что ли полетаем?
— На нём⁈ — испуганно сглотнув, спрашивает Эльдар. Он даже забыл про свою лисью улыбку и сейчас больше смахивает на зайца.
— Нет, ты уж извини, но на Золотом вдвоём только с девушкой кайфово, — усмехаюсь. — Полетаем на пегассирах
Крылатые лошадки уже запряжены. Остаётся только запрыгнуть в седла и взлететь. Мы взмываем в воздух, и под нами расстилается величественная панорама гор. Шурин сначала чувствует себя некомфортно, но потом входит во вкус, резво толкает пятками белогривого по бокам и кричит: «Но! Но!» Не знаю, правда, зачем, ведь его конём всё равно управляю я ментально. Не ради подкола. Просто так надёжнее, и шурин точно не разобьётся.
Мы делаем пару кругов над горной грядой, проносимся над пустым домом Сморкина. Сосед куда-то уехал. Надеюсь, ненадолго, а то вокруг стало совсем безлюдно.
Когда возвращаемся в Турий Рог и устраиваемся в уютной гостиной за чашками горячего кофе, Эльдар с неизменной лисьей улыбкой произносит:
— Камила намекнула, что у тебя дела идут в гору.
Вот же лис хитрый. По-любому, примазаться хочет.
— Ну скоро появится еще один коридор поставок мяса и еще одна ферма рогогоров, — как бы невзначай произношу.
— Круто-круто… — судя по его округлившимся глазам, он знатно прифигел.
— А ты вообще зачем приехал? — смотрю на Эльдара внимательно. — Уж вряд ли только проведать сестру.
Шурин вдруг становится очень серьезным. Даже мрачным. Я его таким никогда не видел, ну разве что только когда он рассказывал о ежиках-уисосиках.
— Даня, до меня дошли неприятные слухи… в общем, похоже, тобой заинтересовались в Римской Империи.
Я удивленно смотрю на него.
— А она разве не распалась?
Секунду, или это в старом мире?
Глава 17
Перед балом
— Римская Империя распалась? — удивляется Эльдар. — С чего бы вдруг?
— Ну, значит, ещё распадётся, — утешаю его. — Если будут ко мне лезть, конечно, — шурин смотрит удивлённо. — Не бери в голову, это я так шучу. А кто из макаронников конкретно интересовался?
— Наши деловые партнёры в Риме, — отвечает Эльдар, глядя куда-то вдаль. — Назначили отцу встречу и под предлогом покупки партии мяса стали интересовать тобой. Слишком подробно, на мой взгляд. Они мелкие сошки, но служат большим дядям — патронам и префектам. Это что-то вроде графов и князей у нас. Так что будь начеку.
— И без этого приходится, — вздыхаю. — Знал бы ты сколько у меня врагов, да ещё каких именно врагов.
— Всё будет в порядке? — заволновался Эльдар, нервно подёргивая воротник рубашки.
— Нет, уже не будет, — качаю головой и в ответ на обеспокоенный взгляд шурина поясняю: — В смысле — у врагов. Им всем прилетит большой-пребольшой капут.
— А-а-а… ну это ладно, это даже правильно и по-дворянски, — одобряет Эльдар, усмехнувшись в своем стиле по-лисьи. — Ну если что, мы можем Камилу забрать на время к себе.
— Зачем? — удивляюсь. — В своём доме ей будет намного безопаснее. Наша система безопасности напичкана артефактами и современными технологиями, а у вас её могут попытаться выкрасть, чтобы держать в заложниках.
— Ну смотри сам, — слегка поморщился Эльдар, видимо, представив, как не сможет защитить сестру в случае чего, и опустил взгляд. Но я не собираюсь сглаживать свои слова. Правда есть правда, где бы то ни было. Дом Енеревых не так хорошо защищён, как мой. И лучше для шурина это осознавать.
Некоторое время мы молча сидим и пьём чай с ватрушками, каждый витая в своих мыслях. В комнате тихо, слышно только тиканье часов на стене и легкий шум ветра за окном.
Эльдар тут же начинает крутить головой по сторонам, явно обеспокоенный.
— Не волнуйся, — усмехаюсь, поднимая руку в успокаивающем жесте. — Почти все комнаты в крепости защищены от прослушки.
— Блокираторы радиомикрофонов? — приподнимает бровь Эльдар.
— Можно и так сказать, — киваю, слегка улыбаясь.
— Всё же Гумалин — разносторонний казид, и он мастер по созданию магических средств защиты от прослушки. Единственная проблема — всю эту аппаратуру нужно заряжать маной. Но у нас уже есть несколько артефактов, которые поглощают окружающую энергию.
— Да, сестра передала твои открытия, — кивает Эльдар, почесав голову. — Ещё бы знать, как этим пользоваться… Но вообще, знаешь, это всё как снег на голову. Род Енеревых, оказывается, не обычные целители, а обладатели редкого и могучего дара! С ума можно сойти! И хоть мы с отцом благодарны тебе, Данила, за открытие главной тайны нашего рода, но, честно скажу, никто из нас не обрадовался.
— И правильно сделали, — киваю. — Радоваться можно было бы, если бы у вас были силы защитить себя.
— Ты как всегда честно рубишь правду-матку, Данила, — кисло морщится Эльдар. — С тобой не поспоришь. К сожалению, мы всего лишь провинциальный род, и если какой-нибудь граф захочет доить нас как Дарителей, нам придётся обращаться за помощью к графу Вещему-Филинову, — снова появляется его лисья усмешка.
— Только в это время я могу быть занят и не суметь прийти вам на выручку, — остужаю его пыл. — Но вообще, хорошо, что вы понимаете ценность этой тайны. Для общественности лучше, чтобы Енеревы оставались Целителями.
— Да мы пока всё равно больше ничего не умеем, — вздыхает Эльдар. — Дарители мы только на словах, а как пользоваться настоящим родовым даром — без понятия. А потому остаётся только исцелять.
Я, наверное, мог бы подсказать Енеревым как пробуждать Дарителей, но сейчас совсем не подходящее время. Вот прямо совсем-совсем. Если вдруг Эльдар и его родня засветятся чем угодно кроме Целительства — там, огнём или молниями, — это вызовет ненужное внимание. Многовато двударников для одного рода. Тут же кто-то из высших дворян докопается до правды, и тогда придётся защищать родственничков жены. А мне хотя бы в этом месяце разобраться с Организацией. Да и надо сначала опробовать разные методы с Камилой, а потом уже передавать их её родителям.
Потому я скромно промолчал и продолжил есть ватрушки. Повздыхав, Эльдар переводит тему, рассказывая о том, как идут дела с охотой.
— Да не очень, — замечает шурин. — В целом хорошо, но раньше было лучше. Нынче в Будовске жесткая конкуренция, да и мясо быстро обесценивается. Ту же бигусятину уже никому не продашь.
