Вернувшись в спальню, она вздрогнула при виде мистера Кима, сидевшего на краю кровати в слабом свете лампы с пистолетом в руке – маленьким, черным, матовым.
– Что ты делаешь? – резко бросила она, задохнувшись. – Убери это.
– Я хочу, чтобы он был у тебя, – спокойно сказал он. – Я покажу тебе, как…
– Нет, я не хочу. Зачем он мне? Он мне не нужен. Пожалуйста, убери его.
Мистер Ким задумчиво посмотрел на пистолет, покачал головой и вернул в кобуру, а затем в сумку на кровати.
– Зачем тебе вообще… – Мина не потрудилась закончить вопрос. Конечно, у него был пистолет. До приезда в Америку она никогда не видела столько оружия у гражданских. От чего они все себя защищают? Он мог навредить если не другому, так себе. Мине следует как-то забрать у него пистолет. Слишком легко с его помощью навредить кому-то. Она не могла потерять его. Мина не могла больше никого потерять. – Не мог бы ты, пожалуйста… убрать его куда-нибудь? Я не могу находиться с этой штукой в одной комнате.
Мистер Ким выдвинул ящик тумбочки и спрятал сумку. Мина закрыла глаза, глубоко вдохнула и обхватила голову руками.
– Мне завтра идти на работу?
Он вздохнул:
– Думаю, стоит пойти.
– Я не могу. Я никогда не смогу туда вернуться. – Ее губы дрожали. Она больше не могла сдерживать слезы.
– Думаю, тебе следует притвориться, что… тебя там не было. Ты понятия не имеешь, что произошло. Он тебя видел?
– Не знаю. Думаю, нет.
– Хорошо. – Мистер Ким помолчал. – Наверное, лучше вести себя как ни в чем не бывало, чтобы он ничего не заподозрил, верно?
– Я не смогу.
– Ты должна. – Его глаза блестели то ли от страха, то ли от какой-то глубокой покорности, то ли от того и другого. – У него кровь шла из носа – наверное, я его сломал. Сомневаюсь, что он придет завтра на работу. Если ты почувствуешь себя в опасности, уходи, ладно? Только если ты не придешь, все решат, что ты каким-то образом замешана, а нам это не нужно. Не нужно тебя в это вмешивать. Тебе надо держаться подальше от этой истории, хорошо?
– Почему? Ну почему я должна идти?
– Тебе нужна работа. – Его голос дрогнул. – Позже мы найдем другое место, а пока тебе нужно работать, хорошо? Знаю, это ужасно. Знаю, но кто-то должен… Мы не можем исчезнуть все разом.
– Понимаю.
– Ты сможешь это сделать? Ты сможешь завтра вернуться на работу?
Марго
Осень 2014 г
На следующий день после визита к миссис Бэк – в ее тесной гостиной, пахнущей магазином подержанных книг и огуречным кремом, – и ночного катания на колесе обозрения на пирсе Марго проснулась пораньше для поездки в Калабасас, которая в будний день могла занять целый час.
Мысли постоянно вращались вокруг маминой смерти. Вне зависимости от сказанного миссис Бэк – что она закрыла свою лавку из-за финансовых трудностей – ее преследователь, мистер Пак, с его фальшивой улыбкой и липким взглядом, все больше казался опасным, способным причинить кому-то физический вред. Однако даже с учетом криков, которые слышал хозяин в ночь смерти мамы, Марго все еще никак не могла связать мистера Пака с мамой. И если начать копаться в его жизни, если вывести его на прямой разговор, то он может испугаться и отыграться на миссис Бэк и официантке, которая рассказала о нем Марго. Нельзя так рисковать. Эти женщины делали все возможное, чтобы как-то приспособиться к сложившимся неблагоприятным обстоятельствам. Марго следовало их оберегать.
К тому же она все еще была расстроена тем, что в те последние месяцы жизни отца мама так и не представила их, будто хранила его только для себя. Возможно, она утаила правду ради них самих, но было ли у нее право принимать это решение? А потом она просто исчезла, оставляя Марго с запутанной сетью, которую ей теперь предстояло распутать самостоятельно.
