и оружие. Джереми всегда предпочитал охотиться вблизи. Даже когда он был младше, ему всегда больше нравилось зарезать свинью острым ножом, а не стрелять в нее издалека. Но иногда ситуация требует расстояния. Если он собирался охотиться на крупную дичь, пришло время достать крупнокалиберное оружие.
Джереми нашел свой арбалет TenPoint и колчан, полный титановых стрел с раскрывающимся наконечником. Когда стрела вознается в цель, по бокам стрелы вылетают два лезвия, нанося широкую пятисантиметровую рану. Максимальный урон для такого малого веса. Он сможет легко и быстро передвигаться, а это жизненно важно для его плана.
В конце концов, это будет первый раз, когда его добыча сможет выстрелить в ответ.
Глава тридцатая
Когда Леруа подъезжал к дому Рэя Сингера, то увидел Уилла, прислонившегося к своей машине. Он припарковался рядом и вышел.
– Я здесь останусь ненадолго, – сказала Рен в открытое окно. – Мне нужно немного побыть одной.
Леруа кивнул.
– Хорошо, мы ненадолго. Не трогай мою рацию, – он бросил ей ключи, и она слабо улыбнулась, заводя двигатель.
– Джон, почему мне всегда нужно тебя ждать? – Уилл возмущенно взмахнул на него рукой, и Леруа закатил глаза.
– Соберись, Бруссар.
Он заправил рубашку и направился к входной двери. Вместе они поднялись по ступенькам, позвонили в дверной звонок. Дверь открыл взъерошенный мужчина средних лет. Даже сидя в машине на безопасном расстоянии, Рен слышала их разговор до последнего слова.
– Могу я вам помочь? – спросил мужчина, высовываясь наружу из-за двери. Уилл заговорил первым, одновременно с этим показывая удостоверение.
– Департамент полиции Нового Орлеана. Я детектив Бруссар, а это детектив Леруа. Вы Рэй Сингер?
Рэй выглядел напряженным.
– Да. В чем дело?
Уилл продолжил:
– Мы расследуем нападение, чуть не приведшее к смертельному исходу, которое произошло в этом районе вчера вечером. Последний раз жертву видели в вашем баре.
– Господи. Это та женщина из новостей? – спросил он. Глаза его расширились. Леруа кивнул.
– Нам нужно поговорить с барменами и всеми официантами, которые работали в смене прошлой ночью. Можете сообщить нам их имена и контактную информацию?
Рэй прислонился к дверному косяку, провел рукой по взлохмаченным каштановым волосам.
– Погодите, в моем баре был Мясник? Вы мне это говорите? Вот черт.
Леруа поднял руку, перебивая:
– Все, что нам нужно – это чтобы официанты и бармены сказали нам, видели ли они что-нибудь необычное прошлой ночью.
– Конечно, конечно. Я сейчас иду открывать бар, и кое-кто из вчерашней смены работает и сегодня. Вы можете пойти со мной.
– Отлично. Так мы и сделаем.
Уилл кивнул Рэю, и все трое мужчин направились к своим машинам.
У Леруа зазвонил телефон.
– Леруа, – ответил он, останавливаясь у двери машины.
– Привет. У нас тут сидит человек, который думает, что у него может быть какая-то информация о жертве из Элмвуд-Парка. Он был в баре прошлой ночью.
– Я сейчас приеду, – он положил трубку и посмотрел на Уилла. – В участке сейчас возможный свидетель. Мне придется туда поехать. Сможешь заняться опросом сам?
– Так точно, – шутливо ответил Уилл.
– Позвони в участок. Если что, они сообщат тебе дополнительные подробности.
– Ага. Только дай мне потом знать, что у тебя вышло.
Леруа обратил внимание на Рен. Взгляд у него был мягкий, словно она – хрустальная, и он боялся ее разбить.
– Отвези меня домой, Джон, – тихо попросила Рен и посмотрела в окно, внезапно ощутив, как на нее обрушилась вся тяжесть этого дня.
– Конечно, – Леруа кивнул и развернул машину. Повисла тяжелая атмосфера. Ни один из них не хотел обсуждать новости, которые они сегодня узнали.
Рен высунула руку из окна, позволяя ей двигаться в теплом воздухе, и тот мягко забился об ее ладонь.
Глава тридцать первая
Джереми наблюдал за ней.
Он стоял в море глубокого черного цвета, затапливающего деревья на краю ее участка, и следил за передвижениям Эмили по окнам ее дома. Он знал ее достаточно хорошо, чтобы предвидеть, что она включит все лампочки в комнате даже в столь поздний час. Эмили мало чего боялась, но она всегда опасалась того, что ждет ее в темноте. Даже строя в кромешной тьме, он осознавал это и старался не высовываться из-за ветвей, прячась за массивным древесным стволом. Теперь он знал ее распорядок. Знал, где она сидит, чтобы расслабиться после тяжелого дня. Он наблюдал за ней в течение долгого времени.
Джереми ждал. Он стоял совершенно неподвижно и слушал хор невидимых ночных насекомых, которые жужжали вокруг него. Он думал о том, что, похоже, в темноте ночи люди биологически запрограммированы обнаруживать каждый звук, который кажется неуместным, безошибочно вычленяя его среди оглушительного шума, который окружающая среда издает сама по себе. Если он кашлянет, Эмили тут же это заметит. Однако лес мог кричать всю ночь без всяких последствий.
До сегодняшнего вечера он просто наблюдал за ней и оставлял небольшие подсказки.
Он смотрел, как она дважды проверяет замки на всех окнах и дверях. Она никогда не ложилась спать, не убедившись, что дом надежно заперт на ночь.
Эмили была внимательна и умна, но во время своей слежки Джереми обнаружил, что есть один способ проникнуть в ее крепость, о котором она не знает. Подвал в ее доме недостроен, и она не уделяла ему никакого внимания. Они с мужем приняли меры предосторожности и установили внушительный замок на дверь, ведущую со двора в подвал, но никто до сих пор не поставил замок на дверь, ведущую из подвала в дом. В конце концов, пока никто не может войти в подвал, нет необходимости беспокоиться о том, что кто-то может из него выйти, верно?
Но Джереми заметил, что в подвал ведет три окна. Два из них слишком малы, чтобы в них мог пролезть кто-то крупнее ребенка. Третье окно – это то, в которое он собирался пролезть сегодня вечером. Оно было больше других и открывалось как самое обычное окно, и хоть на нем имелся замок, он явно был сломан.
Когда Джереми впервые наткнулся на него во время одного из своих тихих ночных визитов, у него сразу же возникли подозрения. Не в характере Эмили оставлять окно незапертым. Это шокирующе безответственно – не обращать внимания на сломанный замок. Этому дому повезло, что его до сих пор никто не взломал.
Когда Джереми попытался открыть это окно, то убедился, что оно просто закрашено. Эта маленькая деталь заставила его предположить, что подвалом занимался ее муж, и Эмили, вероятно, просто поверила на слово, что он достаточно позаботился об
