Рэймонда.
Рэймонд взял руку Линдси и крепко прижал ее ладонь к своей груди. Надписи на безымянных пальцах каждого слились в единое целое, перемещая их в мир, в котором больше никто не был в силах их разлучить.
КОНЕЦ
Бонус. Мелани и Марк
– Что ты делаешь? – Мелани отобрала у парня кусок сыра, который тот нагло стащил с тарелки. – Не порть вид на столе.
– Это всего лишь сыр, – усмехнулся Марк, отправляя в рот еще один кусок.
Мелани фыркнула в ответ, в который раз поправляя идеально лежащие блестящие приборы.
– Я не понимаю, что ты так паришься, – Марк подошел вплотную к Мелани. Его руки заняли привычное для них место – на бедрах его девушки. – В списке гостей нет Королевы Великобритании. Расслабься.
– С минуту на минуту приедут Лин с Рэймондом, – простонала Мелани, замечая, что прикосновения Марка стали более настойчивыми и требовательными. Это значило только одно и всегда заканчивалось тем же. – И еще твои друзья в гостевой комнате.
– Я могу их послать прямо сейчас, – Марк с трудом оторвался от Мелани, напоследок наградив ее звонким шлепком по заднице.
Он бессовестно захватил с собой блюдо с сырной нарезкой и, насвистывая, вышел из гостиной. Мелани еще раз поправила приборы и посмотрела в окно.
Оно было практически во всю стену, открывая вид на задний двор. Мелани окинула взглядом засыпанный снегом огромный фонтан, дорожку из каменных плит и вечнозеленые туи, за которыми пряталась вытянутая беседка.
"Наверняка, весной тут еще красивее", – мечтательно подумала Мелани, услышав голоса в холле.
Мелани в последний раз оценила сервировку стола и отправилась встречать гостей. Стук каблуков по глянцевому полу отдавал эхом. Мелани прошла вдоль стен со светящимися панелями и остановилась напротив зеркала. Как всегда максимально критично она осмотрела свое отражение.
Темно-синее платье подчеркивало талию и доходило до колен. Черные блестящие волосы спадали по плечам идеальными прямыми прядями.
Мелани отошла от зеркала и, преодолев коридор, замерла на месте. На пороге стояли Марк, Рэймонд и незнакомка, отдаленно напоминавшая ее подругу.
Рэймонд снял с девушки пальто, оставив ее в платье такого же цвета, какими были ее глаза – оттенок дыма или тумана. Плечи и шея были открытыми, демонстрируя молочную кожу. Незнакомка поправила белые волосы, уложенные мягкими волнами, и двинулась навстречу Мелани. На середине пути она остановилась и коснулась рукой люстры, тянувшейся к полу кристальными подвесками.
– Курт Кобейн, ты точно музыкант, а не наркобарон?
Мелани улыбнулась. Все-таки перед ней стояла ее подруга.
Рэймонд приблизился к Лин. На нем были лонгслив и джинсы неизменно черного цвета. Парень наклонился и что-то сказал девушке на ухо. Мелани не слышала слов, но ясно видела, как щеки Линдси вспыхнули пламенем.
Глаза Мелани выпали из орбит. До сегодняшнего дня она готова была поставить миллион долларов, что ее подруга не умеет краснеть.
– Где вы пропадали на Рождество? – шутливо нахмурилась Мелани, обнимая Линдси при встрече.
– Мы читали Шекспира, – ответил Рэймонд с таким видом, будто весь последний год он изучал английскую литературу, а не ломал носы незнакомцам в барах.
– А почему Лин молчит? – Мелани изогнула темную бровь.
Взгляд, которым обменялись Рэймонд и Линдси говорил сам за себя. Он был красноречивее сияющих глаз и румяных щек. Между ними витала тайна, шифр которой хранила спальня.
– Пару дней назад Лин поела мороженое, и у нее пропал голос, – Рэймонд подмигнул Лин, и та закатила глаза.
