Леди Шарлотта продолжала рассматривать ее. Должно быть, она была в восторге от своей новой идеи — сидеть рядом с простой горожанкой. Хлоя вздернула свой маленький упрямый подбородок.
— Вы разглядываете меня так… пристально, леди Шарлотта.
Лицо Шарлотты просияло:
— Вот оно! Именно такое выражение лица мне и нужно!
Хлоя растерялась. Эта женщина, должно быть, сумасшедшая. Как странно, что газеты об этом не упоминали.
— Нет, нет, — поспешно произнесла Шарлотта. — Я говорю чепуху, да? Видите ли, я занимаюсь живописью. Недавно я начала писать, портреты… Ну, пока я сделала только портрет Софи, и мне хотелось бы написать ваш.
Шарлотта замолчала. Хлоя ван Сторк смотрела на нее с сомнением. Шарлотта постаралась улыбнуться самой очаровательной улыбкой. Но в отличие от Уилла на Хлою она нисколько не подействовала. Шарлотта перегнулась через стол.
— Я не балуюсь с красками, — сказала она. — Можно я буду звать вас Хлоя?
Хлоя молча кивнула.
— Я пишу по-настоящему. И работаю как черт, — откровенно призналась Шарлотта. — Я хотела бы написать ваш портрет, думаю, в профиль. Да, так будет лучше. — Шарлотта сощурила глаза и бессознательно покусывала нижнюю губу. — Как вы считаете, это возможно, чтобы вы мне позировали? Портрет занимает много времени, около шести недель, однако вы мне будете нужны не каждый день. Я работаю с восьми утра до часу, но меня вполне устроит любое время, которое вы сможете мне уделить.
Хлоя была ошеломлена. Всем известно, что светские красавицы целый день ничего не делают. Они просто сидят и пересчитывают свой жемчуг. Хлоя довольно бесцеремонно уставилась на изысканную шикарную леди, сидевшую напротив. Она работает как черт над своими картинами?
— Я полагаю, что смогу, — нерешительно ответила Хлоя. — Я должна спросить маму.
— Разумеется. Может быть, она пожелает вас сопровождать? Она, вероятно, не захочет просто сидеть в студии, но, я знаю, моя мама с большим удовольствием составит ей компанию, — заявила Шарлотта, легкомысленно игнорируя то обстоятельство, что герцогиня тщательно расписывала свои утренние часы.
Хлоя попыталась представить свою матушку, на досуге распивающую чай с герцогиней Калверстилл, но это ей не удалось.
— Сомневаюсь, — нерешительно сказала она. — Мама страшно занята большую часть времени…
Тут она от смущения чуть не откусила себе язык: мать Шарлотты, вероятно, весь день лежит на кушетке. Шарлотта могла подумать, что Хлоя относится к ним неодобрительно.
Но Шарлотте и в голову не пришло воспринимать слова Хлои как оскорбление: ее обучали ведению большого хозяйства, и она хорошо знала, каких трудов это стоит.
— Да, — рассеянно произнесла она, все еще не отрывая взгляда от лица Хлои.
Она вдруг протянула руку и заправила ей прядь волос за ухо. Горничная Хлои безжалостно закручивала ее косы, но мелкие локоны все же выбивались из них.
Из другого конца увитой виноградом беседки Уилл увидел, как Шарлотта поправляет волосы Хлои, и нахмурился. Уж не собирается ли она изменить Хлою — как изменила себя? Ему бы это не понравилось: Хлоя есть Хлоя, и он не желал видеть ее в одном из этих французских прозрачных платьев, позволяющих любому мужчине таращиться на ее грудь. Он подошел и, встав за стулом Хлои, сердито взглянул на Шарлотту.
— Мисс ван Сторк, — произнес он с подчеркнутой учтивостью, — не желаете ли прогуляться со мной? Мы могли бы посмотреть самодвижущийся экипаж.
На мгновение Хлоя замерла. Просто невероятно, как заколотилось сердце при звуке его голоса! Он — охотник за приданым, не более того. Она читала, как он бегал, например, за леди Шарлоттой.
— Хорошо, — холодно согласилась Хлоя. Она кивнула Шарлотте, одарив ее милой улыбкой, и ушла с Уиллом.
Шарлотта смотрела им вслед. Она не заблуждалась, предполагая, что Уиллу недолго оставаться холостяком. Она считала, что его поймали и крепко привязали. Шарлотта пожала плечами и увидела устремленные на нее карие глаза молодого человека.
— Леди Шарлотта, — сказал молодой человек, — не желаете ли прогуляться со мной?
Шарлотта по-настоящему рассердилась: она не любила прогулки с незнакомыми молодыми людьми по затененным аллеям. По собственному опыту она знала, что они неизбежно лезут целоваться, уверенные, что их искушенные губы преодолеют любое сопротивление. Воксхолл окружали увеселительные сады и увитые плющом дорожки, по вечерам слабо освещенные китайскими фонарями и гирляндами. Она встретилась взглядом с Софи, и та сочувственно ей подмигнула. Она сама отбивалась от трех мужчин, пристававших к ней точно с такими же предложениями. Между тем маркизу удалось уговорить Дафну Бош пойти с ним посмотреть фейерверк, а его супруга оскорбленно поджала губы. Шарлотте захотелось вернуться домой. Алекса нигде не было видно, да и что ей с ним делать? Она и не была с ним, поскольку он, скрылся, как только они сюда приехали. Она злилась, чувствуя себя униженной и усталой.
Молодой кареглазый кавалер стоял перед ней, галантно предлагая руку. Она посмотрела на него с мольбой.
— Милорд, мне нездоровится. Не будете ли вы так добры проводить меня домой?
К счастью, достославный Питер Дьюлэнд не проявил никаких признаков похотливой лихорадки, узнав, что окажется в карете наедине с Шарлоттой Дэйчестон. Он просто кивнул. Шарлотта извинилась перед поджавшей губы маркизой. Софи вместе с тремя кавалерами уже исчезла в благоухающем сумраке ночи; Алекса нигде не было. Шарлотта, слегка опираясь на руку Питера, направилась к экипажам.
Они не прошли и половины пути, когда небо осветил особенно красочный фейерверк. Шарлотта так осторожно выбирала место, куда бы ступить, не споткнувшись на плохо освещенной дорожке, выложенной кирпичом, что почти не обратила на него внимания. Но Питер Дьюлэнд с милой детской непосредственностью воскликнул:
— Посмотрите, леди Шарлотта! Только посмотрите на это!
Вспыхнув на мгновение, алая змея обвилась вокруг огромной тигровой лилии и, падая, рассыпалась дождем.
— О, как красиво! — воскликнула она.
— Моему брату понравилось бы, — сказал Питер, следя за сверкающими искрами, исчезающими в темноте.
— А почему он не с нами? — спросила Шарлотта. — Или он еще слишком мал?
Питер покраснел и взглянул на свою даму, обеспокоенный, что наскучил ей. Но она, казалось, интересовалась его братом вполне искренне.
— Квилл, мой старший брат, повредил ногу, катаясь верхом, — объяснил он. — Теперь он все время лежит, если только лакей не выносит его из дома. Но это причиняет ему сильную боль, и потому… — Он умолк.
— О Боже, — тихо произнесла Шарлотта. Она поглощена такими глупостями, как покинувший ее поклонник, а брат этого юноши прикован к постели. — Знаете, здесь можно купить фейерверки. Вы запустите их в своем саду, и тогда ваш брат сможет полюбоваться зрелищем из окна.
