– Может, его втянуло во что-то вроде загона для скота, – предположил Даг.
Вскоре они дошли до центральной колонны, заключавшей в себе шахту лифта. За ней обнаружился сводчатый вход в незнакомое помещение, из которого наружу просачивались красные, синие и зеленые огни, отчего на гладкой металлической поверхности играли жутковатые тени. Осторожно ступая, они вошли в помещение и увидели ряды камер или капсул, расположенных – тридцать семь на тридцать семь – как тубусы в лаборатории.
Первым делом они направились к капсуле во втором дальнем ряду слева, который соответствовал положению тубуса-инкубатора с плезиадапиформом в лаборатории.
– Вот он, голубчик, – сказала Гэби.
Внутри капсулы плавал легкий дымок. Юджин подошел вплотную – животное внутри с визгом бросилось на стеклянную стенку, и Юджин с содроганием отпрыгнул назад.
– Сошел с ума, – констатировал Даг.
– Там места достаточно. Хотите присоединиться? – Гэби подначивала Юджина, но тот только рукой махал.
Животное билось о стенки, пытаясь вырваться наружу. Попытки эти не встречали никакого сочувствия у участников экспедиции, даже если бы они знали, как открыть капсулу…
Рад зеленых голографических символов загорелся на ближайшем экране. Несколько секунд загадочное сообщение плавало перед ними, затем помещение задрожало, и капсула исчезла в клубах вьющегося тумана.
– Теперь куда? – оторопело спросил Даг.
– На поверхность, – уверенно сказал Джек, поднимая указательный палец.
– Да кто такой этот плези-зверь, черт возьми? – возопил Юджин.
– Плезиадапиформ, – Джек был безусловно потрясен происходящим. – Покрытое шерстью, похожее на белку млекопитающее с длинным косматым хвостом, жившее преимущественно на деревьях.
– И вот за этим мы тут бегаем вверх-вниз как сумасшедшие? – Юджин всплеснул руками от изумления.
– Все не так просто, – Джек направился к пандусу. – Этот зверек – один из наших самых ранних предков.
Глава 51
Издалека монастырь Копан похож был больше на роскошный восточный дворец, чем на место поклонения высшим силам. Пять этажей здания были украшены тонкой изящной резьбой, высокие башни по бокам напоминали пагоды, под ними располагались широкие террасы. Монахи в шафрановых одеяниях стекались во внутренний двор, где были расположены ступы — буддийские полусферические сооружения для хранения мантр, священных текстов и других реликвий.
Миа обратилась к молодому монаху с вопросом что происходит, но он только улыбался и кланялся.
К ним подошел пожилой монах.
– Прошу прощения, но трапа сейчас не могут разговаривать.
— Трапа? — переспросил Том.
– Ученики, — монах сложил руки в замок и двинулся прочь.
— Подождите! – окликнула его Миа. — Я ищу доктора Ларса Ван дер Берга.
— Извините, но монастырь закрыт для посетителей, – монах растворился в толпе.
— В таком месте Ларса должно быть за версту видно, – Том старался звучать обнадеживающе.
– Янссон говорила — он слетел с катушек. Может, его тут где-то взаперти держат? Пойдемте за монахами – вдруг увидим его в толпе.
На одобрительное ворчание Свена откликнулся Том:
— Ты тут только никого не пугай.
Приноравливаясь к размеренному шагу монахов, они погрузились в шафрановую реку, втекавшую во внутренний двор. Несмотря на преимущества в росте, им не удавалось разглядеть никого, хоть отдаленно напоминающего Ларса.
Вдруг Свен взял своей мощной рукой Мию за затылок и повернул ее голову в ту сторону, куда он показывал другой рукой. Метрах в десяти от себя она увидела европейца в монашеской одежде. По описанию, он походил на Ларса.
Извиняясь направо и налево, они протискивались сквозь плотную толпу. Новый приток монахов влился в реку, их закрутило, и они потеряли свою цель из виду. Ощущение было такое, будто они двигаются по грудь в воде.