Рэймонд едва успел поставить на стол принесенную с собой бутылку вина, когда они оказались в гостиной. Его позвал в гараж Марк, чтобы он заценил новый Харлей, и парни вышли из дома.
Лин заняла место на большом белом диване. Она делала вид, что смотрит прямую трансляцию с площади на Таймс-сквер. Часы показывали одиннадцать вечера. Светящийся шар на крыше Уан-Таймс отсчитывал последние минуты до наступления нового года.
Мелани попыталась заслонить большой экран плазмы, но с ее габаритами она могла спрятать только шпиль небоскреба.
– Не делай вид, что тебе интересно, – Мелани скептически сложила на груди руки. – Ты всегда материлась при виде Таймс-сквер.
Линдси открыла рот, чтобы ответить, но ее перебил гитарист из группы Марка, появившийся в гостиной. На нем висела хохочущая блондинка в кожаном платье.
– Кто еще не получил подарочки от Сида? – парень захохотал на манер Санты.
– У тебя сахарная пудра на бороде, – сказала Лин севшим голосом, заметив, как Сид нетвердой походкой направился ко столу.
– Это колумбийская мука, дорогуша, – заливисто рассмеялась блондинистая подружка Сида.
Она последовала за гитаристом и стала бесцеремонно накладывать закуску, случайно опрокинув на блюда еще не горящий подсвечник.
Не в силах терпеть, как нарушают ее сервированную идиллию, Мелани метнулась к Лин. Та кивнула в сторону выхода.
– Идем на улицу, пока у тебя не начался нервный тик, – Лин встала с дивана и подошла ко столу. Она взяла бутылку вина и два пустых бокала. – Раз в год хотела попялиться в телек и подеградировать, – пробубнила она себе под нос, покидая гостиную.
Уже через пару минут подруги шагали по каменной дорожке вокруг фонтана, на который совсем недавно смотрела Мелани. Их путь лежал к беседке в конце сада.
– Мистер Брэкхэм доволен твоими обзорами, – непринужденно вела рассказ о работе Мелани.
Линдси подняла воротник пальто, заметив, что фонари и мусорные урны здесь похожи на произведения искусства. Но глаза Мелани горели ярче фонарей. И что-то подсказывало Линдси, что причиной блеска был не довольный начальник. Причиной блеска был Марк.
– Надеюсь, ты не забыла штопор? – спросила Линдси, когда перешагнула порог беседки.
Лин закусила губу, наблюдая, как Мелани пыталась открыть бутылку вина.
– Ты любишь Марка?
От неожиданного вопроса Мелани чуть не выпустила из рук бутылку. Девушка подняла голубые глаза на подругу.
– Да, – ответила она после молчаливой паузы. – Люблю.
– Спаси и сохрани тебя, – в севшем голосе Лин чувствовались нотки недоверия. – И как ты поняла, что это – любовь?
– Я счастлива с Марком. От того, что вижу по утрам его сонное лицо. От того, что он не выпускает мою руку даже во время езды на машине, от того…
– Глупые мелочи, – Лин отмахнулась от ее слов.
– Из мелочей и состоит наша жизнь, – спокойно возразила Мелани, уверенная в своей правоте. – Чем больше таких мелочей, тем интереснее. Когда рядом человек, на которого можно положиться, который принимает тебя со всеми недостатками, ты чувствуешь себя бескрайне счастливой.
Линдси горько усмехнулась. Она не понаслышке знала, что любовь имеет обратную сторону. Что это далеко не опора и бескрайнее счастье. Что со временем все эти мелочи, о которых ей наивно втирала Мелани, могут сыграть против.
– Любовь убивает, – произнесла Лин, вертя в пальцах ножку пустого бокала.
– И воскрешает.
– Любовь отравляет.
– И лечит. Посмотри на меня. Мой бывший ушел к парню, и я рада, что узнала об этом до свадьбы, – Мелани сильнее вонзила штопор в пробку и начала ее выкручивать.
«Наверное, Мелани представляет, что вместо пробки от
