Было холодно. Он лежал на твердом каменном грунте. Каллаген медленно открыл глаза и увидел перед собой тусклое серо-голубое небо, на котором задержалось несколько звезд.
Он лежал неподвижно, не совсем понимая, что же произошло. Потом к нему окончательно вернулось сознание, и он вспомнил неожиданное падение, стрельбу… Пошевелился, но тотчас ощутил острую боль в голове. Потом снова лежал не шевелясь, собираясь с силами, чтобы попробовать еще раз встать.
Он ничего не слышал. Медленно и на сей раз более осторожно он все же сел. Голова болела, но он сделал это.
Платформа исчезла. В нескольких десятках футов от него на дороге лежало тело распластавшегося человека.
Он с неимоверным трудом поднялся, ища свою винтовку. Он помнил, что она лежала рядом. Его рубашка была разорвана. Он коснулся рукой кармана, куда положил карту: она исчезла. Все равно… она ему не нужна, пока не удастся ее расшифровать, а так она не принесет никому никакой пользы.
Ему удалось встать на ноги, он огляделся вокруг, надеясь увидеть винтовку. Похоже, что и ее не было.
Он подошел к распростертому на земле телу и перевернул его. Это был Ридж. Две пули попали ему в легкие.
Никаких признаков Бьюмиса: значит, он по-прежнему оставался там, с платформой… А Дэлавер? Его тоже не было здесь.
Каллаген чувствовал пульсацию в голове и от тупой, дикой боли морщил лоб. Слегка пошатываясь, он пошел прочь от тела Риджа, внимательно осматривая землю.
Он видел следы колес платформы, следы нескольких пар копыт и глубокие следы человека на дороге. Каллаген задумался. Он плохо разбирался в следах, но эти отпечатки ног… Кто-то спрыгнул с платформы, приземлившись на обе ноги.
Каллаген продолжал изучать почву и обнаружил еще один след. Человек, кем бы он ни был, нырнул в горы и кедровник рядом с дорогой. Это было плохое укрытие, но для опытного человека оно могло сослужить хорошую службу. Если это Дэлавер, тогда, вероятно, ему удалось скрыться и он пойдет следом за платформой.
Становилось светло, и Каллаген вдруг увидел свою винтовку. Она упала в траву и лежала под дикой грушей у самой дороги. Он подобрал ее винтовку и побрел вверх вдоль дороги.
Куда подевалась его лошадь? Он помнил, как она шарахнулась, когда он падал. Может, умчалась прочь или щиплет где-то неподалеку траву?..
Он медленно шел по следам платформы. Ему отчаянно хотелось пить, но он знал, что ближайший родник только у Правительственного шурфа, в пяти милях отсюда. К тому же по пути на него могут напасть или он может встретиться с индейцами. Или… Почему? Почему он так подумал?
Конечно, его винтовка при нем, только карта исчезла. Значит, это дело рук Керта Уайли, Чемпиона и Спенсера. Теперь с ними могли быть и другие, раз Уайли действовал по заранее разработанному плану, который был прерван неожиданной гибелью Эллисона.
У них была карта, открытая повозка и женщины. Явно они постараются отделаться от платформы, поскольку она будет им только мешать. А как они поступят с женщинами? Каллагену была неприятна сама эта мысль.
Он продолжал идти, но, не преодолев и мили, резко остановился. Неясный след сворачивал на юг через холмы, которые дальше ведут в долину, а следы от платформы тянулись именно в том направлении. Он пошел по следу, но тут его взгляд уловил что-то на расстоянии.
Он прошел совсем немного, когда увидел, что следы платформы сворачивали на дорогу. Очевидно, они пошли на юг, а потом передумали и повернули обратно. Пройдя немного вперед, он увидел платформу.
Она стояла одна, без лошадей, на краю небольшой впадины. Он знал, что близко находится правительственный шурф.
Спрятавшись за джошуа, Каллаген внимательно изучал местность внизу. Как он и предполагал, там никого не было. Он уверен, что его оставили умирать, поскольку на его голове была зияющая кровоточащая рана.
В голове по-прежнему бешено пульсировало, когда он спускался к платформе. Несколько раз останавливался в укрытии и обводил взглядом холмы, которые окружали его. В южной стороне шурфа виднелись скалы, а в миле от них возвышались горы: они закрывали от него Рок-Спрингс.
Подойдя к платформе, он обнаружил, что она пуста. Крови нигде не было. Бьюмис, если и не погиб сразу, наверное, убит после того, как покинул платформу.
Он вспомнил, что Мелинда хранила еду в корзине под сиденьем. Он заглянул туда. Корзины с едой не было, но кто-то завернул в салфетку несколько ломтиков хлеба с ветчиной и оставил на полу под сиденьем. Очевидно, одна из женщин или обе решили, что кто-то подойдет к платформе в поисках еды.
Кроме одеяла, больше нигде ничего ценного не было. Каллаген захватил одеяло. Под передним сиденьем осталась нeтронутой и почтовая сумка. Забрав мясо и хлеб, Каллаген отошел на несколько футов от платформы, устроившись в небольшом углублении, и съел свой скудный завтрак.
Вернувшись в шурф, выпил воды, а потом отправился по следам, оставленным лошадьми.
Всю дорогу он не переставал смотреть на неясно вырисовывающиеся контуры горы Тейбл. С ее плоской вершины в радиусе нескольких миль наблюдатель мог заметить кого угодно, но к тому месту, куда направлялся Каллаген, другого пути не было. Несколько раз Каллагену встречались тенистые островки, и он останавливался в них.
Он чувствовал, что рана на голове от пули забрала у него много сил. Он потерял немало крови, а ходьба утомила его. Каллаген сел на землю, упираясь локтями в колени и обхватив голову руками. Его мучили головокружение и слабость, а расстояние, которое предстояло пройти, пугало его. Но больше всего пугало то, что они могли пойти на север, если следуют маршруту, нанесенному на карту, которую похитили у него.
Он приподнялся, но тотчас от слабости снова опустился на землю и долгое время сидел так. Потом у него все поплыло перед глазами, и он впал в небытие.
Когда пришел в себя, было уже темно, и задул легкий ветерок. Небо над головой казалось окутанным дымкой.
Опираясь на камень, он с трудом поднялся. И чуть не упал, когда потянулся за винтовкой. Наконец опять тронулся в путь, держась нечеткого следа в темноте.
Он был уже у края длинного хребта, что массивно нависал над пустыней с севера на юг. Если бы он шел днем, то наверняка был бы виден с вершины горы Тейбл. Поэтому изменил направление на запад, ориентируясь на более низкий кряж, выступающий из-под основания столовых гор.
Впереди, на расстоянии примерно в милю, лежит Черный каньон. Через него тянулась вниз дорога, по которой прошли лошади. Без коня, часто останавливаясь, он будет добираться до этого низкого кряжа почти до рассвета. Каллаген отыскал углубление, спрятавшееся за большим валуном и прикрытое кедром, и лег.
