Читаем без скачивания Красная Шапочка, черные чулочки - Нина Васина

Я была так устрашающе счастлива, что совершенно ничего не понимала и не чувствовала, как из носа потекла кровь, и бежала бы еще очень долго – до полного кровоистекания счастьем, но меня догнали дети, взмокшие и еле переводящие дыхание, и уговорили идти шагом. А в машину я вернуться отказалась. Мы пошли сначала по дороге, потом – по тропинке, потом – мимо пруда, где живут серебрянки, мы шли и шли, и я рассказывала сказку о Красной Шапочке (как позже заметил Ося – пять раз подряд), и в конце сказки смелый охотник разрезал живот волку, и оттуда выходила бабушка, внучка, еще одна внучка, маленькая девочка, которая была клоном бабушки, семеро козлят, три поросенка и убитый выстрелом в голову милиционер.

Надо сказать, что ночное посещение кладбища совершенно изменило мою жизнь и жизнь Агелены. Я к утру вдруг оказалась влюбленной до невменяемости, а Агелена обнаружила в себе скрытый дар к получению плотского удовольствия в крайне экстремальных условиях. Как это произошло, мне в подробностях описал Макар, когда вернулся.

Я спала, свалившись замертво в кухне на угловом диване. Дети, так и не дождавшись приготовления завтрака, съели полбанки варенья и ушли искать приключения во двор, скормив перед этим собакам по слегка оттаявшей сырой пицце.

К полудню, когда солнце стало заглядывать в окно кухни, я открыла глаза, обнаружила, что ощущение счастья не пропало, и уставилась на тихо сидящего за столом Макара восхищенно и радостно. «Ты тонешь во сне», – сказал он грустно.

– Тону! – согласилась я радостно.

– Я сказал – стонешь, а не тонешь.

– Как хочешь, так и будет.

– Раскопали могилу свояка Кубрика.

– И как он?

– Как может выглядеть покойник после двадцати лет захоронения? Досок от гроба не осталось.

Не понимая, почему мы должны говорить о давно умершем свояке Кубрика, я села и уставилась на Макара так откровенно счастливо, что он вздохнул и закрыл лицо ладонями.

– Вот и ты сбрендила, – сказал он сквозь пальцы. – Никогда не думал, что раскапывание могил может привести к подобному.

– Марго говорит, что полностью психически здоровый человек в наши дни большая редкость.

– Марго ждет новый исследовательский аспект в области изучения садомазохизма. Обширная тема ей предстоит – думаю, на кандидатскую потянет. Свари мне кофе.

Радостно бросившись к плите, я полностью проигнорировала его прогнозы по научным исследованиям Марго.

– Готово! Я накрою, пусть отстоится минут пять.

– Пусть. Сними мне сапоги.

Опускаю глаза и вижу, что Макар вытянул ноги в высоких болотных сапогах и смотрит на меня слишком многозначительно.

Я стала на колени и даже потрогала один сапог, потом убрала руки за спину и закрыла глаза.

– Не могу!..

– Ясно. Примерная замужняя девочка, да? Ладно, будем трахаться глазами. Ты на кладбище, когда смотрела на меня, о чем думала?

– О кровати в твоей комнате и как ты рассказывал о педипальпах паука…

– Черт возьми! Надо же было так вляпаться! – стукнул он кулаком по столу.

Из чего я заключила, что он думал о том же самом.

И мое ощущение счастья стало еще уверенней.

Наливая кофе, я тронула его руку своей, и мы некоторое время истекали полнейшим безвременьем и запредельной пустотой, прощупывая внутри себя каждый, на что может решиться другой. Мы оба оказались стойкими солдатиками. Или умными детьми. Или трусливыми зайцами. Или потерявшими время.

В результате подобного контакта стол оказался залит кофе – я не заметила, как чашка Макара переполнилась.

Пришлось варить его заново, но молотого не было, и Макар взял древнюю ручную кофемолку, которая странно скрежетала при поворотах ручки, хоть как-то определяя этим звуком время вокруг нас. Под каждый поворот он говорил законченное предложение, и я очнулась и стала что-то воспринимать еще, кроме своей радости внутри.

– Зубастый охранник пошел на хутор узнать, где похоронили свояка Кубрика. Цви-и-ик! Генерал хотел, чтобы я тоже пошел, но я отказался. Цви-и-ик! Он опять стал размахивать пистолетом, и Агелена укусила его за запястье. Цви-и-ик! Мне бы насторожиться – уж очень странное у нее было в тот момент лицо. Но я устал и все время думал – куда ты подевалась? Цви-и-ик… Цви-и-ик! Через полчаса охранник привел старика с хутора. Цви-и-ик! Я его не знаю. Старик ходил по кладбищу и искал могилу свояка уверенно. Цви-и-ик! Рассказал много чего о Кубрике и о его ненависти к свояку. Цви-и-ик! Потом топнул ногой возле полусгнившей загородки и поклялся жизнью своих внуков, что здесь и есть могила свояка Кубрика. Цви-и-ик! Рассказал, что свояк этот приезжал из Германии погостить на месяц, да и помер внезапно. Цви-и-ик! Цви-и-ик! Цви-и-ик! Готово.

