Но ее род обещал мне протекцию в суде, что тоже ценно. Остальные трое… Они разве что не помочились на могилу Адриана. Л-любимчики, лучшие ученики, лицемеры! Особенно Даламар, вот это двуличная мерзость, которую я бы порезал на куски с большим удовольствием… И я не хочу быть, как эти уроды, понимаешь?
– Понимаю. Я у вас в неоплатном долгу, – смотря ван Нормайену в глаза, сказал я.
– Только сначала я выплачу долг твоему дяде, мальчик, – странно улыбнулся он. – Я не прощаюсь, Маркус. Будь осторожнее, тетя за тебя очень переживает. Сейчас все под ударом.
Глава 13. Неприятные мысли
Я забрался в карету, Александр и Сайрус остались на крыльце, что-то обсуждали. Спустя несколько минут они пожали друг другу руки и попрощались.
– В академию! – скомандовал кучеру Александр, забравшись в карету. Он мрачно посмотрел на меня, вздохнул, но ничего не сказал, лишь прикрыл лицо ладонью.
В ответ на эту пантомиму я сложил руки на груди и закатил глаза.
Преподаватель цокнул языком и уставился в окно.
Поездка прошла в молчании. Омен проводил меня до входа в общежитие, а потом молча растворился в темноте.
«Не переживай, никто не будет ждать тебя в комнате с ножом наперевес!» – устало подумал я, заходя в здание.
И, действительно, никто не ждал.
Я снял линзу, разделся, обнаружил в кармане полупустую фляжку. Искушение я поборол с большим трудом, но все-таки положил ее на стол. Сам сел на стул.
Итак, что мы имеем?
Труп Адриана, труп Вильяма. Покушение на главного артефактора. И еще дюжину случайных жертв. И все это за четыре месяца!
И есть ненулевая вероятность, что я могу оказаться среди них. Например, меня вызовут к директору, как раз, когда за ним придут убийцы. Или на следующей встрече с Сайрусом я столкнуть с королевскими палачами.
Чужой тебя раздери!
Было страшно. И обидно, что ко всему этому я не имею отношения, но с моим везением вполне могу попасть под удар топора.
Лес рубят, щепки летят?
Оказывается, быть щепкой неприятно. Хотя и деревом сейчас быть тоже опасно.
Несколько часов назад жизнь если не радовала, то вселяла осторожный оптимизм. Обучение у Соддерна, целительство, ментальная магия. Стабильная работа, хороший заработок, мощная магия для самообороны.
Это гораздо больше, чем я хотел от жизни.
Амбиции? Нет, это не ко мне. Адриан показал к чему они приводят. Поэтому я их похоронил вместе с первым наставником.
Забавно. Я уже подзабыл эти ощущения – страха, собственной беспомощности и неопределённости будущего. Словно мне снова десять лет, и я иду домой, гадаю в каком настроении минхер Кауфман, что меня сегодня ждет – подвал или побои.
Как быстро забыл я про это. И как же хорошо я без этого жил. Меня передернуло.
– Маркус, ты не о том сейчас думаешь, – пробормотал я.
У заговорщиков, которые планомерно истребляли лучших магов колонии, определенно есть цель. Учитывая слова Сайруса о «могущественных аристократах и привилегиях», не сложно ее определить – пошатнуть власть короля, скинуть его с престола.
Я плохо знал историю, но точно помнил, что свержение даже самых слабых правителей сопровождалось реками крови. И, возможно, скоро меня тоже толкнут в этот «водоем».
В этом свете предложение идти на боевой факультет заиграло новыми красками. Красными и бурыми.
Омен не особо рвался меня учить. Интересно, будет ли он это делать, когда я попаду в его отряд?
Хотя Луну он все же выучил, и она очень хорошо себя показала в бою с сапфировым. Не каждая второкурсница так сможет.
Идти на учиться на медика? А смысл? Соддерна нет, никто в академии меня не научит ментальной магии. Искать загадочного специалиста из тайной службы? Даже не смешно.
Итак, боевая программа, обучение у Омена. Других вариантов нет.
Я поморщился, не то чтобы Александр мне неприятен, но если ему поручили присматривать за мной, то со своей задачей он явно не справляется.
О своей безопасности мне придется заботиться самому. На него рассчитывать глупо.
И еще Луна, я ведь ей обещал, что на ее преподавателя не претендую. Оказывается, соврал. Хотя она добрая и умная, она поймет.
От милой красавицы мысли снова перешли к Омену, а потом и к ван Нормайену.
Он ведь не был со мной до конца откровенен. Сам об этом говорил.
– Нет, не хочу я знать чужие грязные секреты. Мне еще как-то заснуть надо сегодня, – пробормотал я, рука сама потянулась к фляжке.
В моей ситуации надо исходить из худшего. Следовательно, Сайрус сознательно снизил уровень опасности или нагло соврал. Чтобы я не тронулся от обилия приятных новостей.
Эх, добряк-Сай, ученик боевого мага-некроманта, без пяти минут государственный преступник, знал бы ты, что уже поздно.
Я отвинтил крышку фляжки, сделал глоток. Сегодня можно. Иначе я не усну.
Будем исходить из худшего. Например, что я уже внесен в список на устранение. Да, я сейчас я слаб и жалок, но я ведь могу захотеть отомстить. У меня сразу два веских повода для этого, а если все будет очень плохо – то три.
Если смотреть с этой точки зрения, то устранить будущего кровника надо здесь и сейчас. По крайней мере, так в книгах рассуждали благородные маги из метрополии.
Значит, надо стать сильнее и самому позаботиться о своей безопасности.
– Это было так ожидаемо, что даже неожиданно, – сказал я, смотря на Януса.
– Решил отвлечь тебя от грустных мыслей. Ну хотят нас убить! Первый раз что ли? – он хищно улыбнулся. – Первые десять лет жизни один урод только этого и хотел.
Я ничего не ответил, выпустил наружу заклинание.
– И что это? Нет, я все понимаю, комплексы, маленькие размеры, но зачем тебе эта башня?!
– Все просто. Она сделана из материала, не проводящего ток.
– Пф-ф, и что?
– А вода проводит. И я наконец разобрался, как заставить законы физики частично работать в моем разуме.
– Больной ублюдок!
Вместо ответа я ударил молнией. Промахнулся, но это уже не важно.
– Знаешь, сейчас ты похож на психопата! Очень! – сказал мой демон, закованный в ледяную тюрьму по шею.
– У меня вообще-то справка есть. Даже не от тети! – обиделся я.
Янус закатил глаза.
– Честно купленная справка у ее однокурсника, ты это хотел сказать? Знаешь, если хотел расслабится, я тебя понимаю. Но зачем
