очень нежно отпускай тормоз. На газ пока не жми. Просто положи ногу на правую педаль, чтобы было комфортно.
– Макс, я уже еду! – Я заверещала под ритмы своего выскакивающего сердца так, что Герда сзади начала лаять. А мои стопы покрылись холодными покалывающими мурашками.
– Сидеть, Герда. Тихо! – Удивительно, но она подчинялась его командам, как и я. – Плавно дави на правую педаль. Вот видишь, у тебя все получается.
Через целую вечность, а по обычным земным часам минут через пятнадцать, я уже ехала сама по проселочной дороге, резко тормозя перед каждой кочкой или ямой. Пару раз Герда чуть не вылетела вперед, но Макс не ворчал и делал вид, как будто ничего не замечал. Когда я увидела, что к нам на встречу едет красная машина, я закрыла ладошками глаза от страха. Хорошо, что я ехала со скоростью раненой улитки, Макс придержал руль и повернул машину вправо.
– Больше так не делай. Никогда. Даже если ты летишь на бешеной скорости навстречу грузовику. Закроешь глаза – и ты труп, поняла? – Он не ругался, но говорил так, чтобы я его услышала. Я открыла глаза и посмотрела на него. Как же он был серьезен и красив в этот момент! – Всегда борись до последнего. Ты же храбрая, Рапунцель, а не размазня. Я рядом, и я тебя не брошу. Останови машину, не глуши двигатель, просто выходи.
Ну вот! Наконец мои мучения на этом закончились! Нет, мне даже немного понравилось, честно, просто страх перекрывал мой шланчик с удовольствием. Я на негнущихся ногах, будто три часа делала присед в спортзале, поплелась обходить машину, но, когда поравнялась с Максом, он резко прижал меня к себе и начал, как маленькую, гладить по спине. От этого простого, какого-то домашнего жеста нежности, я выдохнула, закрыла глаза и почувствовала, как сильно сжата моя челюсть. Я расслабила ее усилием воли и обмякла в его руках. Руки. У него удивительные руки. Сильные, уверенные. Такие, что в них хотелось укутаться, как в теплое одеяло и не вылазить из него еще долго—долго.
– Успокоилась? – Он поднял мое лицо за подбородок. – Поехали, иди за руль, шеф.
Он продолжал обнимать меня одной рукой, подводя к водительской двери и я поняла, что это еще не конец.
– Может оставим это на следующий урок вождения? – Я вложила в свой взгляд всю силу своей женской магии, но она на него не подействовала. Он буквально запихал меня за руль и быстро закрыл за мной дверь.
– Едем до трассы. Теперь сама, без подсказок. Смотри, да ты уже круче меня едешь. Тебе идет моя машина, – он пытался шутить и подбадривать меня, и его веселье постепенно начинало действовать и на меня, а потом я не заметила какую—то торчащую с боку корягу и услышала скрежет через открытое окно.
– Макс! – Я резко нажала на тормоза и испуганно повернулась к нему. – Черт, я во что-то врезалась! Прости, я же говорила, что не умею ездить!
– Поехали, это всего лишь машина, потом посмотрим. Уже темнеет. Пора возвращаться. Вон видишь трассу уже видно. Как подъедешь к ней, притормози, посмотри по сторонам, я помогу, скажу, когда ехать.
– Ты вообще больной что ли?! Я не поеду по трассе! – У меня началась панической атака, когда я поняла, что он задумал.
– Тогда ночуем в машине, я за руль не сяду, – этот нахал всерьез думал, что я соглашусь?
– Я не самоубийца! Я не поеду, понял? Я звоню родителям! – Я стала искать телефон, но он куда-то пропал. Удивительно, но за все время нашего пикника и до этого момента я и не вспомнила о мобильнике. – Да куда он делся?
– Я его отключил, чтобы он тебя не отвлекал. Отдам, когда подъедем к дому, – он смотрел на меня с самым невозмутимым видом.
– Тогда я пойду пешком, я не хочу кого-нибудь сбить из-за своего неумения ездить! Макс, это шутки тебе что ли? Одно дело по полям гонять, а другое – по дороге с другими машинами! – Я выскочила из машины, забыв выключить двигатель и быстрым шагом пошла вперед.
– Стоять, гонщица! – Макс догнал меня и без предупреждения закинул на плечо, как когда-то уже делал и, словно я пушинка какая-то и ему никак не мешали мои пинки ногами и удары кулаками, пошел к машине.
Он осторожно присел, чтобы снять меня с плеча, посадил на капот, раздвинул руками мои ноги и встал между ними, закрыв мне рот ладонью. Он думал, я буду как послушная овечка молча ждать его разрешения говорить? Я укусила ему ладонь так, что он закричал от неожиданности.
– Ты че творишь, твою мать?! – Он одернул руку, и я увидела на ней кровь. Блин, я не хотела сделать ему на столько больно. Но он сам виноват!
– А какого ежика ты меня заставляешь выехать на трассу и закидываешь на плечо, как мешок с картошкой? – Заорала я ему в ответ.
– Какого ежика? – Макс расхохотался. – Ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять? При чем тут ежик, зубастик?
– У меня новая кличка? Называй меня Кира. И дай мне пройти, отпусти меня, – я попыталась выбраться из его плена, но получалось, что это я его держала своими ногами.
– Я отпущу, если ты не убежишь. Мы просто поговорим, идет?
– Идет, – Макс оставил мои ноги без своего тела и мне это, если быть честной с собой, не понравилось. Как будто мне дали лизнуть самый вкусный десерт, а потом нагло его отобрали.
Я осталась сидеть на капоте, а в это время через открытое окно переднего сиденья к нам присоединилась Герда, с высунутым от жажды языком. Макс сходил до багажника, вернулся с еще одной бутылкой воды. Да что там за волшебный багажник у него, что еще там есть?
Мой инструктор сел на корточки у Герды, дал мне бутылку с водой, подставив руки в виде чаши. Мы понимали друг друга без слов. Я налила ему в ладони воду, а он протянул их Герде, которая с благодарностью, как поросюшка, разбрызгивая воду вокруг, стала лакать из них. Я подливала воду, делая вид, что не замечаю, как обливаю не только морду собаки, но и джинсы Макса. Пусть это будет моей маленькой местью.
– Побегай, скоро поедем, – Макс дал знак Герде порезвиться и поднялся ко мне, не замечая мокрых пятен на одежде, как будто ее хозяин описался. – Я знаю, что тебе страшно. А еще знаю, что внутри тебя сидит бесстрашная храбрая девчонка, которая запрещает себе шагнуть в неизвестность. Да, на трассе
