- Я согласен, - коротко ответил он, наконец.
- Вот и славно. В соседней комнате пока подготовьте список необходимого оборудования и нужных специалистов.
После того, как за инженером снова закрылась дверь, Ахромеев встал из-за стола и стал нервно ходить по кабинету.
- Теперь понятно, откуда прилетел снаряд? - спросил он неожиданно остановившись напротив подполковника.
- Пятьдесят лет назад здесь войны ещё не было, - прикинув в уме цифры ответил он.
- Эти подсчёты, как ты слышал, только примерные. Немцев отсюда, то есть, оттуда, прогнали весной сорок второго. Тем более, не известно, точка переноса остаётся неизменной или смещается. Так что, берись ты за дело и чтобы в максимально короткие сроки возобновились эксперименты. До Калугина нужно добраться во чтобы не стало!
- Да, Председателя нужно выручать, если действительно он попал на войну. Ведь, может и погибнуть.
- Да если бы я точно знал, что его там убьют, я бы и пальцем не пошевелил, чтобы его спасти. Но он такой, изворотливый гад, что может выкрутиться даже там. А потом сделает так, что мы скоро лопнем как мыльные пузыри, и от многих даже мокрого места не останется!
Сивоконь очень удивился последним словам маршала, что отразилось на его лице. Ахромеев заметил это, и понял, что сгоряча сболтнул лишнего. Да и ладно. Всё равно придётся отправить его с командой на поиски генерала. Если, конечно, удастся наладить работу установки.
- Ступай к инженеру, и беритесь за дело. Времени раскачиваться нет ни минуты.
***
После этих слов, два человека в наушниках, посмотрели друг на друга и загадочно ухмыльнулись. Они сидели в небольшом помещении, сплошь заставленной какой-то аппаратурой. Перед ними крутились огромные бобины с магнитной лентой. В шкафу позади них, этих бобин с записями, было десятки. Но самой ценой стала только одна, на которую записался весь прослушанный разговор. Они даже не надеялись на подобный успех, посчитав задание, порученное им месяц назад, бредом сумасшедшего. Теперь они поняли, что их шеф знал об этой ?бомбе?. Только ли об этой?
Тридцать восьмая глава.
Когда назавтра стали завозить оборудование, то инженер удивился тому, что в бункере уже было пусто. Но устанавливать ещё было рано, так, как военные связисты чинили свои кабеля, перебитые во время взрыва. Обещали закончить к утру. И Леонид вернулся в отдел, стал подбирать новый состав научной группы. Коллегам довели, что во время эксперимента, взорвался снаряд, оставшийся с войны. Сапёры обследовали вокруг на сто метров, и обезвредили ещё несколько боеприпасов. Следовательно, им ничего больше не угрожает.
Военные выкрутились из той ситуации, при которой исчез генерал Калугин. Ахромеев, как только узнал о провале операции, убедил Министра обороны, что от Председателя КГБ поступил личный звонок ему, с просьбой обеспечит охрану некого объекта. Как объяснил Калугин, в Комитете произошла утечка информации. У того возникло опасение, что неназванная иностранная разведка проявила сильный интерес к этой научной работе, ведущейся под грифом ?совершенно секретно?, и утечка сведений, а тем более захват объекта, нанесёт непоправимый ущерб государству в целом.
Министерство обороны направило к данному объекту спецподразделение ГРУ, но генерал Калугин, по непонятной причине не предупредил охрану, либо предатель, внедрённый на объект, дезинформировал её, и те восприняли это как нападение, что привело к ужасной трагедии.
Поэтому, на объекте заменили всех сотрудников и техперсонал, кроме одного учёного, способного восстановить научную работу и выяснить судьбу Председателя КГБ, числящегося пропавшим без вести.
