки и надувные матрацы. В лагере VI Тендруп убедил оставшихся в справедливости версии о лавине и приказал всем спускаться-вниз. Позже, в базовом лагере, шерпы ополчились на Тендрупа и обозвали его чертом, который их обманул и фактически сорвал работу экспедиции. Я склонен думать, что сильный, но ленивый Тендруп не хотел больше работать на транспортировке грузов в высотные лагери и поэтому придумал историю с лавиной.
Снятие спальных мешков из лагерей VII и VI дало ему некоторую гарантию, что, в случае, если мы все же живы, не сможем выдержать спуска и погибнем, и его истории о лавине поверят и остальные члены экспедиции. Но, видимо, он рассчитывал еще и на то, что члены экспедиции в базовом лагере расхвалят его за принесенные ценные спальные мешки из лагерей VII и VI.Ссылка12
22 июля в первой половине дня в базовый лагерь прибыли четыре шерпа со всеми спальными мешками из лагерей VII и VI. В базовом лагере с 19 июля находились Дюрранс, Кикули и Дава, которые сняли все 13 спальных мешков из лагерей II и III. Таким образом, случилось, что 22 июля по всему пути на вершину имелся только один спальный мешок, оставленный Пазангом Дава Ламой в лагере II для Уолфа.
При такой большой неразберихе, которая царила при моем возвращении в базовый лагерь, моем моральном и физическом ослаблении и последующей катастрофе, во время которой мы потеряли дорогого Уолфа и трех носильщиков-шерпов, мне долго было непонятно, как все это могло случиться. Только три месяца спустя после моего выздоровления, в больнице Нью-Йорка, я нашел записку, которая мне разъяснила истинное положение. Эта записка была оставлена Дюррансом 19 июля в лагере II для меня и Уолфа. Найдя эту записку, я, не читая, присоединил ее механически к моим экспедиционным бумагам. В этой записке Дюрранс прежде всего поздравил нас с победой над К2. Далее он писал, что 18 июля он дал указание Пазангу Кикули и Даве снять все спальные мешки из лагерей VI и VII и, таким образом, все 13 мешков находятся в базовом лагере. Поэтому по всему пути не осталось мешков, и он надеется, что мы спустимся сверху со своими мешками. Конечно, Дюрранс, оставляя нам записку, не мог знать, что Тендруп со своей группой снимет спальные мешки и из лагерей VII и VI.
Индийский участник этой экспедиции – учитель Чандра – высказал еще 19 июля беспокойство, когда в базовый лагерь прибыл Дюрранс с мешками нижних лагерей, и был просто ошеломлен, когда 22 июля группа Тендрупа принесла мешки и из лагерей VII и VI. Для него не было сомнения, что рассказ Тендрупа о лавине был выдумкой, и вместе с Пазангом Кикули он настоял на том, чтобы немедленно вернуть мешки в верхние лагери. Оба знали, что, согласно плану экспедиции, головная группа рассчитывает на полное оснащение лагерей VII, VI, IV и II. Сообщение Тендрупа о гибели головной группы вызвало у остальных членов экспедиции – Кромвелла, Дюрранса и Тренча – очень сильную реакцию они были потрясены. Они ни минуты не сомневались в гибели Висснера, Уолфа и Пазанга Дава Ламы и не прислушивались к предложению Чандра и Кикули – немедленно возвратить спальные мешки в лагерь II, а еще лучше в лагерь IV.
Если бы Висснер и Пазанга Дава Лама могли провести ночь после спуска в лагере II нормально, то их очень хорошая спортивная форма была бы сохранена. Висснер, Уолф и Пазанг Дава Лама при их хорошей акклиматизации и физической подготовленности, несомненно, могли бы повторить штурм. Но все сложилось иначе.
Дюрранс, Кромвелл и Тренч, не пытаясь удостовериться в правдивости рассказа Тендрупа, решили 25 июля снять базовый лагерь и спуститься вниз.
Это решение с приходом Висснера и Пазанг Дава Ламы пришлось отменить. Пазанг Дава Лама, пострадавший во время срыва, с трудом дошел до лагеря, Висснер тоже передвигался, напрягая последние силы. Оба они за последние два дня сильно подморозили руки и ноги, а у Висснера было сильное воспаление горла. Тем не менее Висснер решил сразу вести подготовку нового штурма. Погода была все еще хорошая, продовольствия в лагере было достаточно, и он думал, что после двух-трехдневного отдыха сможет снова выйти на штурм вершины.
Было решено, что Кромвелл и Тренч спускаются на следующий день с носильщиками, прибывшими из Асколи вниз. Дюрранс, Чандра, Висснер с остальными шерпами, за исключением Тендрупа, остаются здесь для следующего штурма.
Дюрранс, чувствовавший себя хорошо, на следующий день собирался с тремя шерпами быстро подняться в лагерь VII. Им нужно было взять с собой только спальные мешки. Продукты питания они думали взять из лагерей IV и VI. Из лагеря VII Дюрранс, Уолф и шерпы должны были обеспечить лагерь VIII. Висснер после двух дней отдыха должен был выйти с остальными шерпами и присоединиться к группе Дюрранса.
26 июля Дюрранс с тремя шерпами пришел в лагерь IV и снова не выдержал высоты, а шерп Дава оказался больным. На следующий день Дюрранс решил вернуться с Давой в базовый лагерь, а остальных двух шерпов направил в лагерь VII, чтобы они объяснили Уолфу положение. Висснер после двух дней отдыха все еще не пришел в себя, а Пазанг Дава Лама даже не мог вставать.
Когда Дюрранс вернулся в базовый лагерь, всем стало ясно, что надежду на повторение штурма нужно оставить и свертывать работу экспедиции. Нужно было срочно сообщить об этом Уолфу. На следующий день Висснер с Кикули хотели выйти навстречу Уолфу, но Кикули болел и просил отсрочить выход на один день. Действительно, на следующий день Кикули и Тзеринг в один день поднялись в лагерь VI. Там они нашли двух шерпов, которые должны были, по указанию Дюрранса, подняться к Уолфу в лагерь VII, но они этого не сделали. На следующий день, т. е. 29 июля, Кикули с двумя шерпами налегке без груза поднялись в лагерь VII.
