Высокий гость согнулся пополам и, отступив на шаг, опустился на правое колено.
Микола, болезненно поморщившись, потряс кистью: ощущение такое, словно у парня под гимнастёркой автомобильная шина, а не мышцы пресса. Однако чужак уважил силу бойца, склонился, потому Микола не стал обострять конфликт и отошёл с рюкзаком в руках к ступеням лестницы.
— Проверь его сидор, — нетерпеливо повторил приказ атаман, нутром чуя недоброе.
Взоры ближайших бандитов жадно прилипли к рюкзаку. А в это время дальняя группка, караулившая кабриолет с набитыми сеном чучелами, заворожённо наблюдала, как разворачиваются в сторону каждого из них стволы трёх привязанных к дверцам салона винтовок.
Чародей завершил дистанционное наведение «мосинок», а перед этим, притворно отступив и согнувшись, ушёл из сектора огня стрелков, стоявших по бокам, и максимально приблизился к конвоиру за спиной. Правая рука Матвея, якобы случайно, упала к голенищу сапога, и в ладонь ужом вползла рукоятка спрятанной финки.
Микола наклонился над рюкзаком и, открыв верхний клапан, с удивлением уставился на чёрное дуло револьвера. Не было никакой верёвочки, прикреплённой к спусковому крючку, но наган всё равно выстрелил. Пуля сразила здоровяка точно в лоб.
Не успел утихнуть звук первого выстрела, а неведомая сила заставила пару боковых конвоиров шевельнуть пальцами и стрельнуть из карабинов друг в дружку, ибо тела гостя на траектории полёта пуль уже не оказалось.
В это же время позади раздался залп из кабриолета, и три бандита навеки перестали удивляться ожившим чучелам.
Матвей юлой крутанулся вокруг позади стоявшего конвоира и убил его одним ударом ножа. Закончив вращение тела, казак оказался за спиной трупа, который как–то удивительно точно навёл, уже безжизненными руками, ствол карабина и пальцем нажал на спусковой крючок.
Сидящий на ступенях атаман даже не успел поднять маузер с колен, как злая пуля вышибла ему мозги.
Чуть запоздало донёсся звук выстрела со стороны дороги. С фасада чердака посыпалась кирпичная крошка.
Матвей колдовским взором увидел, что у стрелка на чердаке снесло бронебойной пулей пол черепа, и потому перестал прикрываться трупом, позволив стреляющей нежити упасть.
С других сторон леса донеслась череда винтовочных выстрелов, затем всё стихло.
Вратарь не обладал чародейским зрением и прилежно поочерёдно выпустил ещё две пули: одну левее чердачного окна, другую в тёмное зева проёма.
Матвей окинул взглядом картину побоища.
— Ах да, совсем забыл вам любезно предложить добровольно сложить оружие, — обратившись к поверженным врагам, поздно спохватился Кадет и, тяжело вздохнув, махнул ладонью. — Ну, будем считать, что вы промолчали.
Бойня заняла, не считая суеты Вратаря, всего лишь несколько секунд. Праздника на душе победителей не было, но чувство исполненного долга присутствовало. Матвей подошёл к автомобилю и, для проформы спросив об известных уже ему успешных результатах стрельбы в лесу, созвал по рации все боевые группы во двор усадьбы. Тела ликвидированных дозорных Кадет приказал принести с собой. Вратаря подозвал жестами, и бедолаге пришлось в одиночку тащить на плечах тяжеленное ружьё, да ещё на бедре увесистый подсумок с патронами.
Трупы бандитов, предварительно разоружив, уложили рядком во дворе усадьбы. При этом стаскивать с чердака полуобезглавленное тело стрелка Матвей отрядил группу Шаха, чтобы ребята тоже почувствовали запах крови. А вот бойцам же других троек удалось вбить в свои жертвы по паре пуль и по железной стреле — все отметились.
В результате операции отряду досталось: десять наганов, десять кавалерийских карабинов и один маузер — изделия начала века, но в хорошем состоянии. Запас патронов оказался невелик, но Матвей рассчитывал обменять часть лишних карабинов на боеприпасы. Себе он решил, к уже имеющемуся нагану, оставить маузер, а винтовку сдать на армейский склад. Все бойцы поголовно вооружались трофейными револьверами. Гранатомётчики избавлялись от тяжёлых «мосинок» совсем, а командиры отделений и Вратарь заменяли их облегчёнными кавалерийскими карабинами.
