Приходилось применять магию, чтобы не болело тело, так как в первый вечер я еле с лошади слезла, а потом стукнула себя по голове. Не привыкла я к своему апгрейду. Пожелала воду, тут же маленькая бутылочка из пластика в руках, пожелала мяса, жаренного, тут же палка шашлыка в руках и мои удивленные глаза:
— А что так можно было?
Желать себе быть всегда сытой не стала, скучно это… и появиться сразу возле Яны, тоже побоялась, страшно черт побери. Так хочется поверить и так страшно. Нэйд лишь посмеивался от моих открытий и улыбался во весь рот. Пробирались по лесу, минуя дороги и избегая жителей. У оборотней было на удивление тихо. Никаких беженцев, или воинов.
Лишь природа с прекраснейшими осенними пейзажами и животные, которые, казалось, перестали совсем нас бояться. Мелкие грызуны, ходили целыми стаями возле нас, когда останавливались на ночлег, похожие на лосей парнокопытные, которые здесь назывались корры жевали сухие травинки рядом, поглядывая черными глазами. И птицы… они буквально осыпали нас своей «любовью», что пришлось озаботиться прозрачным щитом. Хорошо, что любовь в основном доставалась Нэйду.
Два дня как мы ехали по землям оборотней и мне приснилась Кайя. Призрак молча стояла рядом и смотрела бессмысленным взглядом. Это было странно, я заговорила с ней, но она просто стояла и смотрела. Усилием воли я проснулась и еще долго не могла заснуть. Где — то внутри закралось нехорошее подозрение.
Городок, в котором я купила свою кибитку и с которого начался мой путь, был закрыт. На башнях стояли стражи, ходили лучники, а ворота не открывались. Да и не кому было их открывать, ни телег, ни крестьян с товаром, ни оборотней с охотничьими трофеями. Хотя это было не странным, война и все этим сказано, только вот не понятно, как делить теперь жителей. Кто из них знает о том, что происходит, и кто против, как понять.
Город мы обошли по кругу и поехали в сторону поселка, в котором жила Яна, с каждым километром мне становилось все страшней, и все более одолевали сомнения правильно ли я поступаю. Но потом я брала себя в руки и успокаивала, что теперь не простая испуганная женщина, а какая — то там древняя, могущественная волшебница, правда только учусь. Ночами, во снах, ко мне приходят знания, от которых кружиться голова, потому что они грандиозны, и поверить в такое простой земной женщине очень сложно.
Нэйд в последнее время тоже притих. Кидал на меня странные задумчивые взгляды, в которых я видела сомнения и это мне тоже не нравилось. Много мыслей кружилось в голове, не все они были хорошими.
В поселке была жизнь, он не выглядел заброшенным, как некоторые встреченные до этого, ходили оборотни, слуги люди и все также кто — то висел на площади на позорном столбе. Словно ничего не изменилось за эти месяцы. Сам поселок в форме круга обзавелся высоким частоколом и теперь пробраться просто так не получится. Мы оставили лошадей на отдалении, чтобы они нас не выдали и теперь я рассматривала дом, в котором мы жили с Яной.
Я сделала нас невидимыми, просто вспомнила, что так можно, потом стукнула себя по лбу, от своей никчёмности, свои возможности я еще не изучила. Под невидимостью пройти в поселок оказалось легко. Даже магическая защита не стала преградой, хотя ее красивое и сложное плетение мне очень понравилось. Оборотней оказалось в поселке больше, чем я помнила, все вооружённые и магически укомплектованные с амулетами и кольцами щитами. Я о таких уже знала.
Когда мы вошли во двор у меня чуть слезы из глаз не полились, малыш Сагил играл в песочнице, а Яна сидела на скамейке в мягких подушках и держала на руках второго сына, Лазаря. Мне хотелось подбежать к ней обнять, оказывается я соскучилась. И вдруг…
Яна подняла глаза и посмотрела прямо на меня, ее глаза… я резко отпрянула назад, но удар по голове выбил из сознания.
— Можешь не притворяться, — раздался над ухом голос Яны, нет не Яны, тварь что сидела в ней уже была мертва давно.
— Нэйд бьешь как девчонка, — хрипло прокаркала я, — или как ребенок, — продолжала, открыв глаза и найдя глазами своего бывшего попутчика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Демон молча смотрел с каким — то больным любованием, отвернулся, встретив мой взгляд.
