представителей нового вида, официально представленных в содружестве, — решил Лежнев. — Надо бы как-то подготовиться, что ли. Только сначала с этими долбоклюями разобраться надо. Только вот что с ними делать?» — Парень задумчиво попинал одного из пленных, рассчитывая, что тот, наконец, очнется.
— Вы чего, самоубийцы? Вы на кой черт с собой эти гаубицы взяли? — поинтересовался он у зашевелившегося грабителя.
Тойдорианец очнулся, приоткрыл глаз, вгляделся в лицо за забралом скафандра, и обреченно завыл. Да так громко, что второй тоже очнулся.
— Ты чего орешь, обмылок?! — завопил тот, который только очнулся. С того места, где он лежал, лица Лежнева видно не было.
— Это атлант! Нам крышка!
Второй тоже завыл.
— Как будто чихуахуа воет! — буркнул Герман. — Эй, успокойтесь, идиоты. Не буду я вас убивать. И я не атлант, я другого вида. Похож просто. Повторю вопрос: вы зачем меня грабить собрались с этой штукой? Этак и самому помереть можно, если рядом с собой выстрелить!
— Да не собирались мы стрелять! Это вообще шахтерский размягчитель, его только в космосе используют. Для размягчения породы и последующего отделения особо ценных включений! Где я, по-твоему, нормальное ружье возьму? Его только пустотникам продать могут, а мы планетники! Планетникам нельзя! Точнее, можно, но если с ним поймают — штраф большой будет. Да и не надо было до сих пор! Кто знал, что ты не испугаешься? — возмутился тойдорианец. — Мы вообще думали, ты из чужих, только скафандр какой-то не такой. Чужие всегда предпочитают сдать ценности, а потом уже мстить, если найдут. Только нас хрен найдешь, мы типа эти, невидимки. Исчезаем так, что хрен кто потом отыщет. Вот ты зачем бродишь по нижним уровням в одиночестве, атлант?! Только честных существ в заблуждение вводишь!
Герман нервно рассмеялся. Честные существа, надо же! Колени запоздало дрожали — едва-едва со смертью разошелся! И исключительно по собственной глупости. А еще непонятно, что делать с грабителями. Не убивать же, в самом деле! А разбираться с местными органами правопорядка, если таковые есть, лень.
— А вы, вообще, кто по жизни? — поинтересовался Лежнев. Само как-то выскочило.
— В смысле «по жизни»? — не понял тойдорианец. — Когда как, типа. По утрам и днем — грузчики в порту. А по вечерам — всяко бывает.
— Что-то вы больно мелкие для грузчиков, — удивился парень.
— Так мы ж не руками таскаем! — тойдорианцы от его замечания удивились еще сильнее. — В экзоскелетах. Ты, не-атлант, совсем дикий, похоже. Откуда только взялся? Вроде не было ж новых никого в содружестве?
— Не, про новеньких уж услышали бы как-нибудь, — пожал плечами второй. — Странно это… — он подозрительно покосился на Лежнева. — Еще и скафандр незнакомой конструкции! Возмутительное поведение! Имей ввиду, мы будем жаловаться!
— Блин, и чего с вами делать-то? — Герман возмущение мелких бандитов пропустил мимо ушей. Отпускать просто так тоже не хотелось. Если бы им удалось его раздеть, он бы тут и помер. Это чужим такая атмосфера хоть и не сильно приятна, но вполне терпима. Многие и так без скафандров ходят.
— А ты чего, службу порядка не вызвал еще? — загорелись надеждой глазенки тойдорианцев.
— Я понятия не имею, что за служба порядка такая. Говорю же, я на вашей планете впервые. Ну, колитесь, как ее вызывать!
— Эй, эй, хорош! Не надо службу порядка! Давай лучше мы это, откупимся как-нибудь? И жаловаться не будем, что ты честных людей обманываешь, честно!
— Да кому вы жаловаться собрались, придурки? — фыркнул Герман. А потом ему в голову закралась ужасная мысль: — Или у вас тут грабеж официально узаконен?
— Ничего у нас не узаконено, — насупился тот тойдорианец, который угрожал.
— Точно? Ни лицензий никаких, ничего?
— Лицензия на грабеж? Ты откуда прилетел-то?
«Фух, ну слава богам… А то я бы подумал, что в Анк-Морпорк попал».
— Знаю я один город, в котором такое возможно, — буркнул Герман, чтобы уж совсем идиотом не выглядеть. «Нет, ну все-таки надо как-то поосторожнее, что ли. Особенно на приеме с местной верхушкой, если меня тоже позовут. А то подам какую-нибудь идею…»
— Ладно, проехали. Не знаю я, что с вами делать. Отпущу, пожалуй. Попадетесь еще раз — прибью, имейте ввиду, — вздохнул Герман. — И транспортное средство свое забирайте, а вот пушки ваши не отдам. Таким дебилам они только во вред!
Парню уже надоело стоять с двумя поверженными карликами под ногами, как какому-нибудь Голиафу с двумя уродливыми Давидами. Так что он, подобрав на всякий случай и второй шахтерский пистолет, пошел к выходу из переулка.
— Точно не атлант, — раздалось из-за спины. — Даже не убил.
— Ага, и службу порядка вызывать не стал! — второй тоже был явно удивлен такой снисходительностью.
Дальше Герман не слушал — вывернул на главную улицу и собрался все же продолжить путь, но тут из-за спины послышалось знакомое жужжание. Оглянувшись, он увидел горе-грабителей, которые неторопливо плюхали за ним на своем скутере.
— Слушай, не-атлант, — начал водитель, притормозив возле пешехода. — Тебе может, помощь какая нужна? Мы много чего можем! Мы в этом городе вообще того, всех значимых разумных знаем, достать можем много чего…
Лежнев изрядно удивился. Да что там, офонарел до последней степени.
— С чего вы вдруг прониклись желанием мне услужить? — подозрительно уточнил он, не останавливаясь. — Вам-то это на кой черт сдалось?
— Ну, мы подумали, ты тут на Базаре явно новичок. И вообще в содружестве, — осторожно начал водитель. Второй грабитель у него из-за спины активно закивал. — Значит, помощь тебе потребуется. А ты нам потом за нее отплатишь как-нибудь. Ты — сразу видно, адекватный разумный. Без дурацких загонов, типа за обиду надо всех убить, как у атлантов. Мы явно можем быть друг другу полезны. Взаимовыгодное сотрудничество, вот!
— А ничего, что вы меня только что грабануть пытались? — Лежнев все никак не мог избавиться от ощущения нереальности происходящего.
— Да все нормально! — в один голос замотали хоботками тойдорианцы. — Обычная ситуация! Хотели малость ограбить, не получилось. Бывает. Ошиблись. Обычное дело.
— Ага. И я должен спокойно с вами взаимодействовать зная, что вы меня убить хотели?
— Не, ну ты чего, ты такие вещи-то не говори! — возмутился тот, что сидел на пассажирском сиденье. — Мы разумных не убиваем! Говорю же, мы думали ты — чужой. А они нашей атмосферой вполне нормально дышат. Забрали бы скафандр, продали кому-нибудь… и ему ничего бы не было. Они, чужие, все которые на территориях содружества, застрахованы. Все бы неприятности ему компенсировались страховой компанией. И всем хорошо, всем выгодно! Мы вообще-то так и обходились раньше. У нас один знакомый этого вида был, мы с ним три раза эту