В общем–то, Матвей мог бы быть доволен результатами войсковой операции, если бы его не терзали смутные сомнения, что главарь банды привёл не всех разбойников. Явно, тот откуда–то узнал численность отряда краснопёрых и уравновесил свою сторону. Также было очевидно, что у старика где–то в тайге имелся арсенал с оружием и боеприпасами, а горячий вождь краснопёрых даже не озаботился захватом «языка».
Впрочем, на ошибках учатся, не стоило быть слишком уж строгим к первому реальному бою. Все новобранцы остались целы, получили начальный опыт проведения войсковой операции. Проведено боевое слаживание троек в условиях максимально приближенных к фронтовым. Конечно, разбойники с большой дороги — это не элитные подразделения Вермахта, однако с чего–то же надо и начинать.
Главное — новобранцы не сдрейфили, и успешно прошли боевое крещение. Теперь у парней рука не дрогнет, когда придётся убивать настоящих фашистов. И Матвей тоже снял предохранитель с души, тормозящий руку на замахе.
Первая кровь пролита.
Глава 7
Железный сержант
Глава 7. Железный сержант
Зимние июльские тучи продавливали купол над Асунсьоном, заливая бурлящими дождевыми потоками булыжные мостовые парагвайской столицы. Но Алексей Ронин, работая за письменным столом, не обращал внимания на назойливый стук капель за оконным стеклом кабинета. Глава казацкой республики был всецело поглощён изучением отчётов внешней разведки. Свежие сводки с советско–германского фронта удручали. Несмотря на пятидневную фору, русские не успели в достаточной мере усилить Западную группировку войск. Тактический и численный перевес позволил немцам за десять дней войны глубоко вклиниться в территорию Белоруссии, Западной Украины и Литвы, что в ближайшем времени грозило фланговым охватом южной группы советских войск.
По другую сторону стола сидел начальник парагвайской разведки и методично подкладывал под руку войсковому атаману очередные депеши.
— Эдуард Петрович, вы считаете, что Красной армии неизбежно придётся отступить в сторону Киева и Одессы? — исподлобья глянул на Кондрашова атаман. — Думаете, Сталин не удержит западные области Украины и Белоруссии.
— Наш генштаб тоже считает удачный исход маловероятным, — сослался на мнение военспецов Кондрашов. — К началу боевых действий РККА успела дополнительно подтянуть к линии старой госграницы лишь сто тысяч бойцов из Дальневосточной армии и ещё столько же перебросить из районов Кавказа и Средней Азии. Их вдоль границы подменили казаки Унгерна и абиссинские паладины. А южная стотысячная Астраханская армия и сто пятьдесят тысяч парагвайских казаков, подошедших из Ирана, укрепили Молдавский фланг. Сюда же переброшена тысяча казацких автожиров и полтысячи новейших американских истребителей. Но вот середину и северную часть фронта прикрывает только устаревшая советская авиация, сильно потрёпанная первыми ударами и в значительной мере рассредоточенная на аэродромах в глубине страны.
— Зато удалось сохранить большую часть авиапарка, вовремя перебросив самолёты на дальние аэродромы, — отметил эффект от «сумасшедшей пятидневки» Алексей и потряс в воздухе пачкой депеш. — Да и склады военного имущества вдоль границы успели опустошить, хоть будет теперь чем новобранцев вооружать.
— Продовольственные тоже хорошо выгребли, — удовлетворённо поддакнул Кондрашов. — И мирных жителей более трёхсот тысяч получилось вывести в тыл: семьи коммунистов, а также лучших специалистов с заводов и всех ребятишек из детских домов.
— Жаль, что кораблей и подводных лодок ушло в Мурманский порт мало, — посетовал на нерасторопность адмиралов атаман.
— Советское командование флотом надеется сохранить порты на Балтике, — тяжело вздохнув, развёл руками парагвайский генерал.
— А что товарищ Сталин пообещал на недавней встрече в Кремле английскому и американскому послам, когда договаривался о военных поставках?
