я проверю, сможет ли он опознать Джереми Роуза, – продолжил Леруа. Затем он прочистил горло, и голос его стал хриплым. – Как только мы выясним адрес участка Роуза, я отправлюсь за ордером на обыск. Нам нужно добраться до него как можно скорее, потому что он, скорее всего, попытается бежать. Новости пестрят кучей дерьма, и он должен понимать, что облажался.
– Я поеду туда. Я хочу поехать с тобой, как только ты получишь ордер.
Леруа усмехнулся.
– Рен, нет. Это уже слишком. Ты и так уже достаточно сделала. Без тебя у меня бы не было столько информации на этого урода. Благодаря тебе это дело сдвинулось с мертвой точки. И ты заслуживаешь того, чтобы отступить.
– Я ценю это, Джон. Правда. Но я иду. Почему ты так уверен, что на его участке мы не найдем еще трупов? У нас все еще числится несколько пропавших без вести людей, и я не удивлюсь, если мы найдем их там, гниющими в болоте. С тобой должен поехать судмедэксперт.
– Рен…
– И кроме того, – перебила она, – если он попытается убежать или спрятаться, то увидев меня, он может вернуться. В конце концов, он приложил много усилий, чтобы привлечь мое внимание. Зачем ему теперь от меня прятаться?
Леруа вздохнул.
– Я не буду использовать тебя в качестве приманки, Рен.
– Я знаю. Мне просто нужно быть там. Позволь мне быть там, – умоляла она.
Повисла тишина. Наконец, Леруа шепотом выругался и уступил.
– Ты большая девочка. Я не могу запретить тебе ехать, когда у тебя есть уважительная причина. Встретимся в участке. Бруссар только что приехал, так что сейчас я иду получать ордер.
– Хорошо, скоро увидимся.
Она положила трубку и оглянулась на Ричарда. Его доброе лицо было искажено беспокойством.
– Я не хочу, чтобы ты уезжала, – решительно сказал он. Она понимала, что его волнение обосновано. Если бы ситуация была обратной, она бы тоже не хотела, чтобы Ричард куда-то ехал.
– Ричард, я понимаю, что это страшно, – начала она, пересекая кухню, чтобы сесть рядом с ним на стул.
– Это не страшно, Рен. Это ужасно. И опасно! Этот парень тебя убить пытался. Он пытался отнять твою жизнь, и он спустя годы вышел из укрытия только для того, чтобы заманить тебя к себе, – воскликнул он, задыхаясь. – А теперь ты хочешь прийти прямо к нему домой? Это безумие. Это безумие, и я не могу позволить тебе сделать это! – голос Ричарда сорвался. Он закрыл рот рукой и покачал головой. – Мне жаль. Я не позволю.
– Я знаю. Знаю. Но я буду окружена полицией. Там будет Джон и Уилл, и куча других вооруженных офицеров. Ты можешь доверить им мою безопасность, а я не буду делать ничего опасного, честное слово.
– Ты имеешь в виду, ничего более опасного.
– Я вернусь к тебе домой, я обещаю. Просто… Я должна с этим покончить. Я должна увидеть, как его уводят в наручниках, иначе я никогда больше не смогу заснуть. Пожалуйста, постарайся это понять.
Рен была на грани слез. Физическое истощение и эмоциональная нагрузка начали разрушать крепкие стены ее выдержки, которую она так старалась сохранить. Ричард опустил взгляд вниз, на секунду собираясь с мыслями, затем снова поднял на нее глаза. Он быстро моргал, сдерживая собственные слезы. Глаза его покраснели и были полны страха.
Ричард схватил ее за руки.
– Вернись ко мне домой, – умоляюще произнес он. Она сжала его ладони в ответ, наклонила голову, утыкаясь лбом в его лоб.
– Я обещаю.
Глава тридцать третья
Джереми крутил в пальцах старинное кольцо. Проходя по своему дому, он замедлил дыхание и попытался обрести спокойствие. Этот прекрасный, ветхий фермерский дом был продолжением его жизни. Здесь он вырос, здесь он учился, а теперь он здесь охотился. Он усмехнулся про себя и опустил кольцо в карман, провел рукой по искусно вырезанному дверному косяку. Какое-то мгновение он не мог поверить, что все вот-вот станет по-другому, что тщательно выстроенная структура, в которой он существовал, изменится.
Джереми почувствовал, как внутри него что-то разгорелось. Его словно распирало от неожиданного прилива энергии, и чтобы как-то выместить ее, он саданул кулаком по тому самому дверному косяку, который только что ласкал. Мир расцвел красным – вначале от содранных и кровоточащих костяшек пальцев. Они пульсировали болью, когда он шевелит рукой, тревожа порванную кожу. Джереми лениво размазал кровь по белой дверной раме, провел кончиками пальцев, следя, как алые капли падают на пол. Он моргнул несколько раз, но красный цвет все еще затмевал все вокруг. Он был повсюду. Величайшая неудача заставила Джереми покинуть это убежище, и никогда еще в жизни он не был так зол.
Она заплатит.
Он отправился в гостиную, расположенную в передней части дома, чувствуя опьяняющую ярость. В его руке внезапно оказалась старинная хрустальная ваза. Казалось, сожми он ее достаточно сильно, и она рассыпется в пыль на его ладони. Кровь с его костяшек пачкала зеленое стекло, и прежде чем ваза успела выскользнуть у него из рук, Джереми с гортанным рыком кинул ее в стену. Ваза осыпалась на пол красивым, опасным дождем. Теперь у его ног валялась мозаика из стекла. Джереми остановился и посмотрел на осколки. Свет плясал вокруг, преломляясь и пуская во все стороны солнечные отблески. Он стоял, задыхаясь. Редко ему доводилось испытывать такую животную ярость.
Джереми сделал длинный вдох, неповрежденной рукой аккуратно убрал прядь светлых волос со лба и уложил ее на место. Затем отправился на кухню, рассматривая разбитые костяшки пальцев. Заскрипел кран раковины, и Джереми принялся смывать следы своей одинокой вспышки. Кровь медленно превращалась из красной в розовую, смешиваясь с водой, стекающей в стальную раковину, а он смотрел в окно на топь, раскинувшуюся, кажется, до самого края Земли.
Через минуту или час Джереми вытер руки и заклеил поврежденные костяшки пластырем. Согнув и разогнув пальцы, он снова отправился в путешествие по комнатам дома, запечатлевая их напоследок в памяти. Эти воспоминания помогут ему сохранить связь с тем, кем он являлся на самом деле. Сегодня он не собирался умирать.
Джереми вернулся в гостиную, где все еще виднелись следы его гнева. Их он решил не убирать, предпочитая оставить эту инсталляцию как послание и угрозу. Он надеялся, что они хоть на мгновение задумаются над тем, чья это кровь. Он надеялся, что хруст разбитого стекла нарушит их тщательно спланированный рейд.
Потянувшись в карман, Джереми нащупал кольцо. Его взгляд упал на журнальный столик, стоящий в центре комнаты. Он положил кольцо на