Касаемо научной составляющей, то опыты подтвердили, объяснял Леонид Мирошник коллегам, правильность выбранного направления. И больше не придётся выслушивать бред всякого рода шарлатанов и душевно больных, которые нескончаемой вереницей прошли через их отдел, красочно повествуя о контактах с пришельцами и давно почившими историческими личностями. А именно самому и с документальным подтверждением, поучаствовать в выдающемся открытии, достойным, по меньшей мере, Нобеля. Правда, им он не ?светит? по причине строжайшей секретности. Но и отечественные премии их не обойдут, в случае достижения управляемого процесса.
Министр обороны, в свою очередь, доложил об этом происшествии руководству страны и заручился согласием на то, что работа на данном объекте будет проходить под контролем ГРУ. Предавать огласке данное происшествие, а тем более, участие в нём Председателя КГБ, считать преждевременным.
После того, как военные связисты закончили свою работу, начался монтаж оборудования. Леонид, единственный, кто обладал всеми параметрами, был нарасхват и едва с ног не валился. Один день ушёл на прогон всех параметров вхолостую, и только на четвёртые сутки приступили к работе с собаками. Из отправленных четырёх, удалось вернуть назад только одну. Решили, что поле не стабильное и ?плывёт?, поэтому не удаётся зафиксировать нужную составляющую. Потом кто-то предположил, что собаки просто убегают с точки переноса. Поэтому, в следующих сеансах, стали связывать собакам лапы и добились стопроцентного возвращения участников эксперимента. Инженер злорадно подумал, что так нужно было поступить и с бомжом.
Главным вопросом всей работы являлось определение режимов для заданных параметров времени в точке переноса. Одна умная голова предложила закрепить на спине собаки своеобразный штатив с видеокамерой, которую включали за пять секунд до отправки. А чтобы собака не свалила камеру при попытке отползти или перевернуться, псине сделали укол для обездвиживания.
И вот все собрались у монитора. С волнением они следили за тем, как делаются приготовления к просмотру. В столовой собрался весь техперсонал, кроме охраны и хозвзвода. Сивоконь, от волнения не знал куда деть свои руки, которые всё время почему-то тянулись к кобуре. Сейчас, впервые все увидят, что существует другая реальность, которая, казалось бы, прошла, исчезла навсегда. Тогда и рапорт Мирошника не окажется вымыслом, а значит можно будет найти и самого генерала Калугина.
Наконец, настал ключевой момент - нажатие на клавишу воспроизведения. Но ничего не увидели, только пустой экран. Даже своих лиц, которые начали снимать при включении камеры в бункере. То, что камера работа всё это время, было видно по перемотке плёнки. Разочарованию не было предела. Посыпались разные предположения, почему нет записи. Чтобы убедиться, что камера исправна, проверили, как она снимает здесь. Всё оказалось в порядке, но на всякий случай, вставили новую кассету, предварительно испытав её с камерой. Следующая собака отправилась в точку, по параметрам совпадавшая с той, где был Леонид и бомж, чтобы по отснятым кадрам убедиться в том, что можно будет самим выбирать отклонения от неё в ту или иную временную и пространственную составляющую.
Но и на этот раз на кассете ничего не было. Долго ломали голову, пока Игорь Переверзев не предположил, что плёнка при работе установки, элементарно размагничивается. Провели тут же несколько испытаний и убедились в его правоте. Теперь встала дилемма, что делать? Было предложено оправить камеру с обычной киноплёнкой. Но где её сейчас взять? Пока привезут из Москвы специалиста со всей лабораторией для проявки, пройдёт не один час. Но данное поручение отправили в их институт.
На этот раз, уже Леонид высказал идею вместо кинокамеры, прикрепить обычный фотоаппарат. Тем более, таковой, вместе с необходимым для проявки и печать готовых снимков, имеется в КУНГе. Им оказался фотоаппарат 'ЛОМО-135М', с заводом на восемь кадров. Осталось придумать, как собака будет нажимать на кнопку, чтобы сделать снимки. Но с этой задачей справились, применив несколько электромагнитных реле, аккумулятор от мотоцикла и всякие мелочи.