Марго надавила педаль газа в пол, полная решимости узнать хоть какую-нибудь информацию о своем отце. Что он делал все эти годы после того, как бросил маму, и почему сбежал из Лос-Анджелеса? Эти вопросы – самые трудные, и Марго даже не была уверена, что готова их задать. Однако ей представилась уникальная возможность, которая, возможно, больше никогда не представится, и в некотором роде она готовилась к ответам всю свою жизнь.
Может, именно этим она и занималась все это время – закаляла себя для правды? Пусть на некоторые вопросы нет ответа, их поиск может хотя бы пролить свет на то, насколько мы ценим самих себя и насколько нам необходимо рассказать свою собственную историю, какой бы раздробленной она ни была. Вполне нормально время от времени стремиться к невозможному, до тех пор пока в этом стремлении мы открываем в себе нечто новое.
И теперь Марго готова была признать, что все эти годы обманывала себя, притворяясь, будто ей неинтересно узнать больше об отце и матери, понять историю своего происхождения. Любили ли друг друга родители? Или у них была просто незначительная интрижка или связь на одну ночь?
Порой даже ошибки могут оказаться чем-то естественным и прекрасным.
Бронзовые ворота, как и в первый раз, были распахнуты настежь. На подъездной дорожке к дому миссис Ким стояли те же две машины, новенькие и сияющие, неподалеку припарковался грязный грузовик рабочего озеленительной службы. Вдалеке жужжала косилка.
При дневном освещении кремово-белый двухэтажный дом казался еще более сказочным. Солнце заливало медовым светом зелень вокруг, а по густой лужайке порхали сытые птицы. Журчал многоярусный каменный фонтан, пальмы раскачивались на ветру, поглаживая друг друга своими хохолками.
Марго постучала тяжелым медным молотком по двери, и ей открыл тот самый привлекательный, элегантный мужчина, которого они с Мигелем видели в прошлый раз. Сегодня он был одет в мягкий серый кашемировый свитер и идеально сидящие темные брюки. От него пахло как от бутика «Дольче и Габбана», и сам он выглядел так, будто мог сняться в их рекламе.
– Чем могу помочь? – вежливо спросил мужчина.
От волнения у Марго задрожали колени.
– Я бы хотела побеседовать с миссис Ким, если можно?
– Могу я поинтересоваться, кто вы? – Элегантные брови слегка сошлись на переносице.
Марго тяжело сглотнула.
– Я из… прошлого ее мужа.
– Вы его подруга? Или родственница?
– Вроде того. Эм, пожалуй, родственница.
– Подождите минуточку.
Дверь закрылась, а Марго осталась стоять на пороге. Позади рабочий бросил голые ветки в кузов грузовика. Она помахала ему рукой, и тот кивнул в ответ. Холодный утренний воздух пах свежескошенной травой.
Дольче-Габбана вскоре вернулся и пригласил Марго внутрь.
В прихожей она сняла обувь, мигом устыдившись своих грязных носков, и прошла в гостиную, где примостилась на краешек того самого дивана цвета слоновой кости, который помнила с прошлого раза. Воздух в доме казался невероятно свежим и чистым, как будто ее поместили в аквариум с идеальной температурой, влажностью и светом – одновременно чудесный и жуткий.
– Чем я могу вам помочь? – входя, сразу же поинтересовалась миссис Ким и заправила шелковистые черные волосы за ухо, открывая вид на большую переливающуюся жемчужину, похожую на полную луну, гипнотическую и серебристую. Блеснули бордовые ногти. На стройной фигуре был белоснежный пушистый свитер, лавандово-серые легинсы и шикарные тапочки из самого непрактичного бархата.
– Вы прекрасно выглядите, – невольно вслух восхитилась Марго, вставая ей навстречу, как некий ухажер из викторианского романа.
Миссис Ким мило улыбнулась и, покраснев, на мгновение приложила ладонь к щеке, после чего села в кресло рядом с диваном.
– Я стараюсь хорошо заботиться о коже. Пожалуйста, присаживайтесь. Могу я предложить вам напиток? – Она вопросительно приподняла брови.
– О, нет, не сейчас, спасибо.
– Чем могу вам помочь? Мой водитель упомянул, что вы знали моего мужа, кажется, вы родственница?
