Читаем без скачивания Африканская охота для дам - Мария Жукова-Гладкова

Мы с Сашкой кивнули.

– Только мне непонятна цель, – признался Серега.

– Деньги? – спросила я. – Ведь за заложников можно получить неплохие бабки. Уже просят по двести тысяч долларов. Мы же не будем знать, кому платим! И те, кто сейчас в плену, не знают, у настоящих они ребелов или нет. Ведь так? Кто-то захотел заработать.

Но оставалось неясным кто.

Мы с сыном предложили свои услуги в выяснении этого вопроса. Нам сказали: собирайте вещи. Я занялась сумками, а Сашку отправила за тетей Верой. Ему следовало ей сказать, что мне плохо, и проследить, чтобы Вахтанг не увязался следом.

Глава 19

Ночь с 4 января на 5 января,

со вторника на среду

Верка ворвалась в наш с Сашкой номер, аки вихрь.

– Что случилось, Ланка?! – завопила она с порога.

В следующее мгновение подружка заметила Серегу, открывшего рот. Видимо, он хотел попросить ее говорить потише. Но не успел. Верка так ему врезала, что довольно мощный Серега отлетел на полкомнаты и приземлился точнехонько на мою кровать. Африканцы попытались вступиться за своего русского друга, но не тут-то было! Верка уголком глаза заметила сложенную сеть, которую недавно держал в руках Сашка. Когда мы поняли, что Серега с африканцами пришли к нам с мирными целям, ребенок положил сеть на тумбочку. Верка ее схватила – и направила на приближавшихся к ней чернокожих парней. Через мгновение они уже катались по полу, не будучи в силах высвободиться. Правда, африканцы оказались людьми разумными (не зря учились в России – опыт проживания в нашей стране и общения с русскими явно пошел им на пользу) и быстро затихли на полу, ожидая, пока белая фурия не успокоится.

– Теперь вы поняли, что мы в состоянии обучить ваших людей? – спросила я у лежавших на полу африканцев с милой улыбкой.

– Поняли, – ответил за всех Серега. – Собирайтесь побыстрее. И, главное, потише!

Он многозначительно посмотрел на Верку. Подружка в это мгновение стояла посреди комнаты, уперев руки в боки. Грудь ее вздымалась. Верка была полностью обнажена. Оказалось, Сашка ее разбудил. Вахтанг не проснулся, а Верка спала чутко, ожидая всяких гадостей, и на стук отреагировала мгновенно. Я же порадовалась, что подружка меня так любит. Стоило Сашке сказать, что маме плохо, как Верка понеслась мне на помощь.

– А от чего тебе плохо-то стало? – спросила Верка, поворачиваясь ко мне.

– Я велела Сашке так сказать из-за Вахтанга. Чтоб он не понесся за тобой. Что ты мне одна нужна. По-женски.

– А… – протянула Верка, потом уточнила: – А этим троим чего надо?

Я вкратце пояснила.

– Ну ладно, поможем нашим чернокожим братьям, – кивнула Верка. – Советский Союз-то раньше помогал местной коммунистической партии. Мы родились в Союзе, а эти ребелы – явно потомки коммунистов. Негр и русский – братья навек! Ладно, я пошла собирать вещи.

С этими словами Верка удалилась, а мы с Серегой принялись за высвобождение чернокожих парней, которые не могли не высказать восхищение моей подружкой.

– Она замужем? – вдруг спросил один из них.

– Нет, – ответил мой сын. – Но она берет в приданое к мужу миллион долларов. На меньшее не согласится.

Африканцы переглянулись.

– В чем дело? – тут же напряглась я.

– Понимаете… – промямлил один.

В разговор вступил Серега и пересказал одну из многочисленных легенд, передаваемых в племени его африканской жены из уст в уста. В незапамятные времена на землю Замбары с небес спускалась белая богиня, которая научила предков нынешних ребелов добывать огонь, готовить пищу на костре – раньше-то все ели сырым, – выделывать шкуры и прочим навыкам, которые теперь им кажутся естественными. Судя по наскальным рисункам, сохранившимся до нынешних времен, Верка очень похожа внешне на ту богиню.

Серега признался, что они с Витьком, увидев наскальные изображения белой женщины, невольно вспомнили мою подружку. Ну и поведали о ней чернокожим друзьям. Сейчас они ее узнали. Африканцы радостно закивали и сказали: «Она!»

– А мы сможем увидеть эти наскальные рисунки? – уточнила я.

– Без проблем.

– Саша, – повернулась я к сыну. – Нам нужна видеокамера. Хоть какая-то.

В это мгновение в наш номер вошла полностью одетая Верка с вещами.

– Камера нужна? Так сопрем, – невозмутимо сказала она. – Мужики-то небось все бухие. Не проснутся.