— Хороший притворщик вампиреныш, — вывести его из себя не получилось.
— Не старайся Ольга, — хмыкнула Кайя и подошла ко мне поближе, — что же ты ничего не желаешь древняя, — призрак оскалился и на таком родном лице, это выглядело ужасно.
— Я думаю ты позаботилась, чтобы я не могла этого сделать, — хмыкнула я, — как — то ведь вы убивали моих предков.
— Да, — прошипела женщина, — убивали и еще убьем, всех вас убьем.
— Желаю удачи, — не расстроилась я, — жаль мне этого не увидеть, ведь меня уже не будет, тело тебе теперь не нужно. Очень быстро нашла замену.
— Зачем убивать такой хороший накопитель, ты мне показала, как можно вырастить мою армию быстрее, да Азаир, — Кайла подошла к демону, и я увидела, как он сжался.
В сердце кольнула обида, ведь я с ним обращалась как с равным, делилась, защищала, вырастила оболочку и что он? Все равно предал. Сколько правды было в том, что он рассказывал мне? Почему я не чувствовала его фальши? На эти вопросы отвечу себе потом, когда будет время… если будет оно, время…
— Что с Яной? — спросила, я мне надо было знать.
— О, ее душа еще здесь, — Кайя постучала себя по груди, бьется не сдается, проходит все, что я ей уготовила, но живет. Ты знаешь, меня всегда удивляли древние, столько силы и так мало амбиций. Дружба любовь, и вся прочая лабуда…
— Да ты такая же древняя как я, — хмыкнула в ответ, — помнишь моих предков, старуха.
Женщина метнулась ко мне и ее когти прочертили на моей щеке борозды:
— Не смей тварь говорить о моих годах, вы убили всех, кто был мне дорог, всех, кому я была нужна, я слишком долго ждала и теперь наконец — то Солан станет моим.
— Да, а вот ты сплошные амбиции, — вскинулась я.
Несколько раз пробовала призвать свою силу, но не получалось.
— Ты очень предсказуема Ольга, — стоило подкинуть тебе мальчишку так похожего на твоего сын и ты не смогла его бросить, на это и было рассчитано, он был моими глазами, а то, что ты помогла ему приобрести свою силу, отдельное спасибо.
— У тебя был выбор Нэйд, — обернулась я к демону, — я ведь обещала помочь, почему… — я не договорила.
— Хватит болтать, — перебила меня демоница, такая же древняя, как война между нашими расами, — я сидела тут дожидалась тебя, теперь путь открыт, мои детишки хотят кушать.
Я была в отчаянье, не зная, что еще сказать, что еще сделать, чтобы остановить тварь и… нужно чтобы она сделала мне больно и тогда… сузив глаза посмотрела на Нэйда, говоришь я страшна, когда боюсь…
— Я хорошо проредила их ряды, можешь много не готовить, — сказала демонице и рассмеялась, как же оказывается ее легко вывести из себя. Кайя подлетела и стала бить меня по лицу, боль пронзила тело и наконец то я почувствовала его… моего хранителя.
Пусть она лишила меня магии, сковала тело, но теперь я понимала, что сделал Ольтар, в нашу последнюю встречу во сне, он соединил наши сущности, как раньше соединялись со своими господами виарны, энергетические предки Ольтара. Тонкая, незримая нить, соединила наши сущности, и нужно лишь позвать, как он просил.
Он не врал мне тогда, в последний мой сон с ним, мы связаны и когда мне больно, он чувствует. Сияющей вспышкой, появился портал, прямо возле меня, Кайя истошно заверещала так, что я оглохла. Из портала выскочил с озлобленным лицом Ольтар, а за ним, как черти из табакерки его воспитанники, все двадцать. Комната подвала была большая, но сразу стало тесно, вокруг потемнело, послышались сдавленные хрипы и потом опять появился свет и тело Яны с расплывающимся кровавым пятном на груди:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нет, — вскрикнула я, — нет, — но никто не обращал на меня внимание.
Драконы сражались с ужасным чудовищем, которое откуда — то появилось здесь. Ольтар командовал что — то на своем рычащем языке, который я понимала через слово, а Яна умирала. На губах кровавые пузыри и слова, которые она пытается сказать:
