и тотальная засуха.
- Но вы сами сказали – что было, то было! – осторожно возразил староста.
- И я не отказываюсь от своих слов! Но послаблений и так вам слишком много было! Что до платы за землю, так я вас никого не держу. Если не сможете оплатить вовремя и в полном объёме – забирайте свой скарб и вперёд, на просторы Родины! Земля и постройки мои. Компенсацию за постройки вам честь по чести выплатим. Не правда ли, уважаемый Лукас?
Управляющий нервно сглотнул и несмело закивал, мол, так и есть – баба эта выгонит, и не посмотрит. Нету, значит у неё совести ни на граммочку. Так что заплати, мил человек, лучше будет всем! Староста вздыхал, осознавая и справедливость моих требований, и мою возможность их просто выгнать на улицу, если они от них откажутся.
- Прошу прощения, госпожа! Ваши плотники из Дурбана приехали! – засунул лохматую голову в дверь Дарий, который взял на себя ещё и обязанности мажордома – Прикажете поселить их во флигеле?
Я поднялась с кресла, как бы намекая тем самым, что аудиенция окончена. Ну, конечно, во флигеле! Недаром же мы его два дня всем скопом отмывали от многолетней грязи. Судя по всему, там действительно много лет никто не жил. Поднялся и староста Каллум. В его глазах я явно прочитала недоумение. То есть, как так – плотники из другой деревни? А как же они? Свои-то и смастерили бы по-свойски, на совесть, уж для родной-то барыньки, чай, расстарались бы, да и монетки бы лишней не спросили… ну, поругались, я их пожурила, зачем же так резко-то? Неужто бы не договорились?
Но я только улыбнулась, и отправилась встречать работников. Дело в том, что были у меня некие свои далеко идущие планы. В том, что свои работники на порядок лучше, чем просто наёмники, я была абсолютно согласна со старостой, так что имела некую уверенность на то, что плотники поймут разницу между Дурбаном и Телфордом, и попросту захотят остаться у меня насовсем. Да и семейных я жильём обеспечу.
Пока я спускалась вниз, Галлум уже отправился осматривать сад и хозяйственный двор. Услышав наши с Лукасом шаги, повернулся и снял шапку. Ну, что ж, если сразу же не развернулся обратно, завидев нашу разруху, глядишь, и сработаемся… управляющий первым делом очертил фронт работ, а я с интересом наблюдала, как староста Каллум очень хотел побеседовать с пришлыми плотниками, но не решился подойти в нашем присутствии. Ну, что ж, разговоров теперь в деревне будет до весны!
Но я, поприветствовав работников, поспешила в дом. Дело в том, что не так давно я открыла для себя единственное помещение, которое было не разграблено, более того, чувствовалось, что туда давненько даже и не заходили – это библиотека. Вот так – книгочеев, как я понимаю, среди крестьян было немного, а то и совсем не водилось, старики, которые присматривали за домом, вовсе в их число не входили, так что я любила проводить там время, сидя в стареньком кресле у камина.
Единственное, что меня огорчало – это художественная ценность книг, представленная в библиотеке. Я имею в виду чтиво сомнительного качества. Такое у нас дома даже Анютка не читала, только посмеивалась над герцогинями-служанками и нефритовыми жезлами у их избранников, непременно герцогах-государях.
Между тем, книги в этом мире стоят весьма дорого, это я выяснила, осторожно расспросив своих домашних. А в Бортмунде я видела два весьма презентабельного вида книжных магазина. Так что у меня были все основания избавиться от ненужного хлама, обогатившись на приличное в моём понимании количество аурусов. Признаться честно, совсем уж без денег остаться у нас шансов было не так много, но это не означает, что я должна разбрасываться деньгами.
Я подошла и присела в старое продавленное кресло, но оно подо мной как-то странно заскрипело, зашаталось, и я с жутким хриплым хеканьем упала на пол, крепко приложившись подбородком о подлокотник, и переносицей об него же. В глазах потемнело, далее цветные круги подсказали, что зрения я не лишилась, просто потеряла ориентацию в пространстве, и не сразу поняла, что раздались испуганные возгласы, и кто-то поднял меня на руки.
Спустя несколько мгновений я сообразила, что Агнарр несёт меня в мои комнаты, призывая на помощь Агату. Ну, ладно, отдохнула, пора бы и очнуться – ещё не хватало, чтобы охранник сорвал себе спину, таская моё бездыханное тело.
Так что я открыла глаза и поблагодарила за доставку в свою постель, наблюдая за тем, как расширяются от волнения светло-голубые глаза моего «спасителя». Сгрузил меня на кровать и спешно ретировался. Прибежавшая Агата прижала руки к лицу и испуганно вручила мне небольшое зеркало в изящной серебряной оправе. На моей скуле и подбородке появилась совершенно однозначная припухлость, прозрачно намекающая на то, что это не что иное, как предвестник масштабного синяка. Я не выдержала и ругнулась. Завтрашняя поездка в город накрылась медным тазом, а ведь у меня на неё были такие планы… ненужные мне книги я отобрала для продажи, кроме того, было у меня в планах посещение галантерейных магазинов для более конкретного «прощупывания» рынка на предмет торговли вышивками. Впрочем, что сейчас об этом говорить… Агата принесла мне кусок мороженного мяса, выпрошенного у тётушки Люсии для лечебных целей, и я сидела на кровати, чувствуя, как немеет щека от холода и горит нос от удара.
Но, очевидно, либо помощь была доставлена с опозданием, либо масштаб беды был колоссален, поскольку лечение не оказало возложенных на него надежд, и на следующее утро я любовалась на огромный синяк на скуле, причём опухла вся щека, и под глазами были круги. Странно, вроде бы я этим местом не ударялась. Хотя, твёрдо я сказать этого не могла. Одним словом, я здорово напоминала сейчас больную панду с флюсом. Да уж… медицинская маска тут не поможет. Придётся поездку отменять на недельку точно, пока синяки сойдут.
- Госпожа, вам письмо из столицы! – сказала Кира и, довольная, забежала в мою комнату.
Но, заметив мой скорбный взгляд, радость её заметно поутихла.
- Госпожа, письмо! – не унималась Кира.
Я взяла его одной рукой, распечатала его, и тут мне стало плохо – мой взгляд упал на одну фразу в тексте письма: «Дорогая Кати, жди жениха в гости»! Вот это номер, чтоб я помер!
Глава 22
