книг на телегу, да прихватила пару вышитых воротничков и один пояс для того, чтобы иметь возможность предложить в галантерейных лавках, или в лавках готовой одежды, если появится такая возможность. Да, кстати… я внимательно смотрела на безнадёжно испорченную занавеску для кровати – в её нынешнем состоянии использовать её, так сказать, по назначению, больше не представлялось возможным, зато приспособить под платьице – запросто.
И я в очередной раз огорчилась тому, что я ни в коем случае не мастер-закройщик, равно, как и все мои домочадцы, поскольку мои платья больше не подходили мне по размеру, и это уже становилось серьёзной проблемой. Мне-то что, я и утянуть поясом могу потуже, и все дела, да и модели оверсайз мне всегда нравились. Только вот окружающие не разделяли моих взглядов. Поэтому, я поставила себе зарубку в памяти – при случае пошить себе несколько платьев в городе.
Ну, а сейчас я надела платье из плотной шерсти, напялила шубу, и решила, что я готова к выезду из города.
Агнарр, которому я рассказала о грядущей беде – приезде жениха, был странно задумчив, и предельно собран. Дария он снова заменил на козлах Харальдом, в телеге сидел молчаливый Бритт, остальные остались «на хозяйстве». Я же, по здравому размышлению, решила раньше времени панику не наводить – в любом случае, мой траур и скорбь по внезапно погибшему супругу не закончатся раньше лета, а там ещё поглядим – авось, и не придётся ещё замуж-то выходить… или ещё проще – приедет мой женишок в поместье, да увидит эту разруху – его же тогда, как ветром сдует. Да и когда он вообще приедет?
А пока, я устраивалась в возке, и собралась просто отдохнуть, тихо сидящая рядом Агата мне в том не мешала. Внутрь заглянув весь какой-то нервный Агнарр, удостоверился, что со мной всё в порядке (а как может быть иначе, если он видел меня пару минут назад), и мы тронулись в путь.
Невольно я задумалась о странном поведении своего охранника. И поняла то, что было очевидно уже давно, просто я старательно гнала от себя мысли подобного рода. Дело в том, что, судя по всему, Агнарр испытывает ко мне некие чувства, которые никак не имеют отношения к нашим деловым отношениям. Раз уж у меня началась минутка откровения, то я вынуждена признать, что я тоже испытываю к нему несомненную симпатию. Как к хорошему человеку, отличному профессионалу своего дела, да и просто красивому мужику.
Я украдкой посмотрела в оконце возка и заметила его, сидящего на лошади возле возка и смотрящего вперёд. Да, что уж там скрывать – нравился мне Агнарр, и очень. Если бы я была в своём мире и своём теле, то не исключаю той мысли, что у нас могло что-то получиться… что-то вроде необременительных и лёгких отношений с милой влюблённостью. Но не здесь и не сейчас. Дело в том, что у нас не было будущего. Впрочем, это понимала и я, и он. Быть может, именно поэтому он иногда оборачивался и смотрел на меня с неким сожалением.
А ещё быть может, что я просто себе нафантазировала, и у Агнарра с утра несварение желудка, оттого такой тоскливый взгляд? Невольно рассмеявшись своим мыслям, я снова выглянула в оконце и поняла, что мы уже въехали в Бортмунд. А дальше дела отодвинули на задний план личные чувства. У меня был целый список того, что было необходимо приобрести в городе, поскольку нужды поместья сейчас были значительны.
Даже несмотря на то, что плотники собрали все имеющиеся в усадьбе стройматериалы, которые мои рачительные крестьяне по той или иной причине не вывезли из дома, этого в любом случае не хватило бы для наших строительных масштабов. Пилить деревья для изготовления досок я также сочла нецелесообразным, так что после того, как продадим книги, в телегу загрузим доски для строительства курятников-свинарников.
Собственно говоря, для того, чтобы осуществить задуманное, я отправилась в книжный магазин. Приветливый пожилой мужчина в очках, едва завидя меня на пороге, тут же пригласил меня в отдел дамской литературы. Ага, есть! Ценники на подобное чтиво, как я и предполагала, впечатляли. Даже если учесть торговую надбавку, всё равно, в моей телеге сейчас приличная сумма, которой хватит на большую часть хозяйственных потребностей.
И понеслось! Я предлагала отличный товар в идеальном состоянии. Тут я не покривила душой – в поместье господ Грей читающих людей было немного. Я старалась оперировать реальными цифрами, особо нажимая на то, что все будут в плюсе в результате нашей сделки. К сожалению, мой собеседник не привык вести дела сухо и безэмоционально, так что пришлось играть по его правилам.
Продавец, он же владелец магазина, утверждал, что я просто ввожу его в разорение своими расценками. Мне приходилось делать вид, будто намереваюсь покинуть его магазин, раз уж так, и предложить свой товар его конкуренту в надежде, что тот окажется более сговорчивым. В результате мой потенциальный покупатель делал ещё более скорбное лицо, и повышал стоимость. Наша весёлая торговля продолжалась до тех самых пор, покуда Агнарру не показалось странным моё долгое отсутствие, и он не зашёл в магазин, поставив тем самым точку в нашем финансовом споре.
- Так и быть, будь по-вашему! - обиделся букинист – Так бы сразу и сказали, что у вас есть мощные аргументы в споре…
Таким образом, я покидала магазин в самом радужном настроении. А на крыльце столкнулась с женщиной.
- Прошу прощения! – пробормотала я.
- Ну, что вы, милочка! – услышала я мелодичный голос.
Подняв глаза, я заметила ту самую очаровательную даму, с которой однажды разминулась на дороге – Марджори Блури.
Глава 23
Пару мгновений мне понадобилось для того, чтобы сообразить, что на меня, кроме дамы, смотрит ещё и молодой человек, внешне очень на неё похожий, очевидно, её сын. Во всяком случае, у него были столь же кудрявые светлые волосы, которые он небрежно откидывал назад, и ясные голубые глаза, с интересом пытающиеся увидеть, что скрывается за густой вуалью. Я с большим трудом сдержала хамское хмыканье: «Поверь мне, мальчик, то, что ты увидел бы под нею, повергло бы тебя в шок».
Тем временем, пока я рассматривала владельцев поместья Дурбан, госпожа Марджори продолжала:
- Вы уж простите меня, дорогая, за мою бесцеремонность, только мы тут,
