Читаем без скачивания Змеи Эскулапа - Алексей Бессонов

– Пять фурканов… – выдавил Ингр, пораженный. – А танк ты тоже можешь?

– Не знаю, – пожал плечами Андрей. – Я не солдат, я врач. Может, мы все-таки уберемся отсюда, или нам все мало? Тебе же говорили, что вокруг города полно бандитов. Чем больше мы стоим на месте, тем выше наши шансы получить пулю в задницу.

– Наверное, они возвращались на хутор, – размышлял вслух Ингр. – И, наверное, здесь бродят остальные. Давайте и в самом деле сматываться…

Преодолев мост, Ингр тотчас же съехал со старой дороги на едва заметную в траве колею и погнал вслед за уходящим солнцем. Андрей нервно пересчитал боеприпасы: у него оставались еще три обоймы, но он начинал бояться, что впереди их ждет еще немало ублюдков, склонных убивать просто из прихоти. Он озирался по сторонам, словно леса вокруг были до отказа нашпигованы врагами рода человеческого, и все чаще поглаживал возвышавшийся в кузове вездехода пулемет. Наличие как минимум десятка длинным снаряженных лент вселяло некоторую уверенность.

Один раз, двигаясь по тропе через густой влажный лес, они услышали невдалеке частую стрельбу. Ингр тотчас же остановил машину и заглушил двигатель. Несколько минут все четверо сидели в гробовой тишине, слушая удаляющийся треск выстрелов и удары собственных сердец. Потом Ингр вопросительно посмотрел на Касси и крутнул флажок стартера. Город был почти рядом: полчаса спустя, уже в сумерках, «Пес» замер напротив стационарного армейского поста. Пока Касси с Ингром разговаривали о чем-то с хмурым офицером в пятнистой серой форме, Андрей разглядывал темный куб с множеством бойниц, обложенный мешками с песком, и несколько разномастных боевых машин, стоявших чуть поодаль. Стволы на башнях были направлены в ту сторону, из которой они приехали.

Офицер подошел к вездеходу, облил Халефа и Андрея желтым светом фонаря и снова удалился. Очевидно, разговор был долгий.

– Если они нас задержат, – тихо произнес Андрей, – то куда повезут в первую очередь?

– Никуда тебя не повезут, – так же тихо отозвался Халеф. – Разве ты до сих пор не понял? Здесь был мятеж, всех подозрительных расстреливают на месте, а разбираться, кто был прав, а кто виноват – это все потом.

Андрей ощутил, как по плечам ползет неприятная холодная волна. Его передернуло; стараясь не шуметь, он улегся на мешки и принялся смотреть, как в небе зажигаются первые звезды.

«Если кинутся, – подумал он, – постреляю всех, кого смогу, и дам чесу в леса. Глупо, но что, собственно, остается? Не сидеть же мне, в самом деле, в дурдоме?»

Мысль о том, что его могут расстрелять – вот здесь, прямо на дороге, вот так, просто как подозрительную особу, – была настолько дикой, что «цивилизованные» мозги майора Андрея Трегарта Огоновского в упор не желали ее воспринимать. Так не делали даже на Оксдэме… а самым противным во всей этой истории было то, что они совершенно не представляли, что творят. Бортовой башни, в которой он просидел пол-дороги до этого, будь он неладен, Трайтеллара, за глаза хватило бы, чтобы спалить всю провинцию.

Лежа на мешках и пытаясь вслушиваться в далекую невнятную речь офицера, Андрей фантазировал на тему о мести, которая непременно обрушится на головы тупорылых Солдат после его мученической кончины. В его воображении рисовались сладостные картины жуткой атаки десантного легиона, который сметает на своем пути всех и вся, чтобы навсегда приучить местное население уважать старших… он очухался лишь тогда, когда услышал, как Ингр и Касси вернулись в машину.

– Что он там сказал, – спрашивал Ингр, – объезжать через Южный Пост?

– Да, – мрачно ответила Касси. – Мосты разрушены.

«Пес» сорвался с места и помчался по узкому шоссе, на котором зияли черные пятна воронок то ли от мелких бомб, то ли от артиллерийских снарядов. Андрей сел на мешок, ожидая увидеть городские огни, но впереди была все та же тьма, разрезаемая желтыми фарами вездехода.

Они въехали в город совершенно неожиданно. В свете фар мелькнули какие-то высокие темные строения, Ингр резко свернул направо, и мимо машины помчались деревья, за которыми угадывались контуры зданий. Нигде не было никаких огней, город казался вымершим и покинутым. Впрочем, через некоторое время Андрей все же увидел огни – свет фар мощных армейских грузовиков, идущих по противоположной стороне улицы. Он поежился: ему казалось, что солдаты обязательно должны заинтересоваться их автомобилем, однако Ингр продолжал ехать как ни в чем не бывало. Скоро Огоновский разглядел полуразрушенное многоэтажное здание на углу большого перекрестка, несколько сгоревших автомобилей, длинное тело перевернутого автобуса и мешки, множество мешков с рассыпанным вокруг них песком.

