своём одиночестве и не хочу больше страдать, ненавидимая в обоих мирах. Не суди меня за то, кем я была рождена, позволь мне показать, как моя душа тянется к моей семье. Обретённой здесь, на земле. Среди смертных и беззащитных. — Она сложила руки на груди, словно склонившись в молитве. — Пожалуйста, помоги мне. Там, окружённые толпой оживших мертвецов, сейчас находятся два беззащитных создания, которым я обязана помочь. В приюте остались те, кто может погибнуть, если наша вылазка провалится. Они все — моя семья, подарившая мне вторую жизнь. Я очень сильно их люблю.
Она протянула руку и осторожно дотронулась до распятия. Вопреки ожиданиям, кожу не обожгло, дерево креста приятно согревало кончики пальцев, словно её молитва действительно была услышана.
— Прошу тебя, Господи, подари мне возможность защитить мою семью. Позволь мне проявить ту любовь к людям, которая всегда была заложена в глубине моего существа.
Сначала ей показалось, что эхо от её голоса продолжает летать по высоким сводам церкви. Однако через секунду Изекиль осознала, что голос принадлежит не ей. Он был глубокий, успокаивающий, до боли знакомый и неузнаваемый одновременно. Словно это был человеческий отец, с нежностью убаюкивающий в колыбели любимую дочь.
Ступай вперёд. Я буду рядом даже тогда, когда будет казаться, что всё кончено. Помоги сильным сердцами хранителям твоего дома. Помоги троим в башне: юноше с сильным сердцем и его отважной возлюбленной. Помоги беззащитному ребёнку, которого она носит под сердцем. Я прощаю тебя, дитя. Ты больше никогда не будешь одинока.
Глядя на крест, она не могла поверить своим ушам. На её молитвы… ответили. Створка двери, ведущей к колокольне, медленно отворилась, словно приглашая её помочь своим друзьям.
— Я знала, что ты есть! — радостно закричала Изекиль, голос её сорвался от совершенно невозможного счастья. — Я не подведу, обещаю! Спасибо за шанс!
Переполненная эмоциями, она почти бегом рванула к двери, уже забыв, что входила сюда, готовясь к самому худшему. Всё нутро буквально бурлило, Изекиль готова была горы свернуть. Больше никакого отвержения. Никакого одиночества.
Всё кончено. Она была свободна от своего прошлого.
И всецело готова встретить новое будущее.
Харпер
— Что там происходит? — Харпер нервно барабанил пальцами по каменным перилам башни, стараясь разглядеть, что происходило на колокольне. — Ее нет.
— Может, не стоило отправлять Изекиль в церковь? — неуверенно спросила Джессика. — Она все-таки демон. Любой взгляд на иконы может отправить ее туда, откуда она явилась.
— Нет, — решительно возразил Харпер. — Она гораздо выше всей этой адской мелкоты. Я уверен в ней.
— Но что, если у нее не получится?
Словно в опровержение слов Джессики в ночной темноте раздался мощный глубокий колокольный перезвон. Восставшие из мертвых медленно повернули головы, невидяще глядя перед собой, и действительно среагировали, как нужно, потянувшись в сторону белокаменных стен огромным зловонным кольцом. От увиденного у Харпера перехватило дыхание, он очень надеялся, что двери церкви хорошо забаррикадированы. У Изекиль все получилось. У нее действительно получилось!
— Пошли, Джесс!
Парень постарался как можно аккуратней спрыгнуть вниз, чтобы не подвернуть лодыжку. Едва приземлившись на пол колокольни, он протянул руки Джессике. Нельзя было терять ни минуты. Свесив ноги, девушка осторожно скользнула вниз и повисла на руках, цепляясь пальцами за уступ. С тихим вскриком она разжала пальцы и тут же оказалась в спасительных объятиях.
— Держу. — Харпер поставил ее на пол. — Ты в порядке?
— Да. — Она схватила парня за руку. — Побежали скорей!
Осторожно прикрыв за собой двери башни, они пересекли площадь на полусогнутых ногах и присели за небольшим растрескавшимся вазоном, находившемся в шаге от того здания, которое они собирались осмотреть. Мертвецы их не заметили. Колокольный звон, необычайно мелодичный, продолжал литься с церковной башни.
— Что дальше? — шепотом спросила Джессика, осматривая более крепкую дверь, возле которой они расположились.
— Подожди. — Харпер поджал губы, оглядывая железную створку. — Я думаю.
Они молча созерцали огромные полчища мертвецов, медленно обступавших церковь. Блестяще придумано было все, включая отвлекающий маневр и отступление. Но финальной части плана не было.
— Эй!
Они подпрыгнули от неожиданности, едва не уронив свое импровизированное укрытие. Откуда-то из-за угла высунулась небольшая щуплая фигурка. Лицо разглядеть было невозможно, его окутывала ночная темнота. Фигура слегка высунула голову так, словно с интересом наблюдала за происходившим на площади. Наконец, ловко выскользнув из-за угла, она прошмыгнула к ним за вазон.
— Дядя Харпер!
Незнакомкой оказалась девочка лет четырнадцати. Темные волосы были завязаны в узел на макушке, на носу поблескивали очки в пластиковой оправе, а от толстовки пахло машинным маслом и совсем отдаленно — мылом. Не сомневаясь ни секунды, девочка бросилась в объятия Харпера и тот, словно не удивившись происходящему, крепко прижал девочку к себе.
— Дядюшка Харпер! — Девочка сдавленно всхлипнула. — Пойдем скорее, я уведу вас отсюда! В моем доме сейчас безопасно!
Бросив последний взгляд на осажденную церковь, Харпер кивнул, и они с Джессикой гусиным шагом двинулись вслед за девочкой. Та скользнула за угол и остановилась возле небольшой дверцы. Бросив последний взгляд на мертвецов и убедившись, что те все еще увлечены колокольным звоном, она ввела код на двери, и та отворилась.
— Быстрее! — поторопила девочка. — Нас могут почувствовать!
Недолго думая, Харпер взял Джессику за руку и скользнул внутрь. Девочка вошла следом, ловко запирая дверь на железный засов. Она выпрямилась и щелкнула выключателем, открывая перед ними убранство своего убежища.
Стены маленького дома были украшены чертежами и схемами, развешанными на пробковых досках. В центре комнаты обнаружился большой странного вида стол на шести увесистых ножках, собранный из металлолома и похожий на очередной механизм. Его поверхность была завалена гаечными ключами, проводами и другими деталями. В углу покоились несколько почти законченных проектов: голова необычного робота, крошечная стальная бабочка и вытянутый штырь, покрытый диодами и проводами. За небольшой ширмой находилась узкая односпальная кровать, застеленная плотной тканью. Над кроватью тянулись гирлянды из желтых лампочек, создававших особый островок уюта посреди города-призрака.
Еще одна крепко запертая громадная гаражная дверь вела на склад. Харпер нисколько не сомневался, что там у девочки хранились припасы, за которыми они сюда и пришли. Джессика же убранством дома не заинтересовалась, во все глаза разглядывая незнакомку, словно пытаясь вспомнить, не встречались ли они до этого.
— Дядюшка…
— Называй меня просто Харпер, — тут же предложил парень. Он точно знал, с чего нужно было начать разговор. — Ты знаешь, кто я?
— Да. — Девочка кивнула. — Мама говорила, что ты можешь прийти с другого конца земли, чтобы спасти меня.
— Как тебя зовут? — спросила Джессика.
— Уэбб. Мама назвала меня в честь второго руководителя