— Потеряла его! — воскликнула Миа и обнаружила, что Тома со Свеном она тоже не видит: их растащило в разные стороны. Тут она снова заметила человека, похожего на Ларса: он был уже во дворе и явно старался отделиться от остальных. Может быть, он их заметил?
Миа удвоила усилия -- теперь ей приходилось идти против течения. Мысль, что это может быть ее единственным шансом, подгоняла ее. Белая фигура исчезла внутри монастыря. Только бы вырваться из толпы!.. Монахи всех возрастов словно не видели ее, полностью сосредоточившись на начинавшейся церемонии. Всплеск адреналина заставил Мию забыть о приличиях, она сцепила пальцы, выставила вперед руки наподобие клина и пошла на штурм. Через пару минут ей удалось вырваться на открытую площадку под стенами монастыря. Тут уже можно было дышать. Она продолжила преследование.
Миа шла вдоль внешней стены, пока пока не наткнулась на большие дубовые двери, украшенные резьбой. Она повернула медную ручку, и двери с усилием подались. Внутри открылось обширное, удивительное помещение, пахнущее ладаном и стариной. Вишневого цвета колонны подпирали высокий балочный потолок и изгибающийся вдоль стен расписной балкон.
Все стены были покрыты роскошными коврами крикливых восточных расцветок. Пол устилали молельные коврики. Но в первую очередь глаз притягивала огромная двадцатифутовая золотая статуя Будды в изящно расшитом одеянии.
Миа сняла обувь, повинуясь смутным представлениям о том, как следует себя вести в таких местах, и двинулась внутрь. Молельная комната была почти пуста, если не считать одного молящегося у дальней колонны.
Подойдя ближе, Миа увидела мужчину европейского типа, погруженного в молитву. Одет он был, правда, не так, как тот, за которым она шла в толпе. Ясно, что Ларс был не единственным белым человеком в монастыре. В последние десятилетия все больше западных граждан, разочаровавшись в суетной жизни индустриального общества, искали успокоения в неспешном и простом укладе восточных монастырей. Сейчас ей предстояло выяснить, был ли перед ней Ларс или другой искатель нирваны с Запада.
– Доктор Ван дер Берг?
Человек, заметно старше семидесяти, смотрел на нее молча.
– Извините, что беспокою, но мне очень нужен Ларс…
– Ларса Ван дер Берга больше не существует, – сообщил человек.
Внутри нее всколыхнулось хорошо знакомое чувство разочарования.
– Когда он умер? – она даже не скрывала своего отчаяния.
– Смерть пришла в тот момент, как он переступил здешний порог.
Миа смотрела, не зная, что думать.
– Путь вверх требует оставить все, чем вы были, позади.
Миа покорно кивала. Открытый ворот его одеяния позволял видеть татуировки, изображавшие что-то буддийское вперемешку с, очевидно, священными, текстами.
– Но некогда вы были Ларсом Ван дер Бергом? – Миа забеспокоилась, не надышался ли он ладана сверх всякой меры.
– Был. Теперь я Вангчук Бхаттараи трапа.
Миа, скрестив ноги, села рядом. За стеной все громче раздавались бой барабанов и пронзительные звуки каких-то других инструментов.
– Что там происходит? – спросила Миа.
– Похороны главного ламы Тхубтен Зопэ Ринпоче, – пояснил человек, называвшийся теперь Вангчук.
Миа достала записки Ларса и протянула ему.
– Я бы хотела спросить вас про это, – шум снаружи становился оглушительным. – Вы писали об образчике символического языка, наблюдаемого в ДНК человека, и…
Он поднял руку и стал вдруг похож на изваяние Будды.
– Не только в человеке – симметрия живет во всем живущем.
– Вы пишете, что все наблюдаемые виды симметрии связаны одним простым числом. Но не называете этого числа, – Миа почти кричала, пытаясь победить шум.
Возможно, удерживая себя от желания повысить голос, Вангчук начал поднимать другую руку. Но не успел он завершить жест, как раздались выстрелы, почти неслышные в окружающем громе и грохоте. Первая пуля попала Вангчуку в шею, вторая – в висок, забрызгав красным цветную колонну рядом. Миа инстинктивно упала на пол и откатилась назад, за колонну.