– Но номера же явно закрыты изнутри! – попытался возразить один из африканцев. Видимо, мало все-таки прожил в России.

– Отвертка есть какая-нибудь? – вместо ответа спросила Верка.

Ей выдали ножик со множеством прибамбасов. Сашка увязался за тетей Верой, заметившей на прощание, что тут, к счастью, не пластиковые карточки, как в Хабебе, а обычные замки. А то у нас нет соответствующей техники для нейтрализации электроники. Хотя ее-то, технику, мы могли бы спокойно провезти через таможню.

– Лана, по возвращении нам надо бы найти хорошего компьютерщика, который изготовил бы аппаратик.

– Какой аппаратик? – не поняла я.

– Ну, такой: чтобы он быстро вычислял электронный код любого замка. И программировал бы на этот код нашу магнитную карту. И вызывал бы сбои в работе видеокамер.

– Это где это вы про такой приборчик услышали? – прищурился Сашка. – Что-то раньше вы о подобном даже не заикались, тетя Вера!

– Нина с Таней рассказали, – ответила Верка и удалились. Сашка последовал за ней. А я задумалась.

Мне было сложно представить двух этих куриц за компьютером – даже играющих в компьютерные игры. Но с другой стороны… Ни мой, ни Лешкин, ни Володин сотовые тут не работают, а Нинин в любом лесу действует. Может, две красотки в ситцевых халатиках и с другой электроникой на «ты»? Внешность-то ведь обманчива. Но зачем им такие приборчики? Если у них, как они сказали, всего лишь мыловаренный заводик? Куда они влезают? Воруют у конкурентов секреты производства шампуней и стирального порошка?

Африканцы о чем-то тихо переговаривались на своем языке. Серега придвинулся ко мне.

– Вере в самом деле неплохо будет какое-то время побыть у них богиней, – сказал он мне шепотом. – Вы с сыном будете ее приближенными. Неужели не хочется, чтобы вам папуасы поклонялись?

Мне, признаться, не хотелось (может, недоставало тщеславия?), хотя Верке, не исключено, это понравится. Да и в любом случае идти в местные божества предлагали не мне.

Серега тем временем, немного стесняясь, пытался предупредить меня, чего нам ждать у ребелов. Как я поняла из его намеков, они с Витьком там тоже ходят в каких-то божествах, спустившихся на землю Замбары, и им эта роль пришлась по душе. В общем-то, они и прилетели на этот Новый год в Замбару, чтобы отдохнуть душой и телом в, можно сказать, родном племени, где по местным пастбищам бегает немало отпрысков русских парней. Права Верка: негры и русские – братья навек.

Верка с моим сыном вскоре вернулись – с видеокамерой. Я в возможностях подружки и не сомневалась. Нож она чернокожему отдавать не стала, заявив (после моих кратких объяснений), что богине нужно приносить пожертвования. А она, как богиня современная, принимает пожертвования в виде холодного и огнестрельного оружия и свободно конвертируемой валюты.

Африканцы и Серега подхватили наши вещички, мы закрыли номер и тихонечко пошли вниз. Гостиницу покинули через окно. Очень это мне напоминало нашу жизнь в России.

Неподалеку от гостиницы был припаркован внедорожник, в который мы все и загрузились. Мы с Веркой и Сашкой попытались заснуть, но не тут-то было: местные дороги, не предназначенные для перевозки иностранцев, вполне могли конкурировать с нашими. В Замбаре, конечно, были и отличные трассы, только мы на этот раз пробирались кривыми тропами. Серегин чернокожий родственник, сидя за рулем, напевал себе под нос «Мурку». На русском.

Серега сообщил нам по пути, что никак не может приноровиться к езде по ряду весьма своеобразных африканских дорог. Примерно через три часа пути мы его прекрасно поняли…

Его родственник остановился на заправке и там же подкачал шины до сорока атмосфер (с обычных тридцати). На мой вопрос: «Зачем?» – ответил: «Скоро увидите». И мы оказались на дороге, на которой ни один русский, с кем мне довелось говорить в дальнейшем, не смог подобрать правильную скорость (а все уже по многу лет сидели за рулем).

Дорога напоминала стиральную доску: множество разнокалиберных колес, прокатившихся по ней, неравномерно вдавили в почву камни (об асфальте в ряде местностей даже не слышали). При правильно подобранной скорости по этой дороге можно преодолевать километров восемьдесят в час (к счастью, это получалось у нашего водителя): внедорожник перелетал по «гребешкам», не успевая провалиться. Основная же масса машин двигается тут на скорости, не превышающей двадцать километров в час. А шины перекачиваются, чтобы каменные пики их не пропороли.

К концу пути мы с Веркой заявили Сереге: мы тоже предпочли бы не садиться за руль на большинстве африканских дорог, в особенности на их «булыжных мостовых».