у нас их было в достатке, и передовые отряды постоянно менялись, чтобы не вызывать переутомление, чтобы была возможность отдохнуть людям. Благо, уже было где. Благо, мы могли это делать.
— Ты как? — подлетела ко мне Фелиция, прихватив с собой пару бойцов, которые убрали с меня тушу, после чего она мне помогла подняться на ноги. — Цел?
— Да цел я, — кивнул. — Просто было неожиданно. А вы чего встали? — повернулся я в сторону тех, кто шёл следом за нами. — Заходим и проверяем каждую комнату… твою мать!
В коридор выскочило несколько боевиков. Они тут же открыли огонь по нам, из-за чего мне пришлось сделать шаг вперёд и вбок, закрывая собой Фелицию. Мой личный щит принял на себя огонь из дробовика, штурмовой винтовки и пистолета-пулемёта, из-за чего просел достаточно сильно. Но бойцы, которые не успели ещё пройти вперёд, расстреляли тех, кто осмелился высунуться.
— Молодцы, — показал я им большой палец, стоя к ним спиной. — Но не стоим на месте. Могут высунуться новые. Но напоминаю! Действуем осторожно. Основная наша цель — сохранить как можно больше жизней. Не важно чьих. Наших, сдавшегося противника, заложников… оцениваем обстановку, после этого действуем. Инициатива пока на нашей стороне.
Дальше мы шли от комнаты к комнате. Сканирование ни хрена толком не показывало, стены были слишком толстые, а внутри было явно что-то изолирующее. Но дальше было проще, по логике. Мы прошли цепь небольших офисных помещений, в которых отдыхали инженеры или следили за оборудованием… уже и не скажешь, приблизились к самим цехам сборки. Вот эти «комнаты» были достаточно большими, чтобы спокойно видеть вообще всё, что там происходит.
Когда мы дошли до стен именно сборочных цехов, пришлось разделиться на две группы. Первую, которая направилась в правую сторону, возглавили я и Фелиция. Она не хотела от меня отходить, поэтому пришлось брать её с собой. Тех, кто пошёл налево, возглавил мужик с прозвищем «Бивень». Я не стал вникать, почему именно так… но именно как командир он показал за время операции лучше всего.
Сопротивления мы почти не встречали. Редко попадались ловушки, иногда встречались хозяйственные помещения, в которых начали находить мертвецов, причём изрядно подгнивших. А среди них… ещё живых людей. Редко, но живые встречались. Их мы вытаскивали и относили назад, на второй этаж, где с помощью переносного медицинского оборудования проводили анализ, что с ними не так и быстро приводили в норму. Но среди всех них, кого нашли, никого, даже отдалённо напоминающего сестру Фелиции, мы не видели.
Дальше мы добрались до «тупика». Как таковым тупиком его назвать сложно из-за одной особенности — была последняя дверь, которая вела непосредственно в цех, из-за которой доносился специфический шум подготовки к обороне. И мы стали готовиться к штурму.
В итоге на связке у меня висело целых пять свето-шумовых гранат, которые мне придётся кинуть буквально за несколько мгновений. Что именно там за дверьми — мне неизвестно. Но я искренне надеялся на то, что получится ослепить хотя бы половину. Личный щит перезарядился, так что я готов к штурму. А если уж он и просядет… то умный, так называемый, металл усилит ту часть, по которой будет идти огонь.
— Начальник, — раздался голос Бивня. — Мы тут лестницу на четвёртый этаж нашли. А ещеё целую группу измученных… заложников. Среди них некоторые узнали своих знакомых, так что кровь начинает у бойцов кипеть. Что прикажешь делать?
— Всех заложников вниз, — тяжело вздохнул я, убирая руку от двери, ибо уже был готов приступить к штурму. — На четвёртый этаж не подниматься, организовать оборону, чтобы оттуда к нам никто не спустился. Если есть дверь в цех, у первых бойцов должно быть множество свето-шумовых.
— Есть такие, — через пару мгновений ответил командир той группы. — А первыми выразили желание идти те, кто увидел среди мучеников своих знакомых. Остудить пыл или щиты дать?
— Дай щиты, — спокойно сказал я. — Лучше дать им сделать то, чего они хотят. Главное, чтобы они контролировали ситуацию и не сильно распылялись. Спрошу в первую очередь с тебя. Сам штурм начинать строго по моей команде. Жду от тебя сигнала готовности.
Стрельба практически стихла. Было даже как-то непривычно. Я стоял и терпеливо ждал, поглядывая на своих бойцов. Они переминались с ноги на ногу, ждали начало штурма. В основном молчали, но некоторые, позволив себе такую вольность, сняли шлемы и тихо переговаривались между собой. В основном возмущались по поводу того, как тут содержали людей. Как минимум… мертвецов можно было бы сжечь. И тут я с ними был согласен.
В любом случае, нам предстоял штурм, так что, когда от Бивня поступил сигнал о готовности к штурму, я приказал своим бойцам привести себя в порядок. Сделали они это мгновенно, проверили своё вооружение, магазины, гранаты на разгрузках, и только после этого началось самое интересное.
— Поехали! — рявкнул я в канал связи, толкая левой рукой двойные металлические двери.
Сразу из моей правой руки и пары бойцов, которые стояли по обе стороны от двери, полетели свето-шумовые. Потом ещё раз. За ним ещё три раза. У меня стояли на шлеме фильтры, так что я не боялся срабатывания гранаты буквально перед носом. У моих бойцов такого не было, так что ворвался самый первый я.
Быстро посмотрел по сторонам и открыл огонь на поражение. Заложников и безоружных тут не было. Первым оказался убит тот, который находился ближе всего. Граната взорвалась буквально у него перед носом, скорее всего, полностью лишив зрения, имплантатов у него глазных не было. Вторым пристрелил того, который выскочил из-за укрытия и попытался выстрелить в меня, но его очереди ушли сильно выше. А потом его голова вообще взорвалась, окрасив станок за его спиной в красный цвет.
Дальше начался активный штурм. Бойцы, подражая киношным манерам, заходили и старались сразу прятаться за укрытия, при этом заходя сразу с двух сторон. Этого я глазами не видел, только с помощью тактической карты, но то, что они пытаются действовать слажено, радовало глаз. Но и я не стоял на месте. Нужно было двигаться дальше, и я делал это.
Перемахнув за первое искусственное ограждение, я тут же врезал с приклада тому, кто оказался рядом. По-моему, это была девушка… но я не особо всматривался. Удар оказался достаточной сильный, чтобы выбить с мясом кусок щеки, глазной имплантат и вырубить этого бойца.
Дальше я
