Сделав копию со списка, Дабелов отправил документ обратно в Пернов.
Дерптский же профессор Вальтер Клоссиус в 1826 г. приехал в Пернов ознакомиться с этим списком в подлиннике, но… списка уже не было в наличии!.. Клоссиус скрупулезно и терпеливо разыскивал «либерею» в Москве, но не нашел. В конце прошлого века Страсбургский ученый Эдуард Тре-мер, испросив высочайшего соизволения императора Александра III, специальным зондом исследовал землю под сооружениями Московского Кремля. Его поиски не дали результата, хотя он очень надеялся на подвалы — подклетьевой этаж теремного дворца, возведенного как раз на белокаменных погребах. Подтверждением блестящей возможности мелькнуло тогда сообщение, что в теремном дворце под мусором и бочками с дегтем обнаружена небольшая дворцовая церковь. Горько сожалея о неудаче, в момент отъезда из России Э. Тремер сказал: «Наука поздравит Россию, если ей удастся отыскать свой затерянный клад».
Вопрос о библиотеке Грозного разжег в России ученую полемику. Русские историки тоже наконец принялись за поиски клада.
Тему задал не иностранец Тремер — дискуссии затихали и разгорались с новой силой еще с 1724 г., а начались они с заявления пономаря московской церкви Иоанна Предтечи.
Конона Осипова. После того как Осипов уже совершил попытку разыскать библиотеку для Петра I, он написал в Канцелярию Фискальных дел в Петербурге доношение, в котором заявил, что в подземелье Кремля имеются «две палаты», заставленные до потолка сундуками с неизвестным содержимым. На них «замки вислые превеликие, печати на проволоке свинцовые; и у тех палат по одному окошку, а в них решетки без затворок». На допросе Осипов показал, что узнал все это от дьяка Василия Макарьева, бывшего при смерти. Макарьев наткнулся на хранилище во времена царевны Софьи. Тайники находились возле Тайницких ворот, а из Круглой башни можно было выйти к реке Неглинной…
Сенат решил провести раскопки. Подземелья искали у Тайницких ворот на Житном дворе, на площади против Иностранной коллегии (там нашлись погреба), напротив колокольни Ивана Великого, у Цейхгаузской стены в Круглой башне, в самих Тайницких воротах… Найти ничего не смогли или не успели: за Осиповым обнаружилась казенная недоимка, и порешили, что пономарь нарочно имитировал бурную деятельность, якобы преследующую государственный интерес, а на самом деле имеющую цель открутиться от долга. Однако, как справедливо заметил еще В. Осокин, хитрость пономаря, если она и была в той истории, никак не роняет тень сомнения на существование библиотеки русского царя вообще… В конце XIX века раскопки проводил князь Н. С. Щербатов. Но ничего искатели не нашли. Однако идея раскопок не умерла. В начале XX века ее подхватил Игнатий Яковлевич Стеллецкий. Почти полстолетия занимался он проблемой «либереи», «заразив» ею в 1947 г. молодого писателя Василия Осокина и еще многих. В 1914 г. Игнатий Яковлевич ездил в Пярну. И ведь нашел-таки заветные листки с пометкой «W»! А ведь исчезли они почти за сто лет до того.
Сфотографировать документ у энтузиаста-ученого не было денег, да и качество текста, еле видного из-за выцветших чернил, оставляло желать лучшего. Стеллецкий переписал его от руки… И листки с пометкой «W» исчезли опять!.. У Игнатия Яковлевича не было на руках ни одного доказательства, кроме этой собственноручной записи, а СССР и Эстония не ладили. После Великой Отечественной войны, в августе 1945 г. профессор И. Я. Стеллецкий мчится в Ригу, потому что тамошние исследователи старины случайно упомянули о библиотеке Ивана Грозного… Игнатий Яковлевич скончался в 1949 г., так и не завершив главного своего труда, не отыскав государевой «либереи».
Археологические тайны, а библиотека Ивана Грозного относится к разряду именно таковых, если они не поддаются разгадке на протяжении веков, конечно, обрастают легендами, суевериями, «знаками». Неспроста возникло упоминание о «слепоте», подстерегающей людей, почти добившихся разгадки и блуждавших где-то около библиотеки.