– Агелена укусила Генерала за руку? – уточнила я, наливая в ковшик кипяток.

– Вот сюда, – показал Макар. – Укусила и облизнулась. Гамлет взял ее на руки и отнес подальше от матерящегося Генерала. Потом все были заняты могилой свояка. Когда Генерал уяснил срок давности захоронения, он пристал к старику с руганью, тот спустился в яму и вытащил палкой цепочку с военным медальоном. Там было написано по-немецки имя и номер, и старик сказал, что видел именно такой медальон у свояка, когда тот похвалялся немецким гражданством. Рыжий коротышка забрал медальон себе, старика отпустили, все устали и засобирались уезжать, и тут у Агелены случился припадок. Она стала оскорблять Гамлета, и он залепил ей пощечину.

– А ты?

– А я сидел на траве и смотрел на них. У Агелены лицо покраснело, а глаза стали совсем желтые. Как ты говорила – залимонились?

– Да, если в крепкий чай бросить лимон, он светлеет. У меня тоже так бывает, когда я сильно разозлюсь.

– Разозлишься? Знаешь, мы все застыли с открытыми ртами – и старик Генерал, и охранник. Это был настоящий припадок сексуального бешенства, особенно после пощечины. Она напала на Гамлета, требуя достать пистолет и пристрелить ее на месте. Этот придурок… этот твой муж достал пистолет и стал им размахивать, потому что Агелена обозвала его педофилом, меркантильным ублюдком и брачным аферистом. Теперь я знаю, почему Нара с трех лет ругается как сапожник…

– И никто не вмешался? – не поверила я. – Гамлет размахивает пистолетом возле Агелены, и никто не подошел, не отнял оружие? – У меня задрожали руки, я полностью очнулась от вселившегося в меня безумия радости и тут же похолодела от ужаса, поняв, что убежала с кладбища, бросив там Авоську совсем одну с мужчинами!

– Почему?.. Когда Агелена стала требовать, чтобы твой муж засунул ей «ствол» в рот, я решил вмешаться, но кое-что произошло…

– Засунул «ствол» в рот?.. – Ноги мои подкосились, я удачно упала задницей на табурет.

– Засунул. Как в танго, знаешь? Партнер укладывает партнершу на руку, прогибая ее назад. Только в данном случае партнер еще свободной рукой засовывает в рот «ствол».

– И что?.. Что дальше? Ты сказал, что кое-что произошло?!

Макар молчал. Было такое мгновение, когда я даже подумала, уж не застрелил ли Гамлет мою сестричку? Но сразу же отогнала от себя подобные мысли – тогда бы Макар не сидел здесь и не предлагал мне снять с него сапоги!

– Твой муж сильно возбудился, – сказал он наконец. – Это было видно и на расстоянии.

– В смысле?..

– В прямом, – кивнул Макар. – Не только я заметил. Твой муж был, если ты заметила, в спортивном костюме. В джинсах это было бы не так заметно, а в свободных спортивных брюках… Охранник заметил. И Генерал. Что самое тяжелое – Агелена это тоже ощутила. Она стала кричать на эту тему всякие гадости. Можно, я не буду повторять?

– Можно, – тупо разрешила я, не решаясь спросить, что было дальше.

Я выпила несколько больших глотков кофе прямо из ковшика. Потом Макар взял ковшик и тоже отпил, скосив на меня глаза. Уставившись в его зрачки, я представила разоренную могилу свояка Кубрика и моего мужа с Агеленой, совокупляющихся тут же, на вырытой мягкой земле, под пистолетные выстрелы…

– Прекрати, не выдумывай, – сказал Макар. – Ничего такого не было.

Я вздрогнула и послушно закрыла глаза.

– Они бегали друг за другом между могил. Это было похоже на салки. Когда Гамлет догонял, он хлестал Агелену длинным прутом, но недолго, а потом сам начинал убегать. Тогда Агелена неслась за ним и лупастила ладонями, куда доставала, или кусалась. Твоего мужа в конце концов поймал Прикус, а Агелену – Генерал. Силы у всех были на исходе, их затащили в разные машины, и Прикус тоже уехал в Москву, потому что Генерал повез связанную Агелену, а Прикус – связанного Гамлета.

– А ты что? Сидел все время и смотрел, как они бегали и дрались?

– Они… Они не только дрались, они еще хватали друг друга за разные места… Я попробовал поймать Агелену, когда она проносилась мимо, но Агелена заорала: «Смотри, к чему привели твои гляделки!» и обозвала ублюдком.

– И что?..

– Ничего. Когда я ее связывал, сказал, что как раз рожден в браке. Не то что ее папочка.