– Ну и?
– Перестали работать закладки в компьютерах[7] у нескольких функционеров ФСБ в России! Э… вообще перестали работать. – Бриннан вовсе не выглядел расстроенным доложенным начальству фактом, скорее уж наоборот, чуть на месте не подпрыгивал от служебного рвения и прочего щенячьего восторга. Выслужиться, что ли, хочет? Ну и болван, если так. Помнится, сколько-то там веков назад принесшему плохую весть гонцу и вовсе голову рубили.
– А что говорят наши специалисты?
– Они говорят, что это невозможно, сэр! Абсолютно невозможно. Закладки сделаны непосредственно в чипсет компьютеров еще на уровне производителя, и удалить их без нарушения целостности микросхемы практически невозможно. Собственно, они должны работать даже при отсутствии жестких дисков.
– М-мм, как там тебя зовут?
– Луис, сэр.
– Ок. Постой, Луис. Давай чуть подробнее. Что, собственно, значит «вообще перестали работать»? Русские что, разом сменили компы нескольких своих начальников?
– В том-то и дело, что, вероятнее всего, нет.
– Ладно, тогда объясняй. Про закладки в чипсетах я, конечно, в курсе, но в подробности как-то не углублялся, – Ричардс откинулся в кресле.
– Понимаете, отследить активированную закладку возможно, только анализируя обмен с местным сервером, да и то речь при этом идет о вовсе небольших объемах информации. Дополнительный трафик до смешного мал, наши «клопики» ведь не качают информацию постоянно. Причем ни сам пользовательский компьютер, ни сторожевые программы сервера при этом вообще не видят ничего лишнего.
– Хорошо, я понял, – Стивен чуть раздраженно мотнул головой. – Все это – только общие сведения. Есть хоть что-то конкретное? Хоть какая-то зацепка?
– Так точно, сэр, есть! – Представитель нового поколения элиты внешней разведки США обнажил в великолепной улыбке не менее великолепные зубы, и Ричардс снова поморщился, на сей раз, впрочем, мысленно: даже улыбки у молодых какие-то голливудские. Нет, он тоже следил за своими зубами, да и на стоматолога тратил очень даже немаленькие суммы, но…
– Странность в том, что все эти компьютеры перед инактивацией закладок скачивали некий файл длиной всего сто десять с половиной килобайт. Затем перезагружались – и после рестарта закладки переставали не только что-либо передавать, но и вовсе отвечать на наши запросы, даже тестовые.
– Ну и в каком случае подобное могло произойти?
– Только в одном, сэр – если они получили команду выключения.
– Полагаешь, русские не смогли бы этого сделать? – скептически осведомился Стивен: служить в «офисе» Ричардс начал еще в начале далеких восьмидесятых, и отнюдь не в этом тихом департаменте. И оттого он вовсе не был склонен недооценивать противника, тем более, такого. Старого знакомого, так сказать. Нет, начиная с середины восьмидесятых русскому медведю, безусловно, изрядно навешали плюх – последнюю фразу Стив со смаком произнес по-русски – правда, про себя, мысленно – но и считать его совсем уж ослабевшим тоже не стоило. Пожалуй, он даже уже отчасти поднялся с колен, куда его швырнули смачным, в спину, ударом девяносто первого года.
– Полагаю, нет. Слишком сложно. Да что там, честно говоря, не зная изначального кода, и мы б не сумели сгенерировать key on disconnecting. Нам просто повезло, что они сами не производят компьютеров.
– Хорошо, я понял. Подробный доклад сбросишь на мой комп. Но… Луис, ты же понимаешь, что с этим я никак не пойду к мистеру Тейнетту?[8] Нужна конкретика.
– Да, сэр… – сверкнув заметно потухшей голливудской улыбкой, кивнул младший офицер. – А что мне надлежит…
– Выясни все, что в твоих силах – и в силах наших компьютерных гениев. И доложи мне. Лично доложи. Ясно?
– Так точно, сэр.
– Иди работай. И доклад прислать не забудь, я жду.
Дождавшись, пока за сотрудником бесшумно закроется дверь кабинета, начальник департамента задумчиво постучал кончиками пальцев по поверхности стола. Как там говорится? Психика не в порядке не у того, кто барабанит пальцами по столу, а у того, кого это выводит. Нет, никакой особой трагедии в произошедшем не было. По-крайней мере, пока. В конце концов, это только в кинобоевиках и шпионских романах герои лихо взламывают компьютеры спецслужб и качают секретные базы данных – в жизни все куда прозаичнее. В любой серьезной конторе есть как минимум две компьютерные сети – с выходом в Интернет и без оного. Причем вторая, сугубо внутренняя, вообще практически никак не пересекается с внешней. Именно в ней-то и хранится наиболее лакомая для спецслужбы-оппонента информация, добыть которую неимоверно сложно, разве что завербовав кого-то из операторов. Так что потеря нескольких закладок во внешней сети в стратегическом смысле безопасности страны практически ничем не угрожает. Ну, станет чуть меньше работы у аналитиков, скрупулезно ищущих крупицы полезной информации в терабайтах передаваемых пустячных данных.
Совсем другое дело – понять, что произошло, как произошло и кто за этим стоит, благо и возможности, и надежные людишки за океаном имеются. И вот если поймут, если докажут, что русские, например, научились бороться с чипсет-«клопиками», тогда и можно будет идти на прием к Джорджу. Поскольку оставлять пусть даже только внешнюю сеть ФСБ совсем уж без их ненавязчивого надзора не хочется абсолютно…
Россия, г. Ангарск,
недалекое будущее (продолжение)
Вернувшийся в кабинет с чашками, пепельницей и бутылкой минералки Кулькин застал необычную картину: старый товарищ, зачем-то отключив компьютер, извлекал батарейку из собственного мобильного телефона. Поймав его удивленный взгляд, Ершов криво усмехнулся:
– Может, и глупо, не знаю, честно говоря. Твоя труба где?
– В прихожей валяется. – Александр Юрьевич аккуратно сгрузил ношу на поверхность стола и дернул подбородком:
– И что сие должно означать? Паранойя замучила на старости лет?
– А хрен его знает, говорю ж: не уверен. Просто хочу с тобой без лишних ушей поговорить, вот какая штука.
– А твой чудо-прибор? – Он кивнул на принесенную Ершовым «глушилку».
На сей раз генерал-полковник лишь молча пожал в ответ плечами.
– Алекс?
– Он, мерзавец. Понимаешь, он мне такого понарассказал, что волосы дыбом.
– Поделишься? – Кулькин, не дожидаясь напоминания, разлил водку в не успевшие просохнуть после давешнего коньяка рюмки, кивнул на поднос с едой. Товарищ, не чокаясь, махнул рюмку и закусил бутербродом. Выглядел он растерянным. Или, скорее, даже так: донельзя растерянным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