Интересно было бы найти исторические подтверждения состоянию здоровья прошлых искателей «из простых» — Конона Осипова, Василия Макарьева, Фуникова, Веттермана, Джерома Горсея, которому Иван Грозный самолично подарил Библию из своей библиотеки, теперь хранящуюся в Британском Музее. Однако состояние здоровья, а также личные и семейные дела царствовавших особ нам хорошо известны. Ведь и в самом деле бытовало и бытует мнение, будто Софья Палеолог была колдуньей и наложила на хранилище книг и рукописей ни больше ни меньше как «проклятие фараонов», о коем узнала из древнего пергамента, свитка, хранившегося в той же библиотеке!
Мы знаем непростую судьбу Иоанна IV. Истинный любитель «либереи» и старинных знаний, прекрасно ориентировавшийся в мировой истории, особенно античной, Иван Грозный после юношеских удач пережил многолетнюю серию потрясений, сказавшихся не только на его личном здоровье и судьбе, но и на судьбе и здоровье России. С 1564 г. и почти до самой своей смерти Грозный прожил в Александровской слободе, но это не совсем правильно: покинув.
Москву, он много и долго искал пристанища — Коломенское, Вологда, Александров… Возвращался и жил вне Кремля… Отчего бы?.. Только ли мятежи и боярские домогательства были тому причиной? Не навис ли над ним рок «проклятия»?.. Александров, фактически на двадцать лет превратившийся в столицу Руси, тоже не удовлетворял царя: он рвался из него, но не мог вырваться. Очень просто все списать на душевную болезнь, как это проделал А. К. Толстой, но не все пока объяснимо, и тема тоже ждет исследователя скрупулезного и честного. Ведь доподлинно известно, что царь собирался даже эмигрировать!.. Предощущая, предвосхищая все дальнейшее, что произойдет с ним, с детьми и с Россией, он не знал только одного — почему? Философский вопрос «за что?», конечно, тоже мог бы прозвучать, но он, к счастью, уже глубоко исследован специалистами по истории России XVI–XVII веков. И, не зная «почему?», царь продолжал возить за собой пресловутую библиотеку… Последние три года, после безобразного убийства будущего наследника и сына Ивана, Иоанн Грозный находился в смутном разуме. А славная династия Рюриковичей заглохла на безвольном и слабоумном Феодоре.
Борис Годунов тоже искал библиотеку царя! И тоже плохо кончил. Искал ее Лжедмитрий!.. Судьба его известна. Хотя специалистам, окунувшимся в полную тайн историю этого царя, известно, что «Лже-» очень даже мог быть (и скорее всего был) настоящим царевичем Димитрием!..
Поисками библиотеки активно занялся Наполеон Бонапарт, войдя в Москву!..
Рано умер Игнатий Яковлевич Стеллецкий, скоропостижно скончался писатель и энтузиаст Василий Осокин, правда, много успевший сделать для популяризации самого факта существования библиотеки и ее поисков. Кажется, недаром в систему поиска включились все же люди с феноменальными, «колдовскими» способностями — лозоходец И. Е. Кольцов, экстрасенс Ю. Шуртин и другие. Однако все их прозрения оказались ложными.
Чтобы перейти к версиям, следует немного рассказать о том, что происходило с «либереей» при Иване Грозном.
Устав от мятежей и сопротивления бояр, в 1564 г. царь Иоанн, собрав «пожитки», с царицей Марьей и детьми выехал насовсем из Москвы. Это было 3 декабря, в воскресенье, и выглядело как обычный отъезд на богомолье в Коломенское… Но на этот раз все было по-иному.
Царский поезд был не только неожиданно мрачно величествен, но и длинен чрезвычайно: несколько сотен подвод! Так на богомолье не ездят. Москва закипела было, ибо привыкла вить веревки из слишком мягкого государя, но быстро осеклась, поняв: это он серьезно! И затаилась, дожидаясь, когда царь сам объявит — что с ним. Гнетущее состояние столицы длилось около месяца…
Иоанн забрал с собой не только иконы и кресты: он сложил на подводы всю одежду и драгоценности, а также «деньги и всю свою казну». Что это значит? Дело в том, что деньги понимаются Александро-Невской летописью отдельно, а казна, в которую входят бумаги, грамоты, книги, — отдельно. А необычайно большая вооруженная охрана, сопровождавшая царя, говорила о том, что, конечно, все это неспроста.