– Здесь были бои? – ошарашенно спросил он.

– А ты не видишь? – вздохнула Касси. – Совсем недавно. Фактически, город эвакуирован. Население по большей части бежало на север, к столице – там спокойнее. На севере мятеж провалился в первые же дни.

Андрей ошарашенно провел рукой по лицу. Господи, подумал он, огромный город… но ведь кто-то тут все же остался – и как они? Без света, без тепла, наверняка без элементарной медицинской помощи… Да сюда нужно срочно отправлять бригаду спасателей с «Парацельса»!

А сколько, оборвал он сам себя, таких городов по всей стране?

Еще раз свернув, Ингр выехал на узкую дорогу, шедшую вдоль берега широкой реки, слабо поблескивавшей в свете звезд. Где-то далеко впереди появилось неяркое свечение, вскоре обозначившееся как ряд высоко поднятых на металлических мачтах прожекторов. Дорогу преградил шлагбаум, но здесь Касси даже не выходила из машины: коротко переговорив с подошедшим парнем в сером, она махнула рукой, шлагбаум пополз вверх, и Ингр поехал дальше. Перед ними были развалины.

Наверное, когда-то тут располагался целый комплекс зданий, но теперь почти все они были разрушены, уцелели, в основном, лишь нижние этажи, глядящие на нежданных гостей черными провалами выбитых окон. Касси закусила губу.

– Давай вот туда, – скомандовала она Ингру, указывая на ярко освещенную площадку перед двухэтажным корпусом, который был разрушен лишь наполовину – в его правом крыле горел яркий электрический свет и сновали темные людские силуэты.

Здесь было целое скопище бронетранспортеров, а перед самым входом тянул в темноту пушечный ствол настоящий танк, широкий, приземистый, увешанный поверх брони какими-то приспособлениями и ящиками. К остановившемуся вездеходу сразу же подошли двое молодых людей с автоматами, в лицо Андрею ударил яркий свет.

Рассмотрев Касси, один из них приветственно поднял руку.

– Где советник Умкар? – спросила она, спрыгивая на землю. – Он не спит?

– Умкар должен быть внизу, – почтительно ответил молодой офицер. – В третьем секторе. Мы уже смогли наладить генераторы, так что…

– Неважно, – перебила его Касси и повернулась к Андрею: – Берите мою камеру, и идемте. Я должна выяснить обстановку – чем скорее, тем лучше. Оружие оставьте здесь.

Двигаясь за уверенной Касси, Андрей вошел в освещенный квадратный холл, по углам которого высились кучи кое-как сметенной штукатурки. Большинство стекол отсутствовали, все кругом выглядело как после хорошего артобстрела. Рядом с одной из мусорных куч сонно зевал часовой с автоматом на шее. Не обратив не него никакого внимания, Касси свернула за угол и нажала почти незаметную кнопку на стене. К немалому изумлению Андрея, перед ним разъехались двери довольно просторного лифта. Вся четверка погрузилась в кабину, и лифт быстро пошел вниз.

Еще один короткий коридор – и рука девушки постучала в белую крашеную дверь, из-за которой раздавались чьи-то приглушенные голоса. Дверь распахнулась; через плечо Касси Андрей увидел рослого парня в неизменном сером, большое слабо освещенное помещение с ворсистым подобием ковра на полу, кресла, стол с напитками, и нескольких мужчин в разной, по большей части военной, одежде. Глаза парня неожиданно широко распахнулись, и он обхватил Касси за плечи.

– Ты вернулась, – как большой кот, промурлыкал он. – Я даже не рассчитывал, что тебе удастся. Как вы вернулись?

– Мы дошли, – коротко ответила девушка. – Мы… мы дошли, Виринай.

Впервые за все время их знакомства Андрей услышал в металлическом голосе Касси эмоции, да какие – в одной короткой фразе была безмерная усталость, боль и еще очень, очень многое. Ругая себя за банальность восприятия, Огоновский глубоко вздохнул. Виринай отступил вглубь комнаты, смерил его весьма странным взглядом и сложил руки на груди.

– Умкар не ждал тебя.

Касси коротко улыбнулась. Они наконец просочились в помещение. При виде запыленной Касси все присутствующие разом умолкли, а узкий, весь какой-то вытянутый седоволосый мужчина с острой бородкой вдруг бросился ей навстречу, вращая совершенно безумными глазами.

Не обращая внимания на их быстрый, непонятный ему разговор, Огоновский бесцеремонно опустился в свободное кресло и принялся брезгливо отряхивать с комбинезона желтую пыль – со всей элегантностью, на которую был способен.