цвета утреннего тумана. Такого же густого и плотного, который сегодня опустился на город.
– Что вас беспокоит, миссис… – мужчина взглянул на карточку, скользя глазами по буквам.
– Наоми Коллинз, – девушка робко улыбнулась, поправив воротник темного пиджака. – Можно просто Наоми. Я пришла сюда немного с иной целью, мистер Стэлфорд.
– Можно просто Роберт, – мужчина говорил и одновременно просматривал карточку с анализами пациентки, не понимая, что она делает в его кабинете. – С какой целью вы пришли ко мне?
– За последние пять лет вы добились огромных успехов в психологии, особенно в области психологии сновидений. Я бы хотела узнать, почему вы выбрали одну из самых загадочных и мистических сфер для изучения?
– Вы репортер? – Роберт перестал делать пометки в своем блокноте и отложил ручку.
Роберт Стэлфорд являлся одним из самых молодых членов международной ассоциации психологов, и интерес к его работе всегда был повышен. Но мужчина не любил давать интервью, ссылаясь на занятость. Обычно, он отмахивался от журналистов, приглашая посетить его личный блог, где можно было отследить подробности его исследований.
– Знаю, что вы не любите давать интервью, но это мое первое серьезное задание после практики. Если я его провалю – мне крышка, – на одном дыхании выпалила Наоми, и ее щеки покрылись румянцем.
«Впервые вижу краснеющего журналиста», – мысленно усмехнулся Роберт.
– С чего вы решили, что психология сна – загадочная сфера? Человек может управлять и влиять на свои сновидения, даже во время отдыха. Это результат долгой практики. Мистика тут ни при чем, – он откинулся на спинку стула и запустил руку в волосы, оттягивая темные пряди назад.
Его янтарные глаза вновь смотрели на любимую фотографию в рамке.
Сновидения были одной из горячо обсуждаемых тем в семье Стэлфордов. С раннего детства Роберта ходила легенда о вещих снах его матери.
Так, мама Роберта рассказывала, что узнала о своей беременности из сна. К этой истории Роберт относился скептически, хотя до семи – восьми лет каждый раз слушал ее с придыханием.
– Однажды мне приснился сон, – мама укрыла одеялом маленького Роберта и погладила его по темным густым волосам. – В ту ночь я узнала, что скоро стану мамой. Тогда ты сидел в животе и был еще совсем маленький.
– Я был совсем-совсем маленький? – мальчик поднял наивные детские глаза на улыбающееся лицо мамы. – Маленький как жук? Или как муравей?
– Еще меньше, – ответила мама, и в ее серых глазах проскочил огонек. – В тот момент папы не было дома, и я позвонила ему, чтобы сообщить новость, что он скоро станет отцом. Я сильно переживала, что не смогу стать хорошей мамой, и сказала ему об этом. Но папа поддержал меня. Он ответил, что я буду самой лучшей мамой на свете и самой сильной.
– Это не так! – нахмурил бровки маленький Роберт. – Самый сильный папа, а мама самая красивая и добрая.
– Так и есть, – кивнула мама. – Твой папа самый сильный.
– Что было дальше? – нетерпеливо спросил Роберт.
– У твоего папы был коварный и злобный враг, – продолжила мама. – Монстр был настолько опасный, что его посадили в темницу, но он сбежал оттуда.
– Он был такой же опасный, как Волан-де-Морт? – прошептал Роберт.
Внезапно дверь в детскую комнату приоткрылась, и в проеме показалась голова с темными волосами. Через мгновение порог перешагнул папа Роберта и подошел к кровати, чтобы потрепать сына по голове татуированной рукой.
– Он был еще хуже, потому что был реальный, а не сказочный, – папа присел рядом с мамой, обняв ее. – Монстр хотел расправиться с твоей мамой и со мной. Но его поймали и заточили в темницу, из которой на этот раз ему не удалось сбежать.
– А как его поймали? – маленький Роберт зевнул.
– Твоей маме приснился сон. Она увидела не только беременность, но и то, как злобный монстр проник в наш дом, – папа посмотрел на маму Роберта, и от его пристального взгляда та покраснела. – А когда мама проснулась, она сразу позвонила в полицию. Монстра поймали прямо у порога дома. Даже я не успел ничего сделать.
– Папа, но ты же работаешь в полиции, – Роберт взглянул на отца сонными глазами. – Почему ты не задержал монстра?
– Папа тогда еще не работал в полиции, – ответила мама, целуя Роберта в щеку. – Спокойной ночи, сынок.
Роберт отвернулся к стенке и, закрыв глаза, начал проваливаться в сон.
– И как же управлять своими снами? – из детских воспоминаний Роберта вырвал мелодичный голос Наоми.
– Есть определенная техника, которой учатся от нескольких месяцев до года. Основная задача сводится к тому, что вы выстраиваете свой сюжет. Важно поймать момент, в котором возникает вопрос: "Это же сон?" Тогда наступает идеальное время, чтобы дать себе команду, например посмотреть на свои руки. Если вы исполнили ее, дальше можете выстраивать собственную сюжетную линию, как в кино. Это называется осознанные сновидения или люцидные.
– Выходит, что во сне я могу стать кем угодно? – Наоми мечтательно устремила взгляд наверх и приподняла уголки губ, заставив Роберта сдержанно улыбнуться в ответ.
– Когда овладеете техникой. Но с появлением безграничных возможностей во сне, вы имеете риск впасть в зависимость. Реальность может вас мало интересовать. Вы ожидаете долгожданную ночь, где можете стать, кем угодно. Это своего рода одна из форм ухода от действительности.
– То есть, лучше не увлекаться осознанными снами? – Наоми растерянно взглянула на Роберта.
– В этом вопросе каждый делает свой выбор, где ему находиться – во сне или наяву? Лично я предпочитаю делать реальность интересной и получать от жизни удовольствие.
– И все-таки, почему вы столько времени посвятили изучению сновидений? – взгляд Наоми задержался на сосредоточенном лице Роберта.
– Я думаю, этот вопрос стоит задать моей маме, – ответил Роберт, замечая, что от его сканирующего взгляда румянец девушки никуда не делся.
***
– Роб, а если я не понравлюсь твоей маме? – Наоми ступала на крыльцо дома вслед за молодым мужчиной, держащим в одной руке бутылку вина, а в другой букет цветов.
– Не говори чепухи, мама еще в прошлый раз сказала, что ты милая, – Роберт постучал в дверь и ободряюще улыбнулся невесте.
– Тогда было интервью, а сейчас… – Наоми тут же замолкала, увидев, как приоткрылась дверь.
На пороге дома стояла пожилая женщина около шестидесяти лет на вид. На ней был надет свободный свитер песочного цвета и бежевые широкие брюки. На кончике слегка вздернутого носа были очки с тоненькими линзами в золотистой оправой.
– Привет, извини, что мы немного раньше, – проговорил Роберт, целуя в щеку мать. – Знакомься, это…
– Наоми, я помню, – женщина улыбнулась, и на ее щеках образовались ямочки в окружении мелких морщинок. – Проходите.
– У вас очень уютный двор, миссис Стэлфорд, – взволнованно пролепетала Наоми, переступая порог дома.
– Зови меня Лин, – женщина приняла букет цветов от сына. – Надеюсь, вы голодные, потому что я приготовила много и заставлю
