Они делали это.
Глядя на неё настолько пламенным взглядом, что она затаила дыхание, он протолкнул палец сквозь её набухшую влагу.
Она ахнула, закрыла глаза и выгнулась на кровати, чтобы встретить его. Одна его рука скользнула ей под голову, бережно держа, в то время как его губы сомкнулись над её горлом. Его другая рука заползла ей под спину, притягивая ближе. Кэм не думала, что они могут стать ещё ближе, и всё же это было недостаточно близко. Ещё никогда в жизни она не чувствовала такой нужды.
Когда он вошёл в неё, растягивая и полностью заполняя, внутри её не осталось и следа пустоты. Он застонал, прижавшись к её коже, почти заскулил, но так по-мужски. Её боль переросла в дрожь, дрожь превратилась в содрогание, пока её тело не напряглось, а затем разлетелось.
Голова её запрокинулась назад, в горле зародился крик. Но он рукой накрыл ей рот, сдерживая вопль, и возносясь на вершину вместе с ней.
Когда её содрогания прекратились, он убрал руку и заменил её своим ртом. От возбуждающих, неистовых поцелуев у неё снова всё внутри перевернулось. Снова. Она чувствовала его длинную, твёрдую длину, по-прежнему пульсирующую, по-прежнему желающую.
— Трой…
— Не кончил, — пробормотал он у её рта.
Точно. Он не кончил.
Он отстранился и посмотрел на неё.
— Ты не кончила. Я с тобой не закончил.
— О, — произнесла она, сердце её колотилось, в горле перехватило. О.
Глядя ей в глаза, он накрыл её груди, слегка касаясь соска подушечкой большого пальца. Сдавленный стон вырвался из её горла, и он шевельнулся внутри неё. Его рука скользнула вниз, по её боку и сомкнулась на бедре. Другая его рука сделала то же самое, и её таз приподнялся с кровати, погружая его глубже.
Гораздо, гораздо глубже.
Её кожа пылала, словно огонь, кости плавились. Его рот припал к её груди, покусывая, посасывая до тех пор, пока единственное, что она могла делать — это держаться. Схватив волосы Троя в кулак, она вонзила свои пятки в его ягодицы.
Он вскрикнул, звук вышел приглушённым её грудью, и пока он двигался внутри неё, она кончила во второй раз. Его руки скользнули между матрасом и её спиной, обнимая и привлекая её ещё ближе к нему. Ритм, который он установил, был мучительным. Сводящим с ума. Без предупреждения она кончила в третий раз и к тому времени она могла лишь всхлипывать.
Он напрягся, замер и ещё пару раз толкнулся, прежде чем содрогнуться, прижавшись к ней.
Кэм лежала потрясённая, обессиленная и звенящая от удовлетворения, задаваясь вопросом, как, чёрт возьми, она прожила так долго, не чувствуя себя подобным образом. Трой не ослабил свою хватку, не сдвинулся ни на йоту. Она опустила взгляд на его макушку, его щека покоилась между её грудей.
— Тебе придётся дать мне минутку, Кэм.
— Э-э, хорошо. — Что с ним такое? Сама она испытывала полнейшее изумление. Он разочарован? Неужели она была настолько плоха?
Выйдя из неё, он выбросил презерватив в мусорную корзину рядом с кроватью и перевернул их так, что она оказалась сверху.
— Ты удивила меня. А меня не так-то легко удивить.
Она положила голову ему на грудь, не в состоянии дать разумное объяснение тому, что произошло. Всё просто изменилось. Абсолютно всё. Он схватил горсть её волос и приподнял её голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Чувствуя себя уязвимой, она сглотнула и опустила глаза.
— Не делай этого, Кэм. Не закрывайся от меня.
Она покачала головой, и комната начала смыкаться. Он, может, и делает это каждый день, но не она. Кэм не привыкла, чтобы кто-то обнимал её, доставляя множественные оргазмы. Был милым. Она попыталась слезть с него, но он резко сел, обхватывая рукой её спину, и прижался ртом к её губам.
О, его рот. Столько таланта в его поцелуе.
Она растаяла, ненавидя себя за слабость. Это он сделал её слабой. Никто и никогда не мог её так сломить, заставив почувствовать себя обнажённой и хрупкой. Она не хрупкая, чёрт возьми.
Отвечая на его поцелуй, она держалась за твёрдую массу мышц его плеч. Эти руки держали её так, словно она для него что-то значит. Будто она значит для него больше, чем просто секс. Этот поцелуй не был страстным, неистовым. Он был медленным, нежным. Трой был нежным.
Но как долго? Пока не появится очередная блондинка? До тех пор, пока он не устанет от тестирований обыкновенной воды?
Она медленно отодвинулась и сжала губы, чтобы он не смог поцеловать её снова.
— Я пойду ополоснусь. Я… сейчас вернусь.
Он выглядел оскорблённым, потрясённым. Но, к его чести, опустил руки на матрас и кивнул.
Трой наблюдал за удаляющейся спиной Кэм, а затем как закрылась дверь в ванную, размышляя, что, чёрт возьми, только что произошло. Он понял ту часть с великолепным сексом, но сразу же после него Камрин закрылась. У неё чуть не случился приступ паники.
Он услышал, как включился душ, и внутри у него всё поникло. Она пыталась смыть его с себя.
Он оглядел комнату, заметив её футболку у балконных дверей, её шорты возле гардероба, обёртку презерватива на её ночном столике. Он встал и выбросил обёртку, поднял её одежду, сжав в руках.
Трой посмотрел на дверь ванной перед собой, на её одежду и снова на дверь.
Он оперся руками о дверной косяк и облокотился на них. Если он позволит себе придать случившемуся большое значение, то вся эта поездка сведётся к этому моменту. К тому, что он сделает, как справится с этим.
И он наконец встретил достойного противника в лице Кэм, потому что Трой не знал, что, чёрт возьми, делать с ней, с собой или чувствами, растущими между ними.
Он закрыл глаза и легонько постучал в дверь.
— Кэм? — Она не ответила, так что он снова постучался.
— Я буду через секунду, — сказала она. Снова став спокойной, обычной Камрин.
К чёрту все. Его обуревали различные эмоций — всё, кроме спокойствия. Точно так же, как и должно быть с ней. Трой открыл дверь, шагнул внутрь и бросил её одежду на туалетный столик. Затем рывком отодвинул шторку и уставился на неё, в то время как она неловко пыталась как-то прикрыться.
Он демонстративно оглядел её с головы до пят, прежде чем заговорить:
— Я видел тебя голой. А ещё говорил тебе никогда не прикрываться.
— Я сказала, что буду через секунду. Что ты делаешь?
Поскольку он и сам не знал, то вместо этого задал ей вопрос:
— Что это было там? — Он указал в сторону спальни, как если бы та была врагом. И складывалось такое впечатление, что так оно и есть.
У неё хватило наглости выглядеть растерянной.
— Секс?
Его зубы заскрипели.
— После секса.
— Я…
Он сделал глубокий вдох.
