одной рукой. Потом передергивает затвор и наставляет дуло на меня. Замираю, пялясь на мужчину широко распахнутыми глазами. Он смотрит в ответ с какой-то брезгливостью и ненавистью.
Садится на задницу, не сводя с меня прицела. Позади него мелькает тень, но я даже не успеваю среагировать на это движение, как за спиной Бориса возникает Артур. Он молниеносно бросается к непрошеному визитеру. Тот только успевает вскинуть голову, как Артур хватает его за подбородок и с мерзким хрустом сворачивает шею.
Борис по инерции жмет на курок, и пуля встревает в дерево сантиметрах в двадцати от меня.
Все это происходит настолько быстро, что мне даже не хватает времени толком испугаться. Зато когда звук выстрела, спугнув птиц с веток, стихает, до меня наконец доходит, что буквально секунду назад я находилась на волосок от смерти.
Схватившись за голову, зажмуриваюсь и начинаю кричать. Просто выпускать наружу весь охвативший меня ужас.
На мои плечи ложатся горячие ладони, и я вздрагиваю.
— Тише, малыш, это я, — шепчет Артур, и я разражаюсь рыданиями.
— Артур! — выкрикивает кто-то из-за деревьев.
— Наконец-то, блядь, — шипит он, сжимая меня в объятиях. — Сима, посмотри на меня.
Поднимаю голову и открываю глаза. Все еще всхлипываю и икаю. Крепко хватаюсь за предплечья Артура.
— Ты бледный, — произношу дрожащим голосом.
— Малыш, ты сейчас должна взять себя в руки, ладно?
— Ладно, — шепчу, всматриваясь в его лицо. — Почему ты так говоришь? Артур?
— Ничего не бойся, — говорит он все тише, и я вижу, как на его лбу выступает испарина, а кожа бледнеет еще сильнее. Взгляд теряет фокус, и Артур моргает чаще, как будто пытается вернуть себе остроту зрения. — Парни позаботятся о тебе, — продолжает он.
— Артур… — шепчу и быстро качаю головой, как будто запрещая ему терять сознание. — Нет, Артур…
— Просто доверься им, — добавляет и, пошатнувшись, падает набок.
— Артур! — выкрикиваю и бросаюсь к нему. Боковым зрением вижу, как к нам бегут бойцы моего жениха, но не могу даже поднять взгляд от белого, как полотно, лица Артура. — Открой глаза! Не смей умирать!
— Серафима Алексеевна, позвольте, — настойчиво произносит один из мужчин, деликатно оттесняя меня от Артура. — Дайте я посмотрю.
Кто-то берет меня за плечи и аккуратно ставит на ноги. Не отпускает, чтобы я не мешала тому мужчине проверять, жив ли Артур.
Я замерла и практически не дышу. Даже сердце замедлило бег в ожидании вердикта этого мужчины, кем бы он ни был.
— Что там, док? — спрашивает второй. — Вертолет вызываем?
— Да, — кивает мужчина, осматривающий тело Артура. — Черепно-мозговая. Надо проверять, нет ли кровоизлияния.
— О, боже, — вырывается из меня со всхлипом. — Скажите, что он будет жить! — прошу, сложив руки в молебном жесте.
— Гарик, вызывай вертолет. Если быстро сработаем, будет. — Мужчина встает во весь рост и достает какой-то странный по виду телефон. Вроде как мобильный, но огромный, почти с половину его головы. Прикладывает к уху и ждет. — Алексей, на Артура с Серафимой напали. С ней все в порядке, только напугана. Он с травмой. Черепно-мозговая. Нет, огнестрелов ни у кого нет. Гарик вызывает вертолет, мы срочно везем Артура в больницу. Что с Серафимой? Понял. — Он поворачивается лицом ко мне и протягивает телефон. — Поговорите с отцом.
— Папа! — вскрикиваю, приложив телефон к уху. — Папа, он умирает! — начинаю рыдать.
— Тише, малыш, — слышу обманчиво спокойный голос отца. Спокойным его могли бы назвать те, кто не знает, как звучит напряжение из уст моего папы. А я слышу эти звенящие, даже скрипящие нотки, от которых волоски на затылке встают дыбом. — Сима, маленькая моя, сейчас ты должна быть сильной, как твоя мама. Послушай. Ну же, крошка, успокойся, у нас всего минута на разговор. Готова слушать?
— Да, — всхлипываю.
— Сейчас вертолет увезет Артура в больницу.
— А я? — выдаю хрипло. — Я тоже поеду с ним!
— Нет, детка, ты останешься в хижине.
— Папа, нет! Я не буду торчать одна среди леса!
— Не одна. С тобой будет охрана. Они расположатся возле хижины, так что одна точно не останешься. Но ты пока должна побыть там.
— Папа, что происходит?
— Сима, доверься мне и своим братьям. Мы все разрулим уже очень скоро. Но сейчас ты должна остаться там, где я сказал, и ждать от меня новостей.
— Папа… — зову хрипло, наблюдая за тем, как Артура аккуратно перекладывают на какой-то брезент. — Пап, он выживет?
— Артур? — уточняет папа.
— Да. Я люблю его, пап, — добавляю тихо. — Если он умрет…
— Сима, — строго произносит он, — мы договорились, что ты будешь сильной. В первую очередь, ради того, чтобы увидеть, как Артур встанет на ноги. Ну так что? Готова?
— Готова. Пап, все наши живы?
— Все живы и здоровы. Все хотят домой, но еще несколько дней придется потерпеть. И тебя заберем так быстро, как сможем. А пока будь отважной.
— Я люблю тебя, пап, — всхлипываю, а потом зажимаю ладонью рот. Медленно выдыхаю. — И всех наших люблю.
— И я тебя люблю, малышка. Но сейчас… помнишь?
— Да, быть сильной.
— Серафима, позвольте, — тот, кого назвали доком, тянет руку к телефону.
Отдаю его, а сама бросаюсь к Артуру. Упав на колени, припадаю к его губам. Смотрю на слегка дрожащие ресницы и провожу ладонью по лицу.
— Они тебя спасут, — шепчу ему на ухо. — Папа так сказал. Он никогда не врет. Почти никогда. А ты обещал защищать меня. Забери меня отсюда поскорее. Артур, — шепчу и зажмуриваюсь, — я люблю тебя. Обещаю стать тебе самой лучшей женой. Только поскорее возвращайся.
Как только я встаю, начинается суета. Док командует эвакуацией Артура. Четыре бойца подхватывают брезент, на котором лежит Артур, и трусят в сторону грохота лопастей, раздающихся откуда-то сбоку. Другие бойцы тащат труп Бориса и скрываются с ним между деревьев.
Я провожаю Артура до одной из машин. Его грузят на заднее сиденье. Едва дверцы закрываются, джип срывается с места так, что из-под колес вылетают куски веток и елочные иголки.
Накрыв губы пальцами, долго смотрю ей вслед, пока машина не скрывается из виду.
— Серафима Алексеевна, — зовет меня охранник, и я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. — Я Олег. Руковожу вашей охраной. Давайте вернемся в домик и будем дожидаться новостей.
Сглотнув, киваю и следую за ним к одному из джипов. Устраиваюсь на заднем сиденье, а рядом со мной кто-то из парней кладет рюкзак, который мы с Артуром брали с собой на озеро. Прижимаю его к себе и откидываюсь на спинку сиденья.
Мы петляем между деревьями, пока не приезжаем к домику Артура. Распахнув дверцу, уже ставлю ногу на подножку, как снова слышу скрежет
